Катастрофическая История о Тебе и обо Мне (ЛП)
Я начала медленно пробираться по песку к своим подругам. Мне так сильно хотелось подбежать к ним. Обнять их. И в обнимку смотреть, как солнце скрывается за волнами.
Когда я подошла поближе, раздались их голоса, громкие и чистые. Они говорили обо мне.
— До сих пор не могу поверить, что ее больше нет, — произнесла Тесса. Она крепко обхватила колени руками и уютно устроилась на своей голубой флисовой тостовке. — Это кажется таким нереальным.
Сейди кивнула.
— Не уверена, что вообще смогу поверить в это. — На мгновение она бросила взгляд на океан, а потом закрыла лицо руками. — Я так сильно по ней скучаю.
Ребята, я здесь. Я здесь.
— Я даже смотреть на него не могу, — сказала Эмма. — Каждый раз, как прохожу мимо него в коридоре… — Она покачала головой. — Это каким же парнем надо быть, чтобы не прийти на похороны собственной девушки?
Я сделала шаг назад. Значит, они не заметили, как он ошивался у самого входа. Полагаю, никто не заметил.
Тесса стиснула зубы.
— Каков придурок.
— Кто что принес? — перебила Сейди, за ее спиной пылал костер.
Эмма достала из сумки футболку. Темно-синюю с длинными рукавами, на вороте спереди небольшой разрыв. Она принадлежала Джейкобу. Он оставил ее у меня дома как-то, а я «забыла» вернуть ее ему, к тому же, она была теплая и пахла им. Я засыпала рядом с ней бессчётное количество ночей. Нужно было выбросить ее, когда у меня был шанс.
— Идеально, — произнесла Сейди. — Тесси?
Тесса подскочила, ее рыжие волосы взметнулись, когда она потянулась к заднему карману джинсов. Она достала фото. Я подошла поближе, чтобы получше разглядеть. Это было фото, что я хранила в своем шкафчике в школе, на нем были сняты я и Джейкоб в день осеннего карнавала. Его сделали, когда мы забрались на самую высшую точку Твистера, американских горок, за секунду до спуска. На фото у меня закрыты глаза и я кричу, смеясь. Он целует меня в щеку. На сегодняшний день это была моя любимая фотография. Могу поспорить, скоро у его новой подружки в шкафчике появиться точно такая же.
— Теперь я, — сказала Сейди. Она наклонилась к Эмме и выхватила у нее свой тотализатор фирмы L.L. Bean со своими инициалами на панели: СТР — Сейди Тейлор Руссо.
Звезда, с самого рождения.
Сейди сунула в него руку и вытащила коробку, которую я тут же узнала, потому что она была моя. Это была старая коробка из-под сигар, потертая по краям и покрытая наклейками с цветами, которые я клеила на протяжении нескольких лет. Она подняла крышку и вынула красный кожаный дневник, перевязанный черной кружевной лентой.
БО. ЖЕ. МОЙ.
Я, совершенно подавленная, плюхнулась на песок рядом со своими подругами.
— Серьезно, девочки? Вы в самом деле сделали это для меня?
Это был дневник, который я вела с тех самых пор, как начала встречаться с Джейкобом. Он был полон дрянных стихов и глупых любовных писем, которые я так и не осмелилась отправить ему, не то чтобы они предназначились совсем уж ему, скорее больше мне самой.
И потому что тогда он еще не был ярким доказательством Ужасного Придурка.
Я простонала и покрылась всеми невообразимыми оттенками красного. Не хочу никогда больше видеть этот глупый дневник.
— Леди, окажете мне честь? — спросила Сейди.
Ох, вау, она, правда, это сделает. Она на самом деле его прочтет!
Я закрыла уши руками, приготовившись познать унижение доселе неизведанное.
— Валяй, — ответила Эмма, стиснув руку Тессы.
Сейди аккуратно развязала ленту и сунула ее в карман толстовки. Затем поднялась и подошла к костру. Она раскрыла книгу и улыбнулась.
— Бри, — сказала она. — Это для тебя.
С этими словами, она начала отрывать страницы. Я, разинув рот, наблюдала, как она отправляет страницу за страницей в костер, в вечернее небо взметнулись искры и шипение по мере того, как пламя поглощало мои слова, мои желания, мои самые сокровенные секреты о парне, которого я любила. Это было прекрасно. Волшебно. И впервые с момента смерти, что-то во мне сдвинулось с мертвой точки. Я ощутила легкость. Спокойствие. И мало-помалу, я начала ощущать свободу.
