Пари
– Роман Сулейманов, они идут примерно на равных, но у Федорова больше воли к победе, да и подача более сильная, а Сулейманов немного невыдержанный, когда начинает проигрывать, становиться агрессивным, иногда ракеткой о землю колотит.
– А вы не заметили, с кем он вчера уходил после тренировки?
– Кажется, со Шнейдером, они живут рядом, Федоров его обычно подвозит на своем «Опеле».
– В наше трудное время не каждый молодой человек может позволить себе «Опель». – заметил Мамедов.
– Как раз, наоборот, нынешнее поколение легче приспосабливается к «рыночной экономике», – с налетом какой-то отеческой грусти сказал Фадеев, – это нам, старым борцам за коммунизм приходится особенно трудно: изменить свои взгляды, жизненные ориентиры и привычки – ох, как не просто! – философски закончил Владимир Петрович.
– Так что же, Федоров сам заработал на «Опель»? – спросил Алискер, несколько смущенный тем, что принадлежал к тому самому «нынешнему поколению», о котором с беззлобной завистью высказался Фадеев.
– Да нет, машина ему от отца осталась, он на Кубе пахал не один год чтобы семью обеспечить. Вот только поистине не ведаешь, где упадешь… Работал-то Федоров-старший недалеко от военного городка, а в той зоне радиация повышенная была… Ну, в общем, вернулся он с опухолью мозга, даже года не прожил. А жена, еще когда он на Кубе работал, с другим мужиком сошлась и уехала с ним в Москву.
– Не знаете, Дима поддерживал с ней отношения? – спросил Алискер, заметно подавленный этой печальной историей.
– Вроде, да. А в чем дело? – спохватился Фадеев. – что случилось?
Его голубые глазки яростно сверлили Мамедова, который выждав паузу и сделав каменное выражение лица, сухо произнес:
– Сегодня утром сотрудниками милиции и нашей фирмы был обнаружен труп Федорова.
Но, дрогнув на предпоследнем слоге, голос Мамедова, которому он силился придать невозмутимое спокойствие и даже равнодушие, выдал его волнение, став неожиданно хриплым. Он напоминал самолет, которому нехватка бензина не позволила дотянуть до посадочной полосы.
Не каждый день сообщаешь людям такие новости.
– Что?! – Фадеев открыл рот, вялость флегматика, иногда перевоплощающегося в брызжущего веселым остроумием сангвиника, в одно мгновение слетела с него.
– Федоров найден мертвым в своей квартире, – повторил Мамедов.
– Не может быть! – Владимир Петрович никак не мог прийти в себя.
– Ножевое ранение в сердце, – не давая ему опомниться и не глядя на него, сказал Мамедов.
* * *Мамедов снова сел за баранку. Чтобы не терять времени, до начала тренировки оставалось еще три часа, он решил посетить Шнейдера и Сулейманова – друзей-соперников Федорова.
Шнейдер жил ближе, и Алискер направился сначала к нему. Остановив «Волгу» у подъезда, он пешком поднялся на третий этаж и позвонил.
Высокий зеленоглазый блондин, открывший дверь, тер глаза кулаком. Его заспанный вид говорил о том, что он только что проснулся.
– Вам кого? – удивленно спросил парень.
Мамедов показал ему служебное удостоверение.
– Меня зовут Алискер, я бы хотел поговорить с Рудольфом Шнейдером.
Парень оторопело уставился на Мамедова.
– А по какому, собственно, вопросу?
– Можно войти?
– Проходите, – он посторонился, пропуская Мамедова, – сюда, пожалуйста.
Шнейдер легонько толкнул рукой дверь в комнату.
Диван и кресло из одного гарнитура, стул радом с письменным столом, стереосистема на подставке, несколько книжных полок, где книги и журналы соседствовали с кубками, на полу – коричнево-бежевое ковровое покрытие.
– Вас зовут Рудольф? Мне ваш адрес дал Владимир Петрович.
– Что-то случилось?
– Вы еще не знаете? – Мамедов наблюдал за Шнейдером, – Дмитрия Федорова убили сегодня ночью.
– Убили? – вытаращив глаза, переспросил Рудольф.
– Вот именно. Поэтому я хотел задать вам несколько вопросов.
