Стихи
колокольных, Колокольных голосов, И рыданьям и стенаньям колокольных
голосов!
Колокольчики и колокола (перевод К.Бальмонта)
I
Слышишь, сани мчатся в ряд,
Мчатся в ряд!
Колокольчики звенят, Серебристым легким звоном слух наш сладостно томят, Этим пеньем и гуденьем о забвенье говорят.
О, как звонко, звонко, звонко,
Точно звучный смех ребенка,
В ясном воздухе ночном
Говорят они о том,
Что за днями заблужденья
Наступает возрожденье, Что волшебно наслажденье - наслажденье нежным
сном.
Сани мчатся, мчатся в ряд,
Колокольчики звенят, Звезды слушают, как сани, убегая, говорят,
И, внимая им, горят, И мечтая, и блистая, в небе духами парят;
И изменчивым сияньем,
Молчаливым обаяньем, Вместе с звоном, вместе с пеньем, о забвенье говорят.
II
Слышишь к свадьбе зов святой,
Золотой! Сколько нежного блаженства в этой песне молодой!
Сквозь спокойный воздух ночи
Словно смотрят чьи-то очи
И блестят, Из волны певучих звуков на луну они глядят.
Из призывных дивных келий,
Полны сказочных веселий, Нарастая, упадая, брызги светлыя летят.
Вновь потухнут, вновь блестят
И роняют светлый взгляд На грядущее, где дремлет безмятежность нежных снов, Возвещаемых согласьем золотых колоколов!
III
Слышишь, воющий набат,
Точно стонет медный ад! Эти звуки, в дикой муке, сказку ужасов твердят.
Точно молят им помочь,
Крик кидают прямо в ночь,
Прямо в уши темной ночи
Каждый звук,
То длиннее, то короче,
Выкликает свой испуг,
И испуг их так велик,
Так безумен каждый крик, Что разорванные звоны, неспособные звучать, Могут только биться, виться и кричать, кричать.
кричать!
Только плакать о пощаде
И к пылающей громаде
Вопли скорби обращать!
А меж тем огонь безумный,
И глухой и многошумный,
Все горит,
То из окон, то по крыше,
Мчится выше, выше, выше,
И как будто говорит:
Я хочу Выше мчаться, разгораться, ввстречу лунному лучу, Иль умру, иль тотчас-тотчас вплоть до месяца взлечу!
О, набат, набат, набат,
Если б ты вернул назад Этот ужас, это пламя, эту искру, этот взгляд,
Этот первый взгляд огня, О котором ты вещаешь, с плачем, с воплем и звеня!
А теперь нам нет спасенья,
Всюду пламя и кипенье,
Всюду страх и возмущенье!
Твой призыв,
Диких звуков несогласность
Возвещает нам опасность, То растет беда глухая, то спадает, как прилив! Слух наш чутко ловит волны в перемене звуковой, Вновь спадает, вновь рыдает медно-стонущий прибой.
IV
Похоронный слышен звон,
Долгий звон! Горькой скорби слышны звуки, горькой жизни кончен
сон. Звук железный возвещает о печали похорон!
И невольно мы дрожим,
От забав своих спешим И рыдаем, вспоминаем, что и мы глаза смежим.
Неизменно-монотонный,
Этот возглас отдаленный,
Похоронный тяжкий звон,
Точно стон,
Скорбный, гневный
И плачевный,
Вырастает в долгий гул, Возвещает, что страдалец непробудным сном уснул.
В колокольных кельях ржавых
Он для правых и неправых
Грозно вторит об одном: Что на сердце будет камень, что глаза сомкнутся сном.
Факел траурный горит, С колокольни кто-то крикнул, кто-то громко говорит,
Кто-то черный там стоит,
И хохочет, и гремит,
И гудит, гудит, гудит,
К колокольне припадает,
Гулкий колокол качает,
Гулкий колокол рыдает,
Стонет в воздухе немом И протяжно возвещает о покое гробом.
