Твои не родные. ДНК (СИ)
Крупные желтые буквы кричали на меня с фотографии "Тайное венчание Марины Асадовой и Майкла…". Внутри что-то оборвалось, громко разбиваясь.
Я хватал одну газету за другой, раскидывая их по полу. На каждой из них, словно неоновая вывеска, сияла эта чертова надпись. Сердце долбилось в груди со скоростью света. Продавец что-то орал, но я не слышал. Все звуки доносились, будто через вату. Почувствовал в кармане крутки вибрацию. Механически вытащил телефон, увидев имя Хавьера.
– Лучше бы тебе сказать, что херовы газеты врут, – прокричал в трубку, выходя из оцепенения.
***
Я подгонял таксиста как мог, но этот идиот полз не быстрее черепахи. Вышвырнул водителя из машины, занимая его место, вдавливая педаль газа в пол, сжимая пальцы вокруг руля до хруста. Дорога плыла перед глазами.
«Я купил два рожка мороженого, передавая один из них Марине. На её лице сияла улыбка, будто я подарил ей самый долгожданный подарок. Не медля ни секунды, она накинулась на него.
– Никогда не понимал этой страсти женщин к мороженому, – усмехнулся, обняв за плечи и прижимая к себе. – Кажется, его ты любишь больше всего на свете.
Посмотрел на её губы, измазанные сливками. Провел по ним пальцем, стирая мороженое и облизывая его со своей руки.
– Больше всего? – хитро усмехнулась она и вымазала мое лицо мороженным. – Нет! Не мороженное!
Прежде чем я успел отреагировать, она приподнялась на носочки и слизала мороженное с моих скул:
– Я люблю тебя и мороженное на тебе.
До появления Марины в моей жизни я никогда не понимал, как можно наслаждаться такими глупостями, как спокойные прогулки, тихие разговоры и совершенно казавшееся неуместным раньше ребячество. Наблюдая, как чем-то подобным занимается кто-то из моих ребят, хотелось сразу же ударить их, чтобы привести в чувства. Но рядом с ней все оказалось естественным и безумно приятным.
– Пожалуй, десерт из тебя и мороженного понравится и мне, – дотронулся своим рожком до её носа, сразу же слизывая его с неё. – Кажется, это теперь моё любимое блюдо, – провел мороженым по её подбородку, дотрагиваясь губами до нежной кожи».
Долетев до нашего дома... Бл***ь, «нашего»! В одно мгновение оказался в квартире. Я выбегал из одной комнаты в другую, пытаясь найти какое-то объяснение. Все вещи Марины были на местах. Присутствовал легкий беспорядок, но выглядело все так, будто она только что вышла из дома, намереваясь вернуться. Вбежал в спальню, окидывая её взглядом. Сейф был раскрыт на распашку. Заглянул внутрь, папки, компрометирующей Павла, не было. Схватил дверцу, сворачивая её. Чёртов гребаный идиот, даже не закрывал на замок сейф, наивно доверяя этой суке! Которая спала со мной только из-за своего гребанного папаши! Зарычал, вырывая сейф из стены, выкидывая его в окно!
– Тварь! – забежал в ванную, осматривая её, уже не надеясь найти никакого знака от неё. От гнева дышать было не чем.
– ААААААААА! Мелкая Тварь! – кулаком разбил зеркало.
Воспоминания о её нежных поцелуях, стонах, словах любви и обо всем нашем времени вместе, словно жужжащий рой, обрушились на меня.
– Мразь! Сука! – крушил все, что попадалось мне под руку.
Как можно быть такой хорошей актрисой, чтобы заставить меня поверить во все это! Как я мог попасться какой-то девственнице? Когда приехал Хавьер, дом напоминал трущобы.
Ярость звоном отдавалась в ушах, требуя высвобождения наружу. Разгромив квартиру, я не почувствовал ни грамма облегчения. Злость лишь увеличилась в размерах, заполняя собой все вокруг.
– Эта б***ь не только ничего не оставила, а захватила с собой компромат на своего проклятого отца!!! – ударил в стену. Опустил голову, снова осознавая масштаб произошедшего. – Тварь! –пробил стену насквозь.
– Нужно ехать к Павлу, немедленно. Этот му***к должен ответить мне на пару вопросов, – устремился к двери мимо Хавьера.
Подъехав к особняку Асадовых, не дожидаясь, пока помощник вытащит ключ зажигания, вылетел из тачки, проносясь мимо опешившей прислуги, пытающейся преградить мне вход в дом.
