Испанские каникулы
Она подняла жалюзи и выглянула в сад. Сверху клумбы смотрелись безупречно; бассейн сверкал голубизной; разложенные шезлонги будто приглашали расслабиться. Но Хлоя понимала, что она ничего этого не хочет. Не хочет, и все. Ее взгляд скользнул дальше, к горам, и внезапно ей остро захотелось очутиться отсюда подальше. Уйти от этого дома и его обитателей, его натянутых отношений, трений и тревог. Ей захотелось быть самой собою, безымянной в этой чужой гористой стране.
Хлоя быстро натянула старое хлопчатобумажное платье и сунула ноги в сандалии. Она намазалась кремом от загара, прихватила широкополую шляпу, налила воды из стоящего у кровати кувшина в термобутылку и сунула ее в сумку.
Когда она спускалась по лестнице, в доме царили тишина и покой. Хлоя представляла себя Алисой, идущей по волшебной стране, где действуют свои, особые законы. «Если мне удастся выйти за ворота, ни с кем не заговорив, — суеверно загадала она, — если мне удастся выйти за ворота, то… то все будет хорошо!»
Хлоя затворила за собой тяжелую входную дверь и зашагала по тенистой подъездной дороге к главным воротам. Сознание ее начало туманиться, и она уже не осознавала ничего, кроме своих шагов: один за другим, словно гипнотическое тиканье.
— Хлоя!
Хлоя нервно вздрогнула и огляделась с колотящимся сердцем, пытаясь понять, кто же ее позвал. Но никого не увидела. Неужто рассудок уже подшучивает над ней? Она что, сходит с ума?
— Выше!
Хлоя увидела Дженну, выглядывающую из-за живой изгороди, и ощутила облегчение, смешанное с раздражением.
— А мы тут играем в прятки, — пояснила Дженна. — Правда, Октавия? — Она улыбнулась, взглянув вниз на невидимую Октавию, потом с любопытством посмотрела на шляпу и корзинку Хлои. — Вы уходите?
— Да, — неохотно ответила Хлоя.
— А… А куда вы?
— Не знаю, — ответила Хлоя.
Она с трудом изобразила любезную улыбку и, прежде чем Дженна успела спросить что-нибудь еще, помахала рукой и зашагала по дорожке.
Дорога за воротами была пустынна и тиха; нагретый воздух над ней чуть дрожал. Хлоя перешла дорогу и зашагала по обочине, шаркая сандалиями по песку и даже не задумываясь, куда, собственно, направляется. Она дошла до поворота и остановилась, посмотрела сперва на изгибающуюся перед ней дорогу, потом на крутой горный склон слева. Поколебавшись всего мгновение, переступила через ограждение и зашагала, а потом побежала вниз по склону. Разогнавшись, Хлоя заскользила по сухой песчаной почве все быстрее и быстрее, едва сохраняя равновесие. Наконец, слегка запыхавшись, она остановилась на несколько минут у небольшого скалистого выступа и оглянулась на дорогу: оказалось, за краткий промежуток времени ей удалось уйти достаточно далеко. Она почувствовала себя беглецом, наконец-то оторвавшимся от преследователей. Выбралась. Свободна.
Хлоя уселась на большой белый камень и оглядела окрестности. Бесплодная почва была опалена солнцем; в тени ветвистых деревьев торчали пожухшие кустики. Откуда-то издали доносился звон колокольчиков: кто-то гнал коз на пастбище. Хлоя оглядела скудную растительность, и ей стало интересно, чем тут вообще умудряются питаться бедные животные.
Звон колокольчиков стих вдали, и Хлоя снова очутилась в тишине, под лучами палящего солнца. Повинуясь неясному импульсу, она подобрала камень и швырнула его вниз изо всех сил. Потом бросила еще один камень, и еще, ощущая, как плечо едва не вывихивается из сустава. Камни унеслись вниз по склону и исчезли из виду, и Хлою охватило до странности сильное чувство облегчения. Она потянулась было еще за одним камнем, но остановилась. Нет, трех достаточно.
Она посидела еще немножко, время от времени потягивая воду из бутылки и позволив мыслям праздно блуждать. Как будто сделавшись частью пейзажа. Маленькая ящерка мелькнула на камне, раз и другой. В третий раз она пробежала по руке Хлои, и женщина порадовалась, что ее так легко приняли.