– Конечно, спрашивайте, – Шнейдер моргал своими большими глазами, – только скажите, как это случилось?
– В шесть утра сработала сигнализация в его квартире, мы подъехали через пять минут, практически одновременно с милицией. В квартире задержали соседа, а труп Дмитрия находился в ванной.
– Ужас какой-то, – Шнейдер рассеянно смотрел в пол, покачивая головой.
– Так вот, милиция считает, что это дело рук соседа, но есть несколько «но», поэтому мы и занимаемся этим убийством.
– Чем же я могу вам помочь?
– Когда вы последний раз видели Дмитрия?
– Вчера, на тренировке, – как бы вспоминая, ответил Рудольф.
– После тренировки вы поехали домой?
– Ну да, Дима еще подбросил меня, как обычно. Нам по пути.
– Во сколько вы расстались?
– Вчера тренировка закончилась минут двадцать восьмого, мы приняли душ, переоделись и где-то в районе восьми были уже у моего дома.
– Он собирался сразу поехать домой? – Мамедов не сводил со Шнейдера своих черных внимательных глаз.
– Нет, он сказал, что у него какая-то встреча в кафе «Ретро», на Буденовской.
– А с кем, он вам не сказал?
– Нет.
– У него была девушка?
– Да, Света Чебакова.
– Они давно познакомились?
– Месяца три назад.
– У них были серьезные отношения?
– Я не знаю, собирались ли они пожениться, но Светка хотела с ним ехать в Швецию, Диму пригласили туда тренироваться.
Мамедов немного помолчал, обдумывая следующий вопрос.
– Вы не заметили в последнее время чего-нибудь необычного в поведении вашего друга, вы ведь были друзьями?
Теперь задумался Шнейдер.
– Он какой-то дерганый стал, что ли. Я думаю, это из-за того, что Светка со своим бывшим хахалем на Канары умотала. Димка не смог поехать, у нас ответственные соревнования на носу, вот он и маялся. Понятно, что она там не кока-колу с ухажером пить собирается.
– Вы знаете адрес Чебаковой?
– Лицейская, пятьдесят четыре, квартира двенадцать. Могу и телефон дать.
– Это было бы замечательно, – сказал Алискер, вынимая записную книжку и авторучку.
– Двадцать четыре, семьдесят один, сорок два.
– Спасибо. Вы считаете, что нелады с Чебаковой были единственной причиной нервозности и плохого настроения Федорова?
– О других причинах, если они и были, я не знаю. Хотя в последнее время у него и в игре были сбои, – Рудольф поднялся с дивана, – вы извините, мне нужно на тренировку собираться.
– Я вас подвезу, у меня внизу машина, – любезно предложил Алискер, – Светлана Чебакова живет одна?
– Нет, с родителями, папаша ее – крутой бизнесмен, а мать – домохозяйка.
– У Димы было много друзей?
– Знакомых было много, а из друзей, пожалуй, только Андрей Зернов, они в одном классе учились. Димка и меня с ним познакомил.
– А чем занимается Андрей?
– Он в этом году заканчивает экономический.
– Спасибо, Рудольф, собирайтесь, я подожду вас в машине.
Мамедов запустил двигатель, набрал номер конторы и, дождавшись соединения, снял трубку.
– Товарищ майор, лейтенант Мамедов на проводе. Разрешите доложить обстановку?
– Кончай хохмить, Алискер, – улыбнулась Вершинина, – что у тебя?
– Ганке с Антоном-младшим я оставил опрашивать соседей Федорова. Я поговорил с его тренером и одним из спортсменов, которые с ним тренируются, сейчас снова еду в спортзал.
– Когда освободишься?
– Думаю, часа через полтора-два.
– Ты обедал?
– Конечно, – уверенно соврал Алискер.
– Ты уверен? – засомневалась Вершинина.
– Хотите, я перечислю все блюда, которые мне подавали? – весело спросил Мамедов.
– Ладно, гурман, отбой.
– До вечера, Валентина Андреевна.
Через пять минут они с Рудольфом уже ехали на тренировку.
* * *Сочные удары ракеток по мячу сливались в один вибрирующий гул, втягиваясь, как воронкой, тишиной огромного теннисного зала. Миновав тяжелые темно-синие кулисы, которые отгораживали корты от остального пространства зала, Мамедов увидел играющих теннисистов.