Шок
Настало тревожное молчание, делегаты с ужасом жались друг к другу, опрокидывая розовые коктейли. И только Смит оставался спокоен. Он сидел, скрестив руки на груди, продолжая смотреть в камеру.
Голос ответил на его безмолвный вызов:
— Доктор Смит, мне кажется, вы несколько враждебно настроены по отношению к нашей благотворительной конференции?
— О нет, — быстро проговорил Ле Пат, все его самообладание улетучилось.
— Позвольте доктору отвечать самому.
Смит ответил все так же невозмутимо:
— Это так.
В зале опять воцарилась тишина. Даже Цирцея потушила сигарету и сидела выпрямившись, на ее лицо легла тень тревоги.
— Ваша так называемая благотворительная конференция — фарс. Меня доставили сюда против моей воли. А это, насколько я понимаю, называется похищением. Я не знаю, что за промывание мозгов вы устроили здесь, с вашими розовыми напитками и подсознательным внушением, превращающим людей в убийц, но из меня вы не сделаете Орвилла Пибоди.
В зале воцарился хаос. Со всех сторон доносились крики. Сидевший рядом со Смитом бельгийский экономист вскочил и набросился на него.
— Не смейте так разговаривать с Абрахасом, — закричал он, хватая Смита за воротник.
Раздался пронзительный свист, заставивший всех замолчать.
— Джентльмены, — сказал низкий голос.
Экономист отпустил Смита и сел на место, вместе с другими делегатами.
Камера показала Смита крупным планом и возобновила свое движение по дуге. Цирцея, в испуге застывшая у дверей, облегченно вздохнула и вернулась на свой диван.
— Вы много дней терпеливо ждали, пока со всего мира соберутся делегаты. В течение этого времени вам мало было сказано об истинной цели этой конференции. И теперь я пролью свет на тот план, который мы начнем осуществлять вместе и доведем до конца.
— Начните с того, как вы превратили Пибоди и двух других безвредных людей в наемных убийц, — сказал Смит.
— Это не так, и вы это поймете, — спокойно ответил голос.
По залу разносили большие кувшины с розовым напитком. Смит с презрением оттолкнул от себя стакан.
— Во все времена война и смерть разрушали любое возможное сотрудничество между людьми, — снова прозвучал голос Абрахаса. — Человечество достигло бы великого прогресса, если бы его постоянно не раздирали на части конфликты. И я желаю, чтобы это закончилось раз и навсегда и истинный потенциал человеческой расы мог быть реализован.
Смит подавил зевок.
— Мой план состоит из трех частей… Единство, Гармония и Мир. Первая часть — Единство — соберет разобщенные элементы общества под одним общим знаменем.
— Под вашим, — пробормотал Смит.
— Да, под моим. Мистер Пибоди и другие были началом первой стадии, вырывая с корнем источники истинного зла и делая мир более пригодным для жизни местом. В каждой стране находятся люди, которые считают уничтожение трех террористов огромным шагом вперед к достижению всеобщего единства. Некоторые гнилые места в теле человечества вырезаны, Пибоди, Грут и Сороизо, послужив для этого своего рода хирургическими инструментами, стали уже легендой.
— Они мертвы, — спокойно сказал Смит. — Это была кость, — продолжил он. Взгляды делегатов обратились к нему. — Кость, брошенная собакам. Бессмысленный жест. Цель убийств — только обмануть тех, кто принимает эти подсознательные телесообщения, заставить поверить, что Абрахас что-то вроде Одинокого Ковбоя, [1] распространяющего всюду добро. — Он взглянул на озадаченные лица делегатов: — Вы что, не понимаете? Три террориста — это ничто!
— Нигде не упоминалось, что я к этому причастен, — сказал громкий голос.
— Пибоди упомянул об этом. Так что все журналисты в мире обратили на это внимание.
Голос громко рассмеялся.
— Очень хорошо. Не буду спорить. Убийцам было поручено пропагандировать имя Абрахаса, Вы удовлетворены, Смит?
Смит сел, он был сбит с толку. Абрахас только что допустил, что его благотворительная конференция — сплошное притворство. Несмотря на это, люди вокруг стола по-прежнему благоговейно смотрели в камеру.
