Твои не родные. ДНК (СИ)
В этот момент я увидела, как Егор кивнул кому-то и...Господи, он развернулся и скрылся в толпе. Он уходил. Просто бросал меня здесь. Я снова хотела закричать и не могла. Меня схватили под руки и потащили, выкручивая запястья, хватая за волосы, а я смотрела ему вслед... и ничего не понимала. Такая счастливая и наивная...добыча. Я даже не подозревала, что тот, от кого я жду спасения, скоро станет моим самым жутким мучителем. Но тогда я верила – все будет хорошо, если ОН нашел меня. Ведь он всегда находил...Всегда.
Меня везли с завязанными глазами, дорога казалась бесконечной, я пыталась что-то спросить, но ко мне относились, как к бессловесному мусору. Никого не волновало, что я чувствую. Я почти не разбирала, о чем говорят мои похитители, я знала всего пару слов по-испански. Они снова и снова в своем разговоре упоминали Ангела, но я думала только о Егор. Если это он забрал меня, то почему со мной ТАК обращаются...А если не он? Что, если он пока ничего не может сделать? Неизвестность сводила с ума. Наконец-то мы приехали, и меня снова потащили, теперь уже по ступеням. Мне беспощадно выкручивали руки за спину, а саднящие сбитые ноги, казалось, горели в огне, но я терпела. Я хотела наконец-то понять, что происходит.
Когда сняли с глаз повязку, я увидела, что нахожусь в узком помещении, похожем на подвал.
– Куда вы привезли меня, уроды? Меня будут искать! Вы все об этом пожалеете!
Крикнула я одному из мужчин, и тот вдруг резко обернулся ко мне и схватил за горло.
– Заткнись, сука! – он замахнулся, но второй удержал его за руку.
– Эй! Попустись! Сейчас Ангел сюда придёт! Нам велено не трогать!
– Да ладно! На хер ему эта сука!
– Он сейчас спустится к ней, я тебе говорю. Все, валим отсюда.
Я зажмурилась, но удара не последовало, и с грохотом закрылась тяжелая дверь. Осмотрелась и поежилась от сырости. Вверху увидела маленькое окошко с решётками, я даже услышала, как там, на улице, проезжают машины. Я стояла возле стены, покрытой влажными потеками. В легкие врывался запах плесени и ржавчины. Мне стало страшно. Сейчас я увижу того, кто приказал похитить нас с Майклом, того, кто, наверное, купил меня в том притоне. Ангела, как они его называют.
Снаружи послышались шаги. Лязгнул замок. Я внутренне напряглась и отпрянула к стене, обхватывая себя руками. За дверью послышались голоса.
– Никто не трогал, как ты и приказал!
Дверь распахнулась, и я задохнулась, мне стало нечем дышать, потому что вместо Ангела ко мне в подвал вошёл Егор...
Я не могла пошевелиться, так бывает, когда осознание уже пришло, а ты не готова его принять, когда разум все понял, а сердце нет. Он подошёл ко мне очень медленно, и я почувствовала, как холодеют кончики пальцев и гулко бьется моё сердце. А потом он ударил меня, наотмашь, так, что голова склонилась к плечу. Я тихо всхлипнула и тут же услышала его яростное:
– Мои поздравления со свадьбой, сука!
Егор схватил меня за горло и пригвоздил к стене, я смотрела на него расширенными глазами. Я видела его лицо, взгляд, губы и все еще радовалась, да, по-идиотски радовалась, что он рядом. Я была далека от всего того кошмара, который ждал меня. Я даже не представляла, кто он на самом деле и какими смешными будут мои оправдания.
Это же мой мужчина. Он был нежен со мной, как никто другой. Мой первый мужчина, безумно любимый мной. Ведь все ради него. Я объясню ему. Я смогу. Он должен мне поверить. Должен понять.
– Егор, все не так...
– Не так, говоришь? А как? Хочешь сказать, не крала у меня бумаги для своего папаши и не сбегала, как вор? Не вышла замуж, смеясь над глупым ублюдком Егор, которого смогла обвести вокруг пальца?
Он сжал сильнее мое горло и я схватилась за его запястье, задыхаясь. Да, имеет право не верить, имеет право сомневаться.
– Так можешь больше не переживать! Егор больше для тебя не существует! Остался также, как и для всех вокруг, только Ангел!