– Павел, – рявкнул, переступив порог, направляясь к его кабинету. – Павел, сука, выходи, пока я сам тебя не нашел!
Слуги рассыпались в разные стороны, не пытаясь меня остановить. Распахнул дверь пустого кабинета.
– Павел, мразь! Лучше тебе сдаться добровольно! – побежал к лестнице, ведущей на второй этаж. Я знал, что спокойно не смогу с ним разговаривать, но если он будет прятаться от меня, то тем самым подпишет раньше времени смертный приговор. На верхней ступеньке появился Асадов в пижаме, с испуганной физиономией.
– Что такое? – уставился он.
– Ах, вот ты где! – схватил его за шкирку и потащил по лестнице в кабинет.
Дотащил Павла до кабинета, отшвыривая его на пол. Пододвинул к нему кресло, усаживаясь в него. Павел лежал, вжавшись в пол, с побелевшим лицом.
– Ты что себе позволяешь, грязное ничтожество! Я тебя в порошок сотру! – начал кидаться в меня угрозами.
Посмотрел на этот кусок де***а сверху вниз, впечатывая его в грудь ботинком.
– Ты, видимо, совсем не понял, с кем связался, – сверкнул глазами.
– Что за....? – еще больше побледнел Павел.
– Вопросы задаю здесь я, – вдавил сильнее ногу в его грудь.– Где твоя дочь, – язык не поворачивался назвать эту суку именем той, которой я готов был подарить весь мир.
– Там, где ты ее не до станешь!
Вскочил с кресла, дергая его за шкирку, поднимая в воздух.
– Повторяю еще раз, где она?– зарычал ему в лицо.
– В путешествии со своим мужем.
– Почему она это сделала? Ты заставил?– встряхнул его как тряпичную куклу.
– Ты жалкий идиот! Неужели ты думал, что она добровольно свяжется с таким, как ты? – ухмыльнулся он. – Она была с тобой, потому что хотела спасти меня! Понятно тебе?
– Ты лжешь ! – кинул его в стену. Подскочил к нему, поднимая по стене вверх.
– Она была рада избавиться от такого ничтожества, как ты, и вернутся к тому, кого всегда любила!
Воспоминания, как она бросилась защищать своего слизняка, как выбрала его вместо меня, а после разговора с отцом пришла ко мне, окатили ледяной водой. Тварь! Все было спланировано изначально! Меня мгновенно начало лихорадить от омерзения к ней, ее отцу и всей их семейке.
– Ловко ты все спланировал, – я ухмыльнулся. Павел попытался вырваться из моей хватки, – только ты забыл учесть одну деталь – от меня невозможно уйти безнаказанно.
Я с размаху въехал кулаком в это холенное лицо, слыша хруст сломанного носа и треск выбитых зубов.
– Теперь твой грязный рот больше не посмеет делиться своими гнилыми планами, – сбросил его на пол. Павел попытался отползти, но я поймал его за ногу, ломая ее точным ударом руки. – Мерзкие слизняки не ходят, они ползают, – пнул по второй ноге, дробя кость.
Из него вырывались рыдания в попытках разжалобить меня. Каждый его новый крик раздражал сильнее предыдущего.
– Теперь твой погнанный язык съедят твои же собаки! – вытащил нож из-за пояса и покрутил у него перед носом.
Павел уже содрогался на полу. Пнул кучу, которой когда-то был политик Павел Асадов, схватил его за волосы, поднимая вверх, и перерезал ему горло от уха до уха.
Пока Хавьер возился с телом, мозг лихорадочно думал о том, что же дальше. На Гаваи я сам сунуться не мог, мне не нужны досмотры на границе. Надо поручить нашим местным, хорошенько приплатив за целостность товара. Сел на стол, подкуривая сигарету.
Хавьер подпалил труп Асадова, а я молча вдыхал дым, наблюдая за пламенем, поглощающим Павла. Не так я хотел его убить. Не так быстро. Все из-за этой стервы. Она смешала все мои планы. Да она к дьяволу перекрутила все, что я задумал.
Я обвел взглядом разгромленную комнату. С полки камина на меня смотрела Аня, ее глаза сияли счастьем. Она прижималась к человеку, чьи останки сейчас превращаются в прах. Ей там лет шестнадцать, наверное. Кровь мгновенно закипела в жилах. Взял фото в руки, резко повернувшись лицом к помощнику.