К Елене (перевод Г.Кружкова)
Елена, красота твоя
Мне - словно парус моряк Скитальцам, древним, как зем Ведущим корабли в Пергам,
К фригийским берегам.
Как зов Наяд, мне голос твой
Звучит за ропотом глухим Морей, ведя меня домой, К сиянью Греции святой
И славе, чье имя - Рим.
В алмазной раме у окна
Вот ты стоишь, стройна, как взмах Крыла, с лампадою в руках Психея! - не оставь меня
В заветных снах!
К Елене (перевод В.Брюсова)
Елена! Красота твоя Никейский челн дней отдаленных, Что мчал меж зыбей благовонных Бродяг, блужданьем утомленных,
В родимые края!
В морях Скорбей я был томим, Но гиацинтовые пряди Над бледным обликом твоим, вой голос, свойственный Наяде, Меня вернули к снам родным: К прекрасной навсегда Элладе И к твоему величью, Рим!
В окне, что светит в мрак ночной, Как статуя, ты предо мной Вздымаешь лампу из агата. Психея! край твой был когда-то Обетованною страной!
Озеро
перевод Г.Бена
Я часто на рассвете дней Любил, скрываясь от людей, В глухой забраться уголок, Где был блаженно одинок У озера, средь черных скал, Где сосен строй кругом стоял.
Но лишь стелила полог свой Ночь надо мной и над земле И ветер веял меж дерев, Шепча таинственный напев, Как в темной сонной тишине Рождался странный страх во мне И этот страх мне сладок был То чувство я б не объяснил Ни за сокровища морей, Ни за любовь, что всех сильней, Будь даже та любовь твоей.
Таилась смерть в глухой волне, Ждала могила в глубине Того, кто здесь, томим тоской, Мечтал найти душе покой И мог бы, одинок и нем, У мрачных вод обресть Эдем.
Сонет к науке
перевод В.Брюсова
Наука! ты - дитя Седых Времен! Меняя все вниманьем глаз прозрачных, Зачем тревожишь ты поэта сон, О коршун! крылья чьи - взмах истин
мрачных!
Тебя любить? и мудрой счесть тебя? Зачем же ты мертвишь его усилья, Когда, алмазы неба возлюбя, Он мчится ввысь, раскинув смело крылья!
Дианы коней кто остановил? Кто из леса изгнал Гамадриаду, Услав искать приюта меж светил?
Кто выхватил из лона вод Наяду? Из веток Эльфа? Кто бред летних грез. Меж тамарисов, от меня унес?
Страна фей
перевод З.Морозкиной
Дол - как в дыму, в дыму река, И леса - как облака; Их стена едва видна: Все скрывает пелена Тихих слез луны багровой. Снова, снова и снова Меняясь каждый миг, Луны странствуют в ночи; Бледным светом лунный лик Гасит звезд златых лучи. А когда покажет двенадцать Круглый циферблат луны, Начинает к земле склоняться Самый тусклый диск с вышины, Так низко-низко-низко, Что в средоточье диска Пики горные вонзились И в сиянье погрузились. В светлой мантии ореола Скрылись замки, скрылись села, Сколько есть их на просторе, Скрылся странный лес и море, Скрылся духов легкий сонм, Скрылось все, что впало в сон, И пропали все предметы В лабиринтах мягкого света. Ибо сейчас без дна - без дна! Поглотила их жажда сна. Но едва встает заря, Этот лунный покров Вновь взмывает ввысь, паря, Гонимый натиском ветров, Как альбатрос над бездной водкой Или все, что вам угодно. Миру дольнему с утра Не нужно лунного шатра, Сиречь прозрачного тумана (Что звучит довольно странно!). Но водяною пылью Рассыплется он в небесах, И падает этот прах На трепетные крылья Взлетевших мотыльков, Что вновь должны спуст. И пыли той частицу Вернуть нам с облаков.