Шок
Человечек сыпал проклятьями, спасая себя от трясины и вытягивая с собой Римо.
— Премного благодарен, приятель, — сказал Римо. Одной ногой он был уже на берегу.
Выбравшись из трясины, Римо схватил Ле Пата и поднял его в воздух. Повернувшись вокруг своей оси несколько раз, он отшвырнул его далеко в середину болота.
Упав грудью в трясину, Ле Пат завопил. Он быстро забил руками, словно пойманное насекомое крыльями, и начал погружаться в отвратительную пузырящуюся массу. Первой исчезла голова. Остальное последовало за ней.
Все, что осталось, это плавающие на поверхности ботинки Ле Пата.
— Цирцея! — на бегу звал Римо, продираясь сквозь кусты.
Он нашел дорогу к берегу и вернулся обратно к пещере. На том месте, где должна была лежать женщина, было пусто.
Машина. Римо подошел к ней и быстро осмотрел ее. Как и подозревала Цирцея, там оказалось маленькое следящее устройство. Он с яростью забросил передатчик в море. Затем снова вернулся туда, где оставил женщину. Земля была холодной. Значит, ее забрали уже давно. Это могла быть полиция, подумал он. Но вокруг не было никаких следов шин.
Оставалось только одно объяснение. Ле Пат был не один. Римо встал на четвереньки на траву, рядом с машиной. Он максимально расширил зрачки. Это заставило травинки тускло светиться едва различимым светом.
На траве были пятна. Чем-то похожие на воду, но темные и густые и уже начинающие засыхать. Он поскоблил их немного ногтем и понюхал.
Кровь.
Цирцея оставила след для него.
На мгновение выглянула луна, освещая кровавые пятна, которые тянулись к дороге и вели дальше. В сторону южного берега. Тот, кто унес Цирцею, был без машины.
Над головой проплывала туча, закрывая яркий свет луны, и Римо охватила печаль. Он не был провидцем, но он чувствовал, когда смерть была рядом. Сейчас она слегка задела его, но он знал, что, прежде чем кончится ночь, смерть расправит свои темные крылья и утвердит свою победу.
Глава 15
Волна мрачного предчувствия охватила Чиуна. С тех пор как он услышал выстрелы, доносившиеся с острова, он тоже чувствовал в ночном бризе взмах крыльев смерти. От пуль Римо мог уберечься. Но было что-то еще на этом острове, что-то неопределимое и опасное. Словно звезды и вся Земля подернулись черным облаком, предвещающим грядущую эру Тьмы.
Смит лежал на койке, куда его положил Римо. Его веки дрогнули. Он неуверенно посмотрел на Чиуна.
— Где мы? — прошептал он.
— А, император Смит. Наконец-то вы к нам вернулись. Мы на яхте. Здесь безопасно. Римо на острове.
Смит стряхнул с себя сон.
— Моя голова, — простонал он, обхватив ее руками. — Она болит, как…
— Как будто вы выпили слишком много? — предположил Чиун.
— Извините. Я же не пью.
— Вы выпили. И много, о славнейший. Вы, как бы сказал Римо, упились.
— Напился, — поправил Смит со стоном. — Теперь я вспоминаю. Инъекция… тот розовый коктейль. О, Боже! Распечатки.
— Они здесь. Мы забрали вас из того места.
— Спасибо, — сказал Смит, поднимаясь на ноги.
Чиун протянул ему одежду.
— Я не представляю, что бы могло случиться, если бы Абрахас получил их.
— Вы видели его?
— Нет, его никто не видел. Зато его имя… Оно передавалось через спутник по всем телевизионным сетям мира. Люди начинают воспринимать Абрахаса как своего рода бога.
— Массы глупы, их легко обмануть, — высокомерно сказал Чиун, отводя взгляд. — Одно только имя не может причинить вреда.
— Это только начало, — сказал Смит, влезая в брюки. — У него есть план. Великий план, как он его называет. Эта надменная свинья намеревается завоевать мир.
Чиун громко рассмеялся.
— Это пытались сделать и другие, достойнейший император.
— Он может это сделать, — убежденно сказал Смит. — Я понимаю, это абсурдно, но он продумал все до мельчайших подробностей. Надеюсь, вы меня извините, если я не расскажу вам обо всех его идеях, это вопрос национальной безопасности.
