Катастрофическая История о Тебе и обо Мне (ЛП)
И честно говоря, от этого было обиднее всего. Знать, что Джейкоб, один из моих лучших друзей во всем мире, не доверяет мне. Потому что мое глупое сердце разбилось прежде, чем он успел договорить.
Ну, не на этот раз. Сегодня не мой вечер. Сегодня все ради него.
И на этот раз, я собиралась его выслушать. Кто знает, смогу ли я сказать или сделать нечто такое, что изменит будущее или даже прошлое. Ларкин не удалось изменить свою историю к лучшему. Также как и Патрику.
Но я все же должна попытаться.
Я потянулась к нему через стол и коснулась его руки.
— Что такое? — тихо спросила я. — Что с тобой происходит?
Он посмотрел на меня, его рука была ледяной и липкой, и я почти увидела, как его слова повисли в воздухе, словно дым.
— А? — спросил он. — Что ты имеешь в виду?
Я посмотрела в его глаза и попыталась сосредоточиться. Попыталась дать ему понять, что все будет хорошо. Что он в безопасности.
Все хорошо. Мне ты можешь сказать.
Он основательно помолчал. Он весь покраснел, и у него задрожали руки.
— Бри?
— Джейкоб?
Вот оно. Сейчас.
— Я не люблю тебя.
Я закрыла глаза, позволяя словам омыть себя. Обидные, но уже не настолько, как мне запомнилось. На этот раз боль была горькой, а не сокрушительной. Я расслабилась, когда поняла, что конец света после этого не наступит.
Я открыла глаза.
— То есть, — он осекся, — я люблю тебя. Правда, люблю. Но только… не в том смысле, как ты думаешь. — Он опустил взгляд на тарелку. — Наверное, я пытаюсь сказать, что не влюблен в тебя.
Я сделала глубокий вдох и подобрала по-настоящему правильные слова. Те, которые нужно было сказать еще в первый раз.
— Я знаю, Джейкоб. Все в порядке. Я тоже тебя не люблю.
Его глаза широко распахнулись.
— Что?
— Что слышал. Как ты и сказал, я тоже тебя не люблю.
— Не понимаю. — Он смотрел на меня так, словно я только что начала говорить на японском. — У тебя кто-то есть?
— Ага, — ответила я, не в силах сдержать улыбку. — Вроде того.
На мгновение, он отвел взгляд.
— Эй? — Я наклонилась к нему. — Ты в порядке? — Я осторожно подняла его подбородок рукой.
Наши глаза встретились; я увидела, что он был на грани слез.
— Мне жаль, — произнес он. — Я все испортил.
— Нет, — я покачала головой. — Все не так.
— Я ужасный человек.
— Нет же.
— Ты не понимаешь.
— Понимаю. — Я сжала его ладонь. — Ты можешь обо всем мне рассказать. Я твой друг. Я всегда буду твоим другом.
Он шмыгнул носом и вытер лицо салфеткой.
— Я не знаю, как признаться в этом.
— Просто скажи как есть.
Он понурил голову, разглядывая свою обувь, чтобы собраться с мужеством.
— Думаю…, думаю я — гей.
Затем я сделала то, что следовало сделать еще давным-давно. Я отодвинула стул. Пересела к нему и обняла его.
— Я, правда, рада, что ты мне сказал.
Он недоверчиво покачал головой, словно не верил мне. Или не понимал меня.
— Правда? На самом деле?
Я кивнула.
— Правда.
— То есть… ты меня не ненавидишь?
— Ну…, - я приложила максимум усилий, чтобы придать голосу больше раздраженности. — Может быть, немножко.
Он разволновался.
— О. — Неловко поерзав на стуле, он добавил. — Это имеет смысл. Я, пожалуй, пойду…
— Я схватила его за руку и улыбнулась.
— Я серьезно! Ты слопал последний кусочек пасты и даже со мной не поделился.
Он озадаченно посмотрел на пустую тарелку. Наконец, он рассмеялся.
— Ладно, ты меня подловила. Хорошая попытка.
Я хихикнула.
— Купи мне молочный коктейль, и мы в расчете.
Его голубые глаза посмотрели на меня, и я увидела в них благодарность. И облегчение.
— Спасибо, Бри. — Он приблизился и поцеловал меня в щеку, после чего сел, сделав большой вдох облегчения. — Я так боялся сказать тебе. Я был уверен, что ты больше никогда не заговоришь со мной. Что будешь вечно меня ненавидеть.
Я покачала головой.
— Невозможно.
Он улыбнулся и взял меня за руку.
