Кровь
Маголет приземлился в столице.
Молодой Император в сопровождении родственников и двух присоединившихся жрецов направился к Цеху Реинкарнации.
Сегодня был последний день Исхода. На всей Земле осталось не более трех миллионов людей, не пожелавших принести себя в жертву. Их готовили к предстоящему кошмару, они должны были стать семенами новой расы, но и их в большинстве своем ждала гибель в водах надвигающейся катастрофы.
Цепочка жертв редела от месяца к месяцу, и за последние дни во всей Легенде Исходу предались не более сотни человек.
Пройдя к алтарям, Серебряный Медведь тщательно осмотрел их. Вместе с зятем и внуком они спустились в подземелье, куда бывший художник после гибели Последнего Императора не возвращался ни разу, не желая подпитывать свою ярость по отношению к жрецам. Полная Луна не стала смотреть на озеро крови и очень не хотела, чтобы там побывал ее сын, но отец настоял.
Встав у самой кромки запекшегося берега, старик объяснил:
-- Отсюда кровь по особым каналам уходит к Отцу нашему. Там при участии касты бессмертных она обрабатывается, сливается с другими потоками, дробится, подвергается ритуалам, там вершится будущее всего человечества и каждого из нас.
-- Откуда ты это знаешь? -- не удержался Ветер.
Старик как-то очень тихо и строго сказал:
-- Я был Хранителем крови в Атлантиде.
-- То есть ты был Главным Жрецом? -- поразился Ветер.
-- Да.
-- Как же ты попал в Легенду? С твоей магией ты мог бы спастись в любой момент! Ведь ты нужен был там!
Серебряный Медведь едва заметно вздохнул:
-- Отец это знает. Впрочем, я теперь тоже. Я здесь ради внука, который принесет человечеству, родившемуся на этих землях после Потопа, свет знаний и мудрости.
-- Что же, -- не успокаивался молодой Император, -- разве не было в Легенде мудреца подобного тебе?
-- Ну что ты? Мудрецы есть даже сейчас. Дело не во мне, а в вашем браке с моей дочерью, в результате которого появился сын.
-- Смешение кровей! -- догадался, наконец, Ветер.
-- Да, смешение расовых кровей.
-- Деда, -- дернул его за рукав мальчишка, с удивительным любопытством и совершенно без страха рассматривающий озеро крови у своих ног, -- а откуда возьмется человечество, если Потоп всех смоет?
Серебряный Медведь кряхтя присел на корточки рядом с внуком и ответил улыбаясь:
-- Кто-то выживет, обязательно выживет, иначе планета просто умрет.
-- А ты выживешь?
-- В этом теле нет, но мы все будем рядом с тобой.
-- Всегда?
-- До конца грядущей эпохи.
-- А потом?
Он получил мягкий щелчок по носу.
-- Потом не знаю. Ты очень любопытен, хотя этого и добивался Отец. -- И все-таки закончил свою мысль: -- Потом будет очень не скоро. До этого у нас много дел.
-- А как можно делать дела, если вы умрете? -- малыш не унимался.
-- Наши души будут здесь, и твоя тоже.
-- Странно. Разве можно быть сразу в нескольких местах?
-- Помнишь, мы играли в глаза кондора?
-- Да.
-- Ведь ты смог побывать в его теле, в то время как твое тело было рядом со мной, на земле?
-- Да, это было здорово.
-- Так будет и с нами.
-- А разве нельзя, чтобы и вы так, как я?
-- Нет, мы не можем сделать этого. Отец готовил нас для другой цели. А ты -- сможешь. Идемте.
Старик поднялся и пошел к выходу.
Ветер остановил его вопросом:
-- Медведь, а для чего нужна тому, кого ты зовешь Отцом, кровь людей?
Хранитель крови обернулся.
-- Видишь ли, сын мой, мне известно лишь, что так осуществляется связь человечества и планеты в целом.
-- Да. А рисуется чудовищный монстр, чьей пищей является кровь человечества. Причем монстр коварный, обладающий магией и знанием. -- Ветра передернуло.
-- Может, так оно и есть. Для нас он монстр, но сути это не меняет. Такова жизнь.
-- А без него все умрет?
-- Подумай сам.
Старик снова направился к выходу, и малыш с Ветром, взявшись за руки, потянулись вслед за ним к алтарям.
Последние два жреца Легенды уже заняли в них места.
Ветер и Серебряный Медведь встали по разные стороны цеха, и старик магическим словом "ВАКХХХХХ!!!" включил приборы. Переливание началось. Кровь булькала и пенилась, проходя по специальным трубочкам, пробегая от аппарата к аппарату, очищаясь от ненужных элементов и достигая состояния минимальной свертываемости. Распевая песню Исхода, главный жрец Атлантиды и Император Легенды выполнили ритуал. Ангелы приняли человеческие души в свой мир. Тела тут же растворили специальным раствором.
-- Теперь, -- устало сказал отец Полной Луны, -- настал наш черед. Все помнят ритуал Хранителей Не-Преступи-Кольца?
-- Деда, -- испуганным голосом вдруг закапризничал мальчик, -- я боюсь!
Полная Луна прижала его к себе и сказала, сама еле сдерживая слезы:
-- Не бойся, малыш, так надо.
Тот прижался к матери, и они с минуту стояли не шевелясь.
Серебряный Медведь и Ветер подошли к ним. Все по очереди обнялись. Бывший художник долго глядел в глаза жене, будто пытаясь перенести ее образ в память своей души. Он знал, что она мало понимает в происходящем, но любовь давала ей силу идти с отцом и мужем до конца. Кроме того, она знала, что присутствие в ритуале женского начала необходимо. По-настоящему ее беспокоила только судьба сына. Но и она не могла оторваться от глаз Ветра, пытаясь впитать в себя каждую частицу его тела, каждое движение.
-- После Потопа, -- неожиданно бодрым и звонким голосом, глядя куда-то в пространство, заговорил старик, -- придут люди дикие и без знаний. Мир Дэв будет невидим для них. Сын ваш, вернувшись на эти земли, пробудит свет мудрости, но погибнет в сражении с армией ненависти и зла. Вместе с этим на новую землю падет тьма. Придут боги, жаждущие смерти и крови. Наши обряды будут извращены и потеряют всякий смысл. Но кровь будет течь полноводными реками, как бы в насмешку над нашей жертвой. Потом придут еще герои-учителя. Кто-то из них погибнет, некоторые доживут до седин. Отец наш испытает большие трудности в борьбе за жизнь человечества. Ему придется дважды взывать к более высоким силам. Спустя тысячелетия жертвы глупости и гордыни прекратятся. Подачу крови заменят сначала врачи, а потом добровольные пожертвования людей, но не так, как у нас сейчас, а частично. Это будут жертвы, не приводящие к смерти. Но существование Отца останется тайной, пока мир Дэв не откроется для людей снова. И тогда все может повториться. Снова будут три цивилизации, враждующие меж собой. Снова войны будут тянуться тысячелетиями. Но я вижу возможность мира на той Земле. Отец наш дает мне надежду. И ради этой надежды мы здесь.