Катастрофическая История о Тебе и обо Мне (ЛП)
Теперь будь очень осторожна.
Ларкин схватила меня за руку, и голос растворился, словно дым.
— Пообещай, что останешься со мной, Бри. С тех пор, как ты появилась здесь, все стало намного лучше. — Она поднялась на ноги и распростерла руки в стороны, не смотря на безумный пейзаж, окружающий нас. — Что, черт, подери, может быть лучше всего этого?
Она была права. Я подумала о том, что стала гораздо счастливей, после того как попала сюда. Я была так рада, что нашла ее. И, наконец, обрела новый дом.
— Ничего, — ответила я ей. — Ничто не может быть лучше. Обещаю, я останусь с тобой. — И я была серьезно намерена.
Она подняла меня на ноги так, что мы оказались рядом.
— Наперегонки до самого низа.
Я усмехнулась.
— Хочешь бросить вызов королеве дайвинга?
— Детка, — она приняла вызов, — я тебя сделаю.
После этого, мы досчитали до трех, и бросились к краю здания, смеясь, когда ветер заревел вокруг нас, пока мы падали вниз.
Несколько дней спустя…, впрочем, настоящего восхода солнца у нас все равно не было, поэтому измерять дни было сложно; мы тусовались в одном из наших любимых злачных мест: игровая площадка в Парке Сержанта Джона Маклея, на углу О`Фарелла и Ларкин Стрит.
— Это самая красивая улица Сан-Франциско, не правда ли? — произнесла Ларкин, повиснув на турнике кверху ногами.
Я фыркнула с качелей.
— Самовлюбленный нарцисс. — Я оттолкнулась одной ногой и теперь раскачивалась взад-вперед на жестких металлических цепочках. Однажды я даже закрыла глаза, представляя, что лечу в вечернем прохладном воздухе, а повсюду продают разные вкусности. Где-то на заднем плане, я услышала, как Хамлоф роется в песке.
Мы угробили кучу часов, играя в самую любимую на свете игру Ларкин «Правда или вызов». Не так давно, она бросила мне вызов скатиться по Ломбард Стрит в мусорном бачке, а я бросила ей вызов нырнуть с причала. Теперь мы снова вернулись ко мне.
Моя очередь.
— Правда или вызов? — спросила Ларкин. — И лучше бы тебе ответить «вызов».
Я покачала головой.
— Ни за что. Я слишком измотана той дурацкой выходкой с мусорным баком. Поэтому выберу… правду!
— Серьезно? — простонала она. — Боже мой, ты такая скучная.
Я улыбнулась.
— Только оттого, что ты задаешь скучные вопросы.
Ларкин замолчала на мгновение, а я начала думать, над чем так усердно заработали шестеренки в ее голове. Фантазия у нее была хоть куда. Скорее всего, я огребу по полной.
— Ну? — подначивала ее я. — Покажи мне свой лучший удар, Ремзи.
Она сделала кувырок на турнике и приземлилась на песок, рядом с качелями. Она подошла ко мне и уселась на свободные качели.
— Если бы у тебя появилась возможность вернуться к своей прежней жизни, — наконец, произнесла она, — на один-единственный день… — Ее серые глаза встретились с моими. — Ты бы его прожила?
А?
Поначалу, ее ответ показался обыденным. Но когда я открыла рот, чтобы ответить, к моему удивлению, я не смогла вымолвить ни слова. Вместо этого, я начала плакать. Она с опаской наблюдала за мной, но ничего не говорила.
Я утерла нос тыльной стороной руки, обиженная собственной инфантильностью.
— Наверное. То есть, а ты?
Она грустно мне улыбнулась.
— На самом деле, я уже испытала нечто подобное.
Сквозь меня прошел мощный электро-разряд.
— Что ты имеешь в виду, уже испытала? — я спрыгнула с качелей, рассердившись. — О чем ты говоришь?
Она молча разглядывала меня, не говоря ни слова. Под бледным ликом луны, я вдруг представила, как ее ожоги оживают. Представила, как плоть извивается и сморщивается, изъеденная огненными змейками.
Я сделала шаг назад. Но ведь это всего лишь Ларкин. Я не боюсь Ларкин.
— Послушай, Бри. — Ее голос успокаивал, а взгляд серьезных глаз был прикован ко мне. — Я слушала твои истории. И дураку понятно, что у тебя остались незаконченные дела. Вопрос в том, позволишь ли ты мне помочь тебе? Что если я смогла бы дать тебе целый день, чтобы попрощаться… будучи живой и полной сил?