— Ты самая лучшая на свете девушка.
— Нет, — тихо ответила я, с болью вспоминая о Патрике. — Едва ли.
В этот самый момент, резкая боль прошила грудь, и я сползла на стуле.
Подождите. Нет. Что происходит? Такого не должно было случиться.
Я почувствовала, как сердце начало биться как сумасшедшее. Но мне удалось успокоиться. Я успела завершить свои дела.
— Бри? — голос Джейкоба стал взволнованней. — Что такое? Ты в порядке?
Прямо из ниоткуда боль стала настолько невыносимой, что я не смогла произнести ни слова. Зрение затуманилось, и ресторан начал тонуть во мраке. Вокруг меня начали раздаваться странные голоса… как на Острове Ангелов…, я ощутила его руки на плечах, он пытался вернуть меня назад.
— Бри?! — закричал Джейкоб. — Скажи, что мне сделать. Что, черт подери, мне делать?!
— Будь собой, — прошептала я, сжимая его ладонь в последний раз. — Просто будь самим собой. — Еще один острый приступ боли прошил меня насквозь, и перед глазами возникло лицо Патрика.
Разве ты не знала, что я люблю тебя? Разве ты не знала, что я всегда любил тебя?
На мгновение, весь мир затих. Я открыла глаза. Ресторан исчез. Вместо этого, я стою на зеленом лугу неподалеку от шоссе, глядя на сияющий бескрайний океан. Над головой приветливо сверкает солнце, согревая плечи, а небо невероятно голубое: на горизонте всего одно или два маленьких облачка. Прекрасный летний день.
Что это еще такое?
Неужели я вернулась обратно в свой кусочек рая? Должно быть, так и есть. Такой прекрасный день попросту не может существовать в реальной жизни.
— Ангел? — окликает меня мужской голос. — Твоя карета подана.
Я медленно поворачиваюсь и вижу парня, сидящего на раздолбанном, но обожаемом мотоцикле. Я узнаю его короткие каштановые волосы. Поношенную серую футболку. Потертую кожаную куртку.
— По шоссе к опасностиии, — пропел Патрик, изображая игру на электрогитаре. Затем он завел мотор, но из глушителя с громким хлопком вылетело облако дыма. — Холостой выстрел, — закашлялся он, отмахиваясь. — Я такого не планировал.
Я рассмеялась.
— Надеюсь, ты не всерьез думаешь, что я залезу на эту штуковину. Потому что я точно этого делать не стану!
— Давай же, Лил, — позвал он. — Всего разок по шоссе. Тебе понравится!
Лил.
Потом я поняла. Лил, сокращённое от Лили.
Он улыбнулся, и в уголках глаз появились морщинки. О, эта улыбка. Я почувствовала, как моя решимость угасает.
— Нет, — отрезала я. — Не-а. Ни за что. И ноги моей не будет на этой смерто-машине.
— Давай же, — сказал он, уговаривая меня. — Всего одна поездка, и я куплю тебе молочный коктейль.
— Думаешь, можешь подкупить меня? — я покачала головой. — Это не сработает.
— Попробую еще раз…, - он подмигнул мне. — Я куплю тебе коктейль.
Мне этого было достаточно. Говоря о слабостях. Я подбежала и, смеясь, обняла его. Отодвинувшись, я посмотрела прямо ему в глаза; сегодня больше зеленых, чем карих… и чмокнула его в нос.
— Ох, ладно, — ответила я. — Всего разок проеду по этому твоему шоссе. Но на этом все!
Он просиял.
— Ты не пожалеешь, Ангел. — Он передал мне маленький черный шлем, и я запрыгнула на мотоцикл, обхватив руками его грудь и прижавшись к нему так крепко, как только смогла.
— Попридержи коней, Патрик Дарлинг. Или…
— Или что? — поддразнил он меня.
Я поддразнила его в ответ.
— Или я найду себе нового парня.
Он повернулся и посмотрел на меня через плечо, сверкнув самой очаровательной на свете улыбкой.
— Извини, Ангел. Но ты от меня так просто не отделаешься. — Затем он завел мотор, и я ощутила, как мотоцикл под нами ожил, рванув вперед.
— Помедленней! — завопила я, стукнув его. — Я серьезно!
Но по мере того, как мы набирали скорость, я почувствовала, как начинаю расслабляться. Плечи стали не такими напряженными, и я позволила себе закрыть глаза и представить, будто мы летим. Сочетание солнца и морского воздуха было опьяняющим. Я наклонилась и поцеловала Патрика между лопаток, ощущая себя счастливейшей девушкой на всем белом свете.