"Сезам, откройся!"
Четыре окна фасада здания «Амбара» выходили на городскую площадь, где располагалась открытая стоянка для автомашин.
По обе стороны «Амбара» располагались: с одной стороны — также трехэтажное здание, с другой — четырехэтажный дом. Но по старинному признаку значимости хозяев этих домов они уступали четырехоконному фасаду «Амбара», имея с фасадной стороны только по три окна. Как мне объяснили эту разницу поляки, раньше купцы-владельцы домов обязаны были платить налог с количества окон по фасаду их домов. Так что прежний, довоенных лет владелец «Амбара» платил налог за свой дом на четверть больше, чем его соседи.
Помимо главного входа со стороны площади, «Амбар» имел арочный въезд во внутренний дворик, куда выходил черный ход.
Польские коллеги хорошо знали внутреннее устройство «Амбара», они имели точные схемы расположения его помещений, которые сумели сделать еще до въезда нынешнего хозяина «Амбара», когда узнали, что его арендует новый хозяин, учреждение которого будет представлять первостепенный интерес как потенциальный объект операций ТФП.
По их точным данным, ЗБ «Амбара» располагалась со стороны соседнего четырехэтажного дома, на втором этаже. Исходя из этого, они заранее сняли в этом доме весь второй этаж, устроив там пункт наблюдения и прослушивания того, что происходило за стеной. И почти двухлетнее изучение внутренней жизни и деятельности «Амбара» позволило с большой уверенностью планировать операцию ТФП в этот объект.
Поэтому сразу после нашего совместного ТФП в «Гренаду», в пасхальные дни 1975 года, мы засели с польскими коллегами за разработку оперативного плана по «Амбару».
После операции «Гренада» план обеспечения внешней безопасности был отработан без затруднения, тем более что его исполнители на этот раз были опытными сотрудниками польских спецслужб.
В основу плана операции входило два этапа: проникновение в основные помещения вплоть до ЗБ через черный ход и подготовка к преодолению входа в эту зону, оборудованного стальной дверью со специальным кодовым замком; разгадывание шифра кодового замка на двери ЗБ из соседнего дома, где размещался наблюдательный пункт. Первый этап был знакомым и не представлял особых трудностей для поляков, при условии удаления из «Амбара» его хозяина, проживавшего на третьем этаже над ЗБ. Для этого было запланировано приглашение его на охоту на несколько дней.
Наиболее сложной задачей был этап преодоления шифрзамка на входе в ЗБ, в котором должны были участвовать наши специалисты из Москвы со спецаппаратом, так же, как и в открытии сейфов, требовавших раскрытия их шифров с помощью того же аппарата.
Для оценки выработанного плана и ознакомления на месте с условиями предстоявшей работы поляки попросили через меня приехать руководителя спецбригады, которого Центр и направил незамедлительно в Варшаву. Теперь, после совместной операции в «Гренаде», Центр поверил в способность польских спецслужб грамотно и надежно готовить операции ТФП и полностью полагался на мои оценки в этом отношении.
Прибывший руководитель нашей спецбригады на месте осмотрел стену со стороны соседнего с «Амбаром» дома и в соответствии со схемами расположения ЗБ и преграждавшей вход в нее двери со сложным шифрзамком договорился с польскими специалистами, как подготовить подход через стену для применения спецаппарата с целью расшифровки кода дверного замка. Были оговорены и сроки охоты хозяина «Амбара», намеченные на начало летнего охотничьего сезона.
Запланированная операция ТФП в «Амбар» требовала, как минимум, три ночных периода работы: одна ночь нужна была для разгадки шифра замка на двери ЗБ; вторая — для входа в «Амбар», открытия двери в ЗБ и ознакомления с сейфами и их замками; в третью ночь планировалось открытие сейфов и обработка их содержимого.
В первую ночь возникло небольшое затруднение. При апробировании возможного доступа спецаппарата к замку ЗБ, через заранее подготовленную нишу в кирпичной стене со стороны соседнего дома обнаружилось, что поляки допустили ошибку при расчете и лучи спецаппарата не могли достать до замка. Пришлось срочно прорубать новый подход через кирпичную стену, передвинув его на пару метров. Для этого два специалиста по «кирпичным» делам были засажены почти на всю ночь за работу.
В связи с этим польские коллеги, наблюдавшие за их работой, после завершения операции рассказали мне со смехом о таком эпизоде: работая по очереди в поте лица над осторожным пробиванием новой ниши в кирпичной кладке, оказавшейся очень прочной, один из «кирпичников» жаловался, что ему выпала доля целую ночь делать эту адскую работу. «Ну хорошо, пану Яцеку, — говорил он, — все равно, что ни делать, он пьяница, а за что страдаю я?»
Так или иначе, но нужная ниша была сделана в срок, и наш специалист смог теперь добраться через стену до замка и разгадать его шифр.
Не буду описывать дальнейший ход операции «Амбар», она была завершена успешно, о чем свидетельствовали переданные нам поляками разведывательные материалы и шифрдокументы, которые я с удовольствием направил в Центр.
Примерно через полгода шифры на сейфовых замках «Амбара» были заменены и потребовался новый визит наших специалистов со спецаппаратом. Вот тогда и произошло то событие, ради которого я описываю эту операцию ТФП.
Когда в соответствии с планом наш специалист вместе с польской спецбригадой вошел в ЗБ, первоначально никто не заметил каких-либо изменений. Все было, как и раньше, на своих прежних местах.
Наш специалист, однако, почувствовал какой-то дискомфорт, но приступил к работе с замками сейфов. Открыв их, он еще раз очень внимательно осмотрел ЗБ и бросил взгляд на входную дверь. И тут заметил какую-то небольшую коробочку на косяке двери.
Немедленно все взгляды сфокусировались на ней. Как оказалось, произошло наихудшее: это был счетчик открытий и закрытий двери, с прозрачным пластмассовым корпусом, через который четко были видны цифры, свидетельствующие хозяевам «Амбара» факт несанкционированного открытия двери в ЗБ.
Что делать? Счетчик был привинчен к косяку двери двумя шурупами. Сняв его, все участники операции могли убедиться, что вскрыть его в «полевых» условиях, без специальных технических средств было невозможно.