Мажор
Антон Семенович Макаренко
Мажор
Пьеса в четырех актах
Действующие лица
Крейцер Александр Осипович — председатель Правления трудовой коммуны имени Фрунзе. Высокий, стройный, в военной форме. Всегда в хорошем настроении, даже когда сердит. Уверенный в себе, с большой силой воли, 36 лет.
Захаров Алексей Степанович — заведующий коммуной, иногда в военной форме, но большей частью одет сборно. Худой, молчаливый, чрезвычайно спокойный человек. Он может часто проходить через сцену по своим каким-то делам без слов, иногда прислушиваться к происходящему. Несмотря на немногословие, он деятельный воспитатель в коммуне, и его интеллект и воля должны чувствовать. 40 лет.
Торская Надежда Николаевна — учительница русского языка в рабфаке коммуны. Хороша собой, женственна, очень культурна. Бодрый характер. 23 года.
Дмитриевский Георгий Васильевич — главный инженер завода электроинструмента при коммуне. Высокий, худой, очень вежлив и всегда серьезен. 44 года.
Воргунов Петр Петрович — начальник механического цеха и заместитель главного инженера. Полный, массивный. Бритое лицо, выразительная мимика. Говорит басом. 55 лет.
Троян Николай Павлович — начальник сборного цеха завода. Усы и бородка, за которыми не следит. Очки. Всегда спокоен и молчалив. 40 лет.
Вальченко Иван Семенович — начальник инструментального цеха завода, красив, темная шевелюра, брит.
Григорьев Игорь Александрович — инженер, старший инструктор завода. Блондин, подстриженные усики и пенсне без оправы. Всегда оживлен. 29 лет.
Блюм Соломон Маркович — бывший заведующий производством коммуны, теперь заведующий снабжением. Небольшое ожирение, несколько отекшее лицо, лысина. Несмотря на все это, очень подвижен, всегда бодр и энергичен. 57 лет.
Белоконь — механик, усы закручены, ежик. 38 лет.
Воробьев Петр — шофер, блондин, веселый. 25 лет.
Черный — инструктор. Высокий, худой, черный и долговязый. 30 лет.
1-я уборщица.
2-я уборщица.
Пожарный.
Коммунары:Шведов Марк — приземистый, широколобый, огромные глаза. 18 лет.
Жученко (Жучок) Ваня — секретарь совета командиров, большая наклонность к улыбке. Добродушен, но напускает на себя строгость по положению, часто ее не выдерживает и улыбается. Веснушки. 17 лет.
Одарюк Тимка — рыжий, некрасивый, стройный. 17 лет.
Клюкин Вася — командир первого отряда коммунаров, высокий, светлые локоны, интеллигентное лицо. 17 лет.
Забегай Коля — командир четвертого отряда. Образец постоянно бурлящей бодрости. 17 лет.
Ночевная Настя — командир отряда девочек, в отличие от других носит косу. Серьезный человек.
Зырянский Алешка — командир второго отряда, неподатлив и прям во всем. 17 лет.
Собченко Санька (Санчо) — командир пятого отряда, небольшого роста, остроносый блондин с непокорными вихрами. Живой, 16 лет.
Нестеренко Наташа — темные локоны, большие глаза. 17 лет.
Донченко Вера — полная, с круглым лицом, рыжеватая, спокойная девушка. 16 лет.
Гедзь Володя — курчавый юноша с вздернутым носом, несколько грубоват, силен. 18 лет.
Болтов Сергей — широкий нос, монгольское лицо, идеальная прическа. 16 лет.
Синенький Ваня — очень хорошенький, с чистым лицом, аккуратно причесанный мальчик, всегда весел, сигналист коммуны, часто носит с собой трубу-сигналку на синей ленте. 13 лет.
Романченко Федя — умен, проказник; когда находится в официальной обстановке, делается очень серьезен и старается говорить басом. 13 лет.
Вехов Игорь — молодой коммунар. Не беспризорный — из семьи. 15–16 лет.