Голову заполонили вопросы. Я покачала головой, ощущая, как эмоции захлестывают меня.
Гнев.
Смятение.
Восторг.
Страх.
— Не понимаю, — произнесла я, пытаясь сохранить спокойствие. — Это невозможно.
— А что если так и есть?
Я с трудом ответила на ее взгляд.
— Но это не так.
Она улыбнулась.
— Никогда не говори никогда.
В памяти вспыхнули слова Патрика. Никогда не говори никогда, Ангел.
— Стоп, — произнесла я. — Это не смешно.
— А кто сказал, что я шучу? — она потянулась и взяла меня за руку. — Не волнуйся. Мы не будем говорить об этом прямо сейчас. Быть может, ты еще не готова…
— Как, — перебила я. — Как ты это сделала? Как ты вернулась?
Она отступила и небрежно сделала колесо.
— Смысл не в том как, а сколько.
— Ч-что ты имеешь в виду? Сколько чего?
Ларкин отряхнула руки и пожала плечами.
— Ты знаешь. Сколько ты готова заплатить за это.
— Заплатить? Кому заплатить? Как я смогу получить то, чего так все жаждут?
Здесь что-то не складывалось. Что-то не вязалось с общей картиной.
— Как на счет твоего кулона? — обыденным тоном спросила Ларкин. — Ты бы обменяла его? Я могла бы устроить так, что ты переживешь заново любой день, какой только пожелаешь, может день рождения Джека на вечеринке у Джуди? Или обычный пятничный вечер с Эммой и Тессой, или Джеком за просмотром «В поисках Немо»…. выбор за тобой.
Я приложила ладонь к груди.
Мой кулон? Зачем ей нужен мой кулон?
— В любом случае, мне он больше подойдет, — хихикая, произнесла она. — Боже, это даже не твой цвет. — Тон ее голоса стал действовать мне на нервы. Он был слишком уж слащавым, словно обмакиваешь арахисовый батончик в ванильную глазурь. Один укус и вкусовые рецепторы взорвутся. — Оу, — глаза Ларкин широко распахнулись, словно у мультяшного лесного зверька. Крольчонка, быть может. Или олененка.
Бог мой, да она вылитая Бемби, подумала я, мгновенно отвлекаясь. Ее диснеевский персонаж определенно Бемби.
— Или как на счет танцевального вечера? Неплохо, а? Ты бы смогла отшить Джейкоба прямо на танцполе и послать его ко всем чертям!
Она довела меня. Мне не хотелось, чтобы она говорила о всех моих лучших моментах жизни, словно она имела право ими распоряжаться, будто она знала меня лучше меня самой. Это была моя жизнь. А не ЕЕ.
— Я уже возвращалась назад, — огрызнулась я.
Ее оленьи глаза засияли.
— Не так, не по — настоящему.
Мир ушел из-под ног. Равновесие пошатнулось, или, быть может, пошатнуть его собиралась как раз я сама.
— Прекрати, — произнесла я. — Больше никаких игр.
— Это не игра, Бри. Мы можем заключить сделку, прямо здесь, прямо сейчас. — Улыбнулась она. — Это легче, чем ты можешь себе представить. Оторвешься дома, вернешься, и мы будем тусить целую вечность. Только ты и я. Что думаешь?
О чем я только думала? В голове все смешалось.
— Прожить целый день? — прошептала я. — Любой, какой пожелаю? — Тело задрожало от воспоминаний о доме… скучных повседневных воспоминаний, какие я только могла припомнить. Подруги подпевают Леди Гаге по дороге в школу. Мама готовит оладьи на мой день рождения, пока Папа поет ей песни Боба Дилана. Звук смеха Джека, когда мы играем в догонялки во время летнего отдыха. Возбуждающие поцелуи Джейкоба.
— Ты серьезно? — прошептала я. — Я, правда, смогу вернуться назад? В чем подвох?
— Ну…, - хихикнула Ларкин, указывая на мой кулон. — Это всего лишь безделушка. — Она сделала еще одно колесо. — Это довольно хорошая сделка, если ты хорошенько призадумаешься.
Я подняла руку и легонько прикоснулась к тонкой цепочке на шее. Чуть выше я нащупала маленькую металлическую застежку, где-то под волосами. Но когда я попыталась снять ее, по коже пробежали язычки пламени. В уголках глаз припекло. В одно мгновение передо мной промелькнуло еще одно воспоминание.