Для них это не имеет значения. Смит это ясно понимал. Хороший или плохой, святой или убийца, Абрахас просто поглотил их разум.
— Те люди с помощью телевидения были выучены, как выполнить свои задания, — жестко произнес голос. — Как вам должно быть известно, обычные телепрограммы передавали их подсознанию сообщения и инструктировали их. То же самое может быть сделано в больших масштабах, если передавать сообщения Абрахаса миллионам. Мнение людей можно изменить за очень короткое время, не используя обычных политических и военных каналов. И разногласий не будет.
— О чем вы говорите? — ошеломленно спросил Смит.
— Не будьте идиотом, — отрезал Абрахас. — Я говорю о революции. Революции, доктор Смит. В короткий срок эта конференция подготовит и осуществит мировую революцию, не пролив и капли невинной крови.
За столом послышались одобрительные возгласы. Смит уронил на руки голову, чувствуя отвращение.
— Это первая стадия. Вторая стадия — Гармония — ускорит этот процесс. Джентльмены, мы должны быть реалистами. Хотя массы поддержат план Абрахаса, те, кто имеет власть и деньги, вряд ли поделятся ими для блага общества. И поэтому богатство должно быть изъято у его владельцев и перераспределено, чтобы принести пользу человечеству в целом.
Смит подскочил на месте.
— Что?
Глубокий, гипнотический, самоуверенный голос не умолкал. Делегаты за столом слушали затаив дыхание.
— Люди в этом зале собраны, чтобы продумать пути развала мировой экономики и уничтожить продажность частного капитала. Здесь мы найдем способ изъять золотые запасы Нью-Йорка и Американской фондовой биржи. Мы будем манипулировать ими посредством контроля над обширными сетями коммуникаций, ценами на нефть и другими вещами, приносящими богатство.
— Я могу разладить телефонные линии стран-экспортеров нефти на целый день, — с энтузиазмом закричал инженер со Среднего Востока. — Хаос в течение одного дня — этого будет достаточно, чтобы устроить беспорядок в мире на целые месяцы.
— Я могу какое-то время контролировать почту США, — заметил бывший государственный секретарь, — можно задерживать всю очередную корреспонденцию.
— И это только начало, — сказал Абрахас. — Я уверен, что господин Бью Пере, банкир, может обеспечить уничтожение больших личных вкладов в швейцарских банках.
— Они исчезнут бесследно, — лениво протянул элегантный швейцарец, потягивая свой коктейль. — Некоторые из самых богатых людей в мире за одну ночь станут нищими.
Абрахас продолжил:
— И вы, доктор Смит. Я хотел бы, чтобы вы взяли часть проекта на себя. Чтобы вы нашли доступ к информационным банкам. Вы внесете ложную информацию в компьютеры ТСС и конфискуете капиталы, принадлежащие этой организации. Когда вы выполните это задание, вы сделаете то же самое в компьютерных системах других наций.
Смит в изумлении встал с места.
— Вы сумасшедший, — прошептал он, не узнавая свой голос. — Вы говорите об уничтожении цивилизации.
— О начале цивилизации, — поправил Абрахас. — Третья стадия будет кульминацией всех наших усилий и оправдает средства, которые мы используем. Стадия три — Мир — не что иное, как переустройство планеты. Война будет исключена. Пропадут все разногласия. Личные амбиции и конкуренция между людьми будут навсегда устранены. На третьей стадии я предоставлю вам мир, где каждая нация и все люди служат одному делу на благо человечества. Япония, например, будет всецело обществом технологии, производя электронику для всей планеты. Люди, живущие в Японии, будут обслуживать только промышленность, и все будут приносить пользу.
— Вы это серьезно? — удивился Смит. — Япония — это страна, а не предприятие. Вы не можете рассчитывать, что каждый человек здесь будет работать только для промышленности. Что же произойдет со всем остальным?
— Я рад, что вы проявили интерес, доктор Смит. Скандинавские страны станут молочным центром Земли. Гренландия, из-за своего географического расположения, будет поставлять ядерные вещества для обогрева и освещения планеты в предстоящие века. Все рыбные и морские продукты, используемые людьми, будут добываться близ южной цепи островов Тихого океана. Советский Союз, обладающий обширными пастбищами, будет выращивать домашний скот.