Через некоторое время она встала, потянулась и пошла, нарочно выбирая тропинки потруднее, словно бросая себе вызов. Солнце пекло немилосердно — кажется, сильнее, чем вчера. Вскоре у Хлои заболели ноги, а по рукам потек пот. Но она продолжала двигаться вперед, шагала все быстрее и быстрее, словно пытаясь побить собственный рекорд. Ее охватило лихорадочное возбуждение, как будто ей нужно было уйти как можно дальше. Через горы. В иные края. Хлоя почти не замечала, что находится вокруг, и вообще ничего не осознавала, кроме ритма собственных шагов, вдохов и выдохов и пота на лбу. Потом заметила краем глаза пролетающую мимо бабочку, проводила ее взглядом — и остановилась, потрясенная.
Справа от нее невесть откуда возникло скопление ослепительно белых домиков, увенчанных колокольней. Ну конечно же! Это тот городишко, который они миновали, когда ехали сюда! Как там бишь он называется? Сан чего-то там. Сан-Луис. Несколько мгновений сбитая с толку Хлоя не двигалась с места. Она вовсе не собиралась посещать Сан-Луис, напротив, хотела затеряться в горах. Но теперь у нее возникло ощущение, будто за ней следят. Наверняка кто-нибудь наблюдал за ней через темную щель окна, недоумевая, что это за сумасшедшая носится по горам. А может, даже послал за местным врачом.
Мимо нее по дороге с ревом пронесся мотоцикл, и Хлоя подскочила, почувствовав себя в глупом положении. Она сделала несколько шагов, пытаясь восстановить прежний ритм, потом снова остановилась. У нее зародились новые идеи. Солнце стоит высоко, наверное, уже почти полдень. Тут, в Сан-Луисе, наверняка должен быть ресторан. Стакан охлажденного вина. Может, тарелка с чоризо, испанской сырокопченой колбасой. Маринованные грибы. Креветки в чесночном соусе. Хлоя вдруг поняла, что голодна как волк. Она не поужинала вчера вечером и не позавтракала утром. Она поспешно покопалась в сумке, проверяя, взяла ли с собой кошелек, и зашагала вверх по склону, к городку.
Аманда почти всю ночь просидела с Беатрисой. Когда Хью поутру крадучись выбирался из спальни, они спали рядом, накрывшись измятой простыней. Хью наспех выпил кофе на кухне, потом направился к бассейну. У бассейна были только Дженна и Октавия, плещущиеся на мелководье.
— Доброе утро, мистер Стрэттон, — бодро приветствовала его Дженна. — Как там дела у Беатрисы?
— Она спит, — ответил Хью. — И Аманда тоже.
Он уселся в шезлонг и огляделся.
— А где все?
— А все разошлись, — сообщила Дженна. — Филипп повез Сэма с Натом на побережье.
— Они что, поехали без Хлои?
— Без нее. Она решила пройтись.
— А! — Хью умолк. Он подобрал один из журналов Аманды, оставшихся тут со вчерашнего дня, и пролистал его с чрезвычайно заинтересованным видом. Остановился на статье о стеклянных скульптурах и прочитал первые три строчки. Потом отложил журнал и небрежно поинтересовался: — А вы не видели, куда она пошла?
— К сожалению, нет, — сказала Дженна.
— Ага…
Солнце начало припекать Хью голову. Он просидел еще с минуту, охваченный колебаниями. Наконец поднялся.
— Пожалуй, пойду пополню кое-какие запасы, — объявил он. — Я возьму машину. Вам она не понадобится?
— О господи! Нет, конечно! — рассмеялась Дженна. — Если нам понадобится машина, мы ее сделаем. Верно, Октавия?
— Ну и замечательно.
Хью помедлил еще несколько секунд, потом кивнул Дженне и направился к машине, стараясь идти как можно медленнее. Открыв дверцу, он услышал вопль Октавии:
— Пока-пока, папа! Пока-пока!
Чувствуя себя несколько не в своей тарелке, Хью уселся на водительское место и завел двигатель.
Выехав на дорогу, он приостановился. Женщина не могла за это время уйти особенно далеко. Если ее не окажется в одной стороне, значит, она в другой. Хью огляделся и решил, что Хлоя наверняка направилась вниз по дороге.