— Конечно, — сказал Чиун, стараясь, чтобы его ответ прозвучал так, словно он не устает заботиться о национальной безопасности.
Смит торопливо застегнул рубашку.
— Сейчас мы должны добиться того, чтобы этот психоз не распространился дальше. Мы можем связаться с Римо?
— Я ему не нянька, — фыркнул Чиун. — Но он скоро появится.
— Очень хорошо, — пробормотал Смит. — Тогда мы сделаем это без него. Я расскажу вам кое-что из того, что я знаю, но вы должны поклясться, что всегда будете хранить это в тайне.
— Мастер Синанджу дает слово, — сказал Чиун, подавив зевок.
Смит глубоко вздохнул.
— Абрахас планирует проникнуть на телевидение по всему миру. Он собирается прервать вещание, чтобы объявить свой Великий план. Если это случится, люди, загипнотизированные им, примут участие в колоссальных разрушениях, которые он собирается вызвать. После этого будет поздно его останавливать.
Чиун задумался.
— Но каким образом все увидят его одновременно? В то время как половина Земли спит, другая половина бодрствует.
— Он установил момент, когда все спутники вокруг Земли будут находиться в оптимальной позиции, имея максимальный радиус вещания.
Смит нервно играл пуговицей на рубашке.
— Фактически это сделал для него я, с помощью компьютерного центра. Я… э-э был не в себе.
— Вполне понятно, о достойный император, — сказал Чиун. — Вы упились.
— Сообщения посылаются с отдельных спутников, внушая людям, когда они должны настроиться. Абрахас рассчитывает на аудиторию в полмиллиарда.
— Интересно.
— Полмиллиарда людей достаточно, чтобы начать мировую революцию.
— Понимаю. А когда будет послано это сообщение?
— Двенадцатого. В одну минуту после полуночи, двенадцатого. Странно. На острове я потерял всякую ориентацию во времени. Какое сегодня число?
— Одиннадцатое.
— Одиннадцатое? — Смит взглянул на часы. Румянец исчез с его лица. — Двадцать минут двенадцатого.
* * *Чиун рассматривал плантаторский дом на южном берегу.
— Странное место, — сказал он.
— Да, — тяжело вздохнул Смит, измученный греблей на резиновой лодке, которая доставила их с яхты.
Перелезть высокий забор тоже оказалось не так-то легко. Смит изумился сверхъестественной силе старика, которому, должно быть, перевалило за девяносто. Для него забор был детским препятствием. Но Чиун был особенный, так же как и Римо. Из них троих один Смит мог испытывать усталость и слабость.
Он хотел отдохнуть, мысли все еще расплывались. Это последствия выпитого. Молодым ему уже не быть, в отличие от Чиуна, на которого возраст не влиял.
— Пойдем внутрь, — сказал Смит.
— А охрана?
— Она не нужна. Здесь все фанатично преданы Абрахасу, а чужие сюда не ходят. Они считают, что на южном берегу живут злые духи или что-то подобное.
— Может, в этом и есть доля правды, — тихо сказал Чиун. — У меня какое-то нехорошее предчувствие.
Внутренние покои особняка представляли собой лабиринт маленьких комнат, соединенных темными коридорами. Откуда-то доносились приглушенные голоса.
— Они, должно быть, в конференц-зале, — сказал Смит. Он снова взглянул на часы: — Ждут трансляцию.
— У нас нет времени проверять все комнаты.
— Мы и не будем. Если я смогу попасть в компьютерный центр, возможно, я буду в состоянии остановить его.
— Машина не может остановить маньяка, — усмехнулся Чиун.
— Я попытаюсь получить коды для передачи, — шептал Смит, когда они проходили по пустым изгибающимся коридорам. — Понимаете, передача осуществляется через спутники, используя коды, преобразованные в микроволновое излучение… — Он взглянул на Чиуна, который закатил глаза.
— Ладно, я иду с вами.
— Как хотите.
Дверь в компьютерный зал была заперта.
— Что делать? — спросил Смит.
Чиун резко ударил указательным пальцем в дверь, стальная пластина вокруг замка разбилась и посыпалась на пол, как стекло.