Ухо
* * *
ОкулаПервым делом я позвонил Алле и сообщил, что экспертиза закончилась, и я вообще ничего никому не должен. Алла отнеслась недоверчиво, но я пообещал всё-всё-всё рассказать ей вечером. Пока что мне и самому не верилось, что этот кошмар последних дней так неожиданно закончился.
Когда ты оказываешься полностью во власти обстоятельств и не имеешь никакой возможности ими управлять, поневоле становишься мистиком. Взвесив факты, я рассудил, что именно сегодня удача начала мне улыбаться. Винчестер с рабочего компьютера и зарплату я выбил, фонарик себе обустроил прекрасный, почти помирился с Аллой… почти… И полностью избавился от проблемы с иномаркой. А значит, можно обнаглеть и попытать счастья и в другом месте… Благо до вечера ещё далеко.
Визитка «Окулы» обнаружилась почти сразу, отзывчивые прохожие прочитали мне номер, трубку поднял сам Леонид Юрьевич, согласился принять меня сегодня же и объяснил, как добраться.
На этом везение стало иссякать. Офис «Окулы» располагался на территории какой-то воинской части так далеко за городом, что ехать туда на такси, как я планировал на радостях, казалось безумием даже в моей финансово-благополучной ситуации. Становилось понятно, каким образом Леонид Юрьевич оказался в тот день на проселочной дороге.
Пока я трясся в электричке и ждал пригородного автобуса, уже полностью осознал, что человеку без автомобиля для того, чтобы работать здесь, придётся бросить город и переселиться в один из ближайших поселков. Но самое печальное – у меня стали появляться упаднические мысли, зачем я вообще сюда еду, если теперь… Но думать об этом я себе не позволял – каждый раз на этом месте мысленно нажимал у себя в голове клавишу «Reset» и перезагружал направление мыслей заново, стараясь думать на любую другую тему, кроме компьютеров. Получалось неважно.
Документы у меня проверили трижды: на проходной у входа в военный городок, на вертушке при входе в пятиэтажное здание, напоминавшее бывший советский НИИ, и ещё на пятом этаже, где и располагался офис «Окулы». Покосились на фонарик, висящий на шее, но ничего не спросили. Фонарик работал, светил на полную.
Леонид Юрьевич принял меня в своём кабинете. Он был деловит и приветлив, хотя у меня сложилось четкое впечатление, что ему совсем не до меня. На его столе всё время по очереди звонили оба телефонных аппарата, а один раз в дверь постучался молоденький военный и с порога скороговоркой начал «тарищ генерал…» – к моему огромному удивлению. Но Леонид Юрьевич поднял руку и военный исчез. В том, что он действительно генерал, у меня теперь не было повода сомневаться. Было стыдно за то, как я с ним запанибратски болтал в его машине по пьяни… Хотя, может ему как раз понравилась открытость?
– Александр, – бойко начал генерал, – парень ты, я вижу, неплохой, только много пьешь.
– Один раз всего было… – пробурчал я.
– Не спорь! – помахал рукой генерал. – Говорю: много пьешь. Вижу. Прекращай.
– Ладно, – кивнул я.
– Как там твои проблемы? – вспомнил генерал. – Что-то у тебя с машиной было?
– Всё в порядке, – сказал я. – Всё уладил.
– Молодца! – кивнул генерал, энергично разрезая ладонью воздух. – С девочкой помирился?
– Почти… – улыбнулся я.
– Значит так: испытательный срок – месяц. Сейчас сюда зайдет Никита, твой будущий начальник по компьютерам. Он покажет твоё рабочее место. Для нашего отдела кадров приготовить: две фотографии, военный билет в порядке? Трудовую книжку…
Дальше тянуть было нельзя.
– Леонид Юрьевич, – начал я, покусав губу. – Есть небольшая проблема…
– Слушаю.
– Я… В общем… Даже не знаю, с чего начать…
– С главного, – уверенно сказал генерал. – Всегда с главного.
– С главного… Помните, я вам тогда ещё сказал, что у меня что-то с глазами случилось? Ну и… в общем, я больше никогда… – я умолк и выпалил: – Никогда не смогу работать на компьютере! Нет ли у вас для меня другой работы?
Генерал недоуменно побарабанил пальцами.
– Глаза беречь надо, – сказал он. – Какое у тебя сейчас зрение?
– Очень у меня неправильное сейчас зрение, – буркнул я. – Вижу не то, что надо.
– В каком смысле? – насторожился генерал.
Я вздохнул и начал перечислять.
– Лицо я ваше вижу плохо: мимику-то различаю, а вот какие у вас брови, какое выражение глаз, румяные ли щеки – этого я не знаю. Я и знакомых теперь узнаю с большим трудом – по форме лица, носа и посадке глаз. Но зато вижу внутренние органы, кости… – Я заметил, как генерал подобрался, принюхался, не пахнет ли спиртным, а затем поглядел на меня как на ненормального. Поэтому я быстро добавил: – Вижу у вас следы от перелома ребер и металлическую вставку на правой ключице. Вижу ваш письменный стол насквозь и шкаф. В столе…
– Стоп, – сказал генерал и положил ладонь на стол, словно хотел его прикрыть. – Ну-ка, объясни?
– Не могу объяснить, – вздохнул я. – Просто вместо световых волн я вижу звуковые. Так получилось…
– А нукась, – крякнул генерал, вынимая из ящика стола дискетку. – Что на этой дискете записано?
– Леонид Юрьевич, вы не поняли, – я вздохнул. – Дискеты читать не умею. Я не экстрасенс, не фокусник и не больной на голову. И не белая горячка у меня. Просто… заболевание такое. Неизвестное науке. Вижу только то, что для звуковых волн прозрачное. То есть – всё…
– Так… – генерал задумчиво чесал подбородок, размышляя, как следует ко мне относиться. – Ну… а что у меня в верхнем левом ящике стола? – дал он мне шанс.
– В верхнем левом ящике стола у вас… – я глотнул. – Не пойму. То ли…
– Не поймёшь? – прищурился генерал, словно уже уличил меня во вранье.
– Не пойму: то ли бублики такие маленькие, то ли баранки такие большие…
Генерал обескуражено выдвинул ящик, достал пакет и стал внимательно изучать ценник.
– Изделие хлебобулочное, – пробормотал он удивленно, – читай!
Он развернул ко мне пакет тем местом, где, видимо, была этикетка.
– А вот читать я больше не могу, – вздохнул я и, увидев его непонимающий взгляд, пояснил: – Если б вы из баранок слово какое-нибудь выложили… Или из картошки… – Я оглянулся. – Вот, стенку видите? Под самым подоконником, где батарея, но чуть левее? Там под слоями штукатурки, где цементом заливали, из камушков выложено «ДМБ-78»… Какие-то идиоты из стройбата, которые здание строили, себя увековечили. Можете расковырять штукатурку, проверить…