— Да! — закричала Эмма. Она подскочила к краю костра и бросила в него футболку Джейкоба. — Гори, детка, гори! — закричала она, размахивая руками в воздухе.
Я расхохоталась, глядя, как майка Джейкоба извивается в жарком пламени костра.
Наконец, Тесса взяла нашу с Джейкобом фотографию. Она поцеловала мое изображение, сделала глубокий вдох, затем разорвала фото пополам. Затем еще раз. Затем еще на три части, пока от моего счастливого воспоминания не осталось ничего кроме крошечных кусочков бумаги. Она подняла вверх руки, а я наблюдала, как промозглый осенний ветерок подхватывает обрывки и, вращая, развеивает их… вокруг нас настоящий водоворот из музыки, бумаги, воспоминаний и цветов.
Мы вчетвером смотрели, как бумага начинает гореть и тлеть на фоне лилового неба, наблюдали, как искры падают на землю, словно звезды.
— Счастливого шестнадцатилетия, Игс, — прошептала Тесса.
— Мы скучаем по тебе, — сказала Эмма, ее голос дрогнул. — Очень.
— Мы любим тебя, Бри! — закричала Сейди.
Всепоглощающая боль…, но на этот раз боль хорошая… пронзила мою грудь. Мне так повезло, что они есть у меня. Нет, даже больше, чем просто повезло. Я была самой счастливой на свете.
Я тоже вас люблю.
Затем, они втроем взялись за руки. Подошли к кромке воды. И с последними лучами предзакатного солнца, мои лучшие подруги послали мне воздушные поцелуи и, наконец, простились.
Глава 19
Каждый твой вдох
Костер горел всю ночь. Я смотрела, как звезды мерцают и гаснут, и в то время как другие спали, я ощутила, как меня охватывает некое странное умиротворение.
Думаю, я готова.
Готова к чему?
Вернуться обратно в «Кусок». Двигаться дальше.
Хотел бы я, чтоб все было так же просто, Ангел.
Незадолго до рассвета, я наклонилась и попыталась взять Сейди за руку. Мои пальцы прошли сквозь ее ладонь, но к моему удивлению, ее глаза открылись. Она села. Потянулась. Наклонилась и взглянула на экран телефона. После потерла глаза, натянула еще одну толстовку и тихонько выбралась из своего спального мешка. Стараясь не разбудить Эмму и Тессу, Сейди натянула свои Конверсы и отправилась на прогулку.
Я шла рядом с ней. Мы направились на северную часть пляжа, пока не добрались до круглых дюн. Она пошла знакомой тропой, что вела к столикам для пикника. Место, где мы миллион раз собирались, будучи детишками, чтобы поиграть в волейбол и пожарить барбекю во время летних каникул.
Сейди выбрала столик и села, скрестив ноги. Я присела на скамейку рядом с ней. Будучи все еще сонной, она все равно была красивой. Длинные, темные кудрявые волосы. Идеальная загорелая кожа. Карие глаза, полные искр. Полные жизни. Как бы я хотела, чтобы ты смогла увидеть меня. Знала бы ты, что я здесь, рядом с тобой.
Вместе с Сейди, я наблюдала, как мягкое сияние утреннего солнца окрашивает сонный небосвод в оттенок пастели… настоящая симфония фиалок, гвоздик и розовых балерин. Совершенный рассвет. Эмма и Тесса наверняка пожалеют о том, что пропустили его. Лентяйки. Они точно бы проспали вечность, только позволь им.
— Так красиво, — произнесла Сейди, нарушая тишину. А потом она начала всхлипывать.
— Сейди? — Я поспешно придвинулась к ней, еще никогда прежде я не видела, чтобы она так убивалась.
— О, милая. — У меня вырвался всхлип. — Не плачь. Я здесь.
— Бри. — Ее голос был полон боли. — Мне так жаль. Мне так жаль.
В этот самый момент, я поняла, как сильно отразилась на ней моя смерть. Как тяжело было им всем. Одно дело, когда уходишь. Но когда тебя бросают. Это даже хуже.
— Все хорошо, все хорошо, шшш, не жалей ни о чем, — шептала я, пытаясь провести рукой по ее спине. — Это не твоя вина, Сейди. Прошу, не плачь.