Лаптенко Гриша — беспризорный, живые черные глаза. 14 лет.
Деминская.
Коммунары и коммунарки.
Общие указания к постановке
Мы даем шестнадцать «говорящих» коммунаров, чтобы не затруднять театр. Всего в коммуне двести человек. Этот коллектив театр должен показать движением коммунаров в разное время при помощи разнообразия лиц и возрастов.
Приблизительное отношение возрастов: шестнадцати — восемнадцати лет — пятьдесят процентов; четырнадцати-пятнадцати лет — тридцать процентов; двенадцати-тринадцати лет — двадцать процентов.
Из общего числа — девочек двадцать пять процентов.
Коммунары всегда одеты в форму. Во втором действии белые костюмы: штаны на выпуск и спрятанные в них рубахи со свободными воротниками (как в ковбойке). На левом рукаве вышитая золотом буква Ф. На голове тюбетейка. Узкий черный пояс.
В остальных действиях обычный костюм: ботинки, гамаши с коричневой каймой, черные суконные полугалифе и взятые в штаны суконные синие рубахи. Черный пояс. На левом рукаве такой же знак. У часового и у дежурного командира на голове темно-синяя беретка, у дежурного, кроме того, шелковая красная повязка на рукаве.
С завода коммунары проходят в третьем действии в спецовках: синие штаны и такие же пиджачки, у многих довольно замасленные. Уже к концу третьего акта все должны переодеться в обычный костюм, только на пожар многие сверх обычного костюма надевают пиджачки.
У девочек такого же цвета костюмы, вместо сукна шерсть. Вместо спецовок синие халатики.
Как правило, все коммунары подтянуты, собраны в движениях, не опираются на стены, сходя по лестнице, не держатся за перила. Только младшие позволяют себе иногда съехать по перилам.
Все причесаны, небольшие нарушения этого правила у младших.
Не должно быть толкотни, пробок в дверях.
Акт первый
Временная контора завода электроинструмента в коммуне имени Фрунзе. Большая комната — класс, на стене доска. Два окна в задней стене открыты, справа видно новое здание, кое-где еще остались леса. Несколько вершин деревьев, конец лета.
Прямо, ближе к задней стене, стол главного инженера. За столом Дмитриевский. По эту сторону стола в кресле Воргунов. Они рассматривают большой чертеж.
Слева, ближе к зрителю, высокий стол, какие бывают в физических кабинетах. За ним стоя работает Троян. На его столе собранные электросверла и электрорубанок, много, целые кучи разных деталей. К столу привинчены маленькие тисочки. В банке с бензином лежат какие-то части.
Далеко от зрителей маленький столик Григорьева, за которым он, впрочем, никогда не сидит. Справа чертежный стол Вальченко. Самого его сейчас нет. В комнате много стульев самых разнообразных фасонов: канцелярских, столовых, классных, две-три табуретки. Все в большом беспорядке: на столах и на полу сор и окурки, некоторые стулья в известке.
На задней стене на синьке два больших чертежа.
Дмитриевский (кричит в окно): Соломон Маркович, Соломон Маркович! Подождите, не выезжайте. Зайдите на минуточку к нам.
Блюм (за окном): А что такое? Я же и так опоздал…
Дмитриевский: Соломон Маркович, очень нужно.
Блюм: Ну… хорошо.
Троян (рассматривая на свет две шестеренки): В нашем городе он такого фрезя не достанет. Я уже искал.
Воргунов (сдержанно опуская кулак на стол): Не могу понять. Не могу. Как могли допустить такую ошибку? Ведь это задача для грудных детей. Кто это придумал, что сюда подойдет фрез модуль один? Это вы, Григорьев?
Григорьев: Кажется, нет. Кажется, товарищ Троян высчитывал.
Троян: Если кажется, нужно перекреститься, Игорь Александрович. Все зуборезные высчитывали вы, как вы могли это забыть? Вот же у меня расчеты. Вот! Это ваши цифры?
Григорьев (заглянув в бумажку): Как это могло быть? Поразительно…