Виктор Цой и его КИНО
Тропилло, недолго думая, дал свое согласие и, несмотря на то, что в составе группы отсутствовал постоянный барабанщик, и то, что в процессе записи присутствовал элемент некоего хаоса, альбом был записан довольно быстро, буквально за 2–3 недели.
Необходимо отметить, что штатный барабанщик – Георгий Гурьянов – появился в группе «КИНО» именно в ходе записи альбома «Начальник Камчатки», точнее сказать, практически на самой – финишной прямой – ему досталась лишь роль перкуссиониста в финальной песне альбома «Прогулка романтика».
Александр Титов: Гурьянов появился, когда мы «Начальник Камчатки» записывали. Он там на паре песен играет, на «Транквилизаторе» я играю на шейкерах и барабанах… Даже Севка Гаккель на одной песне был, какой уже и не вспомню53.
Антон Галин: Гурьянов всегда себя позиционировал как нашего с Цоем общего знакомого. Кто спрашивал, говорил: да, Антон нас познакомил. А как там все было на самом деле, я не в курсе, я как раз в тот момент в армию отвалил.
Гурьянов еще в «АУ» играл. Там же какая была история? Все играли сессионно в «АУ». Это был лишний повод, на самом деле выпить. Говорилось: сегодня будем играть то-то. А на деле все просто нажирались винища и все. Иногда что-нибудь там потом играли.
А вот как Цой решил взять себе Гурьянова в барабанщики, и на каком этапе там «Рыба» отвалил, я не знаю. Каспарян там тоже почти в это же время появился. Один общий друг их познакомил. Как уж они все там сошлись, как вообще решили все это все вместе играть, для меня вообще загадка54.
Как вспоминал сам Георгий Гурьянов, он знал Цоя давно, оба многократно пересекались на всевозможных тусовках, но к сотрудничеству с «КИНО» его сподвигло ярчайшее впечатление от выступления группы в Москве, в 30-й спецшколе. Кореец в черном, исполнявший «Транквилизатор» на фоне монументальных портретов Ленина и Маркса, оставил в сердце
Гурьянова незабываемые ощущения. Такие, что по возвращении в Питер, он сам предложил Цою играть в «КИНО».
Георгий Гурьянов: Я встретил Витю на станции метро «Купчино», набрался смелости, подошел к нