"Сезам, откройся!"
Четвертый аспект этого дела состоит в том, что разоблачен «Варяг» был не шведской, а израильской контрразведкой, которая арестовала его в Тель-Авиве в 1977 году и выдала шведам. Как писали шведские газеты после возвращения «Варяга» в Швецию, он подтвердил сообщение занимавшего в 70-е годы пост начальника шведской государственной полиции Карла Персона о том, что «Варяг» предупредил ГРУ о подготовке к побегу на Запад военного атташе Георгия Федосова. Шведы, по словам Персона, тщательно подготовились к приему Федосова, ожидая, что это будет «крупнейшей добычей» в истории Швеции. Однако «Варяг» сорвал это дело (Новости разведки и контрразведки. 1996. № 2). Представляет также особый интерес тот факт, что в связи с признанием «Варяга» после его возвращения «из побега», шведские власти заявили российскому МИД протест, обвинив российские власти в том, что они якобы помогли «Варягу» бежать из тюрьмы в 1987 году и затем использовали его на разведывательной работе.
Это дело, по утверждениям шведской прессы, даже «вызвало дипломатический кризис в шведско-российских отношениях». МИД Швеции выразило удивление, что ГРУ использовало «Варяга» уже в интересах России, что свидетельствует о том, что «и в новой России продолжает действовать старый подход и стиль мышления».
В ответ на шведскую ноту, к удовлетворению Швеции, Москва признала факт помощи в бегстве «Варяга» со стороны бывшего СССР, но отметила, что это было сделано «из гуманных соображений». Что касается проживания «Варяга» и его супруги в СССР, то они пребывали там только на положении частных лиц. В свою очередь, премьер-министр Швеции Карл Бильдт подтвердил, что и Швеция вела разведывательную работу против СССР в годы «холодной войны». Он сказал, что в то время шведская разведка заслала в Прибалтику 14 своих агентов, но они все были пойманы советскими органами безопасности.
Это признание было оценено шведской прессой как беспрецедентное. Но одновременно отмечалось, что после разоблачения в Советском Союзе шведских агентов шведы отклонили протест Советского правительства, не признав принадлежности этих агентов к шведской разведке, то есть, как писала пресса, лгали без зазрения совести (Шальнев А. Папа работал на советскую разведку, сын — на английскую. Известия, 1995, 15 августа).
Таковы интересные аспекты дела «Варяга», выявленные только через пятнадцать лет после его ареста, в 1994 году.
ОПЕРАЦИЯ «ФЕЛИКѻ 1992 году в нашей печати появилось сообщение об удивительной операции проникновения ГРУ в главную военноморскую базу ЮАР в Саймонстауне (Пиляцкий Б. Феликс и Лина. Они были агентами Москвы. Известия, 1992, 14, 15, 16 января). История двух агентов ГРУ, о которых сообщалось, явилась примером блестящей операции ТФП в спецслужбы далекой Южно-Африканской республики и одновременно того, какой огромный ущерб приносит предательство. Изменник «Фарвелл» выдал двух замечательных агентов и просто людей, самоотверженно помогавших нашему государству в противостоянии Западу в непримиримой «холодной войне». Объявление об аресте «Феликса» и «Лины» было сделано 26 января 1983 года.
Западная пресса очень скупо сообщала об этом деле, тем более что эта операция ГРУ была серьезным поражением для спецслужб не только ЮАР, но и ряда других западных государств — Англии, США и НАТО в целом.
Поэтому комментирую дело «Феликса» и его помощницы «Лины» по указанным сообщениям нашей газеты. «Феликс» — Дитер Герхард — был блестящим старшим военно-морским офицером, командором, служил на крупнейшей военно-морской базе в Южном полушарии — в Саймонстауне. Под его началом находились 2700 человек, он отвечал за обеспечение и боеспособность военно-морского флота ЮАР.
Но секреты, которыми владел «Феликс», далеко выходили за пределы его служебных обязанностей. Он был своим человеком в святая святых — подземных лабиринтах «Сильвермайн», электронном чуде XX века, наиболее охраняемом и самом секретном объекте ЮАР. Это электронная база, оборудованная самой современной техникой для наблюдения за самолетами и судами на просторах Южной Атлантики и Индийского океана. Кроме доступа к сверхсекретам, прикрытым холмом «Серебряной шахты» (так переводится с английского «Сильвермайн»), «Феликс» обладал богатыми информационными возможностями из-за близости к руководству страны.
Премьер-министра ЮАР Питера Боту связывало с «Феликсом» длительное знакомство домами. Бота привлекал «Феликса» к участию в обсуждениях в самом узком кругу лиц важных проблем страны. Близким другом считал «Феликса» и командующий военно-морским флотом ЮАР Бирманн. Перед самым арестом «Феликса» у Бирманна был с визитом министр обороны ФРГ Манфред Вернер, который вел конфиденциальные переговоры с «Феликсом».
Одним словом, «Феликс» находился в зените славы, ожидалось скорое присвоение ему звания контр-адмирала.
Его жена «Лина» — швейцарка Рут Йор — пользовалась уважением среди офицерских жен, их семейство было популярным на базе, и дом славился гостеприимством. Поэтому арест этой супружеской пары явился шоком для всего высшего общества ЮАР.
Дело «Феликса» расследовали контрразведывательные службы сразу нескольких стран на трех континентах: в Америке, Европе и Африке.
Южноафриканские газеты писали, что «Феликс» передавал в ГРУ такую информацию, которая «явилась одним из самых чувствительных ударов по Западу со времен начала «холодной войны». Он выдал Советскому Союзу «ряд самых важных военных и стратегических секретов ЮАР, Англии и НАТО».
В бестселлере Генри Пайка «История коммунизма в Южной Африке» сказано, что сведения, которые он передавал СССР, касались «НАТО, британских морских вооружений, включая ракетные, французской ракетной системы «Экзосет», не говоря уже о всей военной структуре базы в Саймонстауне», где он служил.
Во время суда над «Феликсом» и «Линой» в августе 1983 года «шпионские» улики считались настолько секретными, что их даже не давали в руки судье. Прессе же было запрещено освещать подробности этого дела. Суд длился четыре месяца, были допрошены 124 свидетеля, из которых ни один не сказал о них худого слова. «Феликс» взял всю вину на себя, «Лина», по его заявлению, была лишь исполнителем его воли.