Я подумаю об этом потом. Потом. Сейчас я хотела, чтобы он дал мне сказать, чтобы дал все объяснить. Большего не нужно. Егор вдруг разжал пальцы, я соскользнула на пол, и в этот момент он ударил меня по другой щеке. Из глаз брызнули слезы, но я была готова простить и эту пощечину. Ведь я знала, что он думает, знала, что в его глазах все выглядит именно так. Щека разбилась изнутри, и я почувствовала привкус собственной крови во рту. Подняла голову.
– Я знаю, как это выглядит, но отец. Отец сказал, что убьет тебя, если я не сделаю этого. Поверь мне. Поверь, умоляю. Посмотри на меня. Это же я. Твоя Аня. Твоя...
Я еще не боялась его, не сейчас, когда сердце пропускало удары только потому что он рядом. Схватилась за его плечи, чувствуя легкое головокружение:
– Посмотри мне в глаза. Ты видишь в них предательство? Там только ты... в моих глазах...
Несколько секунд, как столетие, секунд ожидания, когда его взгляд на несколько мгновений изменился. Но он вдруг оттолкнул меня от себя и тут же поднял с пола за волосы.
– Убьет меня? – Егор зло рассмеялся. – А ты и обрадовалась, что появился повод избавиться от меня. Не поговорила со мной! Даже записки не оставила! Чего же ты не дождалась, пока отец просто не "убьет" меня? Не терпелось залезть в кровать к своему педику жениху?
Сжал мои скулы пальцами, по моим щекам текли слезы.
– Ждать, пока снайпер прострелит тебе голову? Этого я должна была ждать! – отчаяние придавало мне смелости, у меня все еще была надежда, такая сильная надежда на то, что он поверит. Она не таяла. Пока еще нет, – ты бы искал, если бы оставила. Егор, меня заставили.
Я схватилась за его руки и прижала к своим щекам. Слеза увлажнила и мои и его пальцы. Эти руки, которые ласкали, сейчас ранили и причиняли боль. Но больнее от слов...намного больнее от взгляда, чужого и злого.
– Я была готова на что угодно ради тебя. Ради тебя, понимаешь?!
Я провел пальцем по её щеке, стирая кровь. Щеки, которые я покрывал поцелуями, сейчас покрыл кровью. Глаза, которые светились счастьем, сейчас кричали о боли и отчаянии. Ни один её жест, ни одно слово не говорило о лжи. Вот она, моя девочка. Моя. Всегда моя. Я тяжело сглотнул.
– Если бы хотела, нашла способ предупредить. Я бы вытащил тебя! – крикнул ей в лицо, вытирая ладонями её лицо, задыхаясь от надежды, загоревшейся в груди.
Когда он вытер с моих щек слезы большими пальцами, я задохнулась и подбородок задрожал. Мне казалось, что сердце разорвется от мгновенного восторга, от того, что снова тону в его глазах. Они снова стали другими, такими, как я помнила.
– Если бы хотела, нашла способ предупредить. Я бы вытащил тебя!
Теперь он уже вытирал мои щеки ладонями, я обняла его за шею и сильно прижалась к нему всем телом.
– Мне было страшно, так страшно. Я так люблю тебя, я боялась, что они тебя убьют. Ты не знаешь моего отца...
Я на секунду отстранилась и теперь обхватила ладонями его лицо, глядя прямо в глаза и наслаждаясь близостью.
– Он на все способен...он продал меня ему. Егор. Продал, как вещь.
Снова прижалась всем телом, пряча лицо там, где его шея, где запах его кожи, от которого кружится голова. Пусть только поверит...Пусть только поверит мне. Всё остальное не имеет значения. На все наплевать.
Я почувствовала, когда что-то изменилось, мне кажется, я просто услышала, что сердце Егор бьется иначе, что его руки касаются меня по- другому. Он обнял меня, и мне захотелось зарыдать от облегчения, уткнуться лицом ему в грудь и рыдать, пока он меня жалеет. Я долго буду вспоминать именно этот момент. Тот самый момент, когда я была счастлива до безумия, готовая простить побои, подозрения. Тот момент, когда Егор был еще Егор для меня. Не монстром, не чудовищем, а тем, кто меня любит.
Он осторожно приподнял моё лицо за подбородок, и я открыла глаза. Егор нежно целовал меня в подрагивающие веки, щеки, на которых останутся синяки после пощечин, потом мои губы, когда коснулся, я всхлипнула и обняла его за шею, отвечая на поцелуй. Мое сердце колотилось как ненормальное, но каждое касание после дикой вспышки ярости исцеляло. Тогда я еще могла простить, точнее, я еще долгое время смогу прощать именно из-за этого момента. Прощать, понимая, что он способен убить меня в любой момент. Он уже сейчас был готов приговорить меня на месте, а я еще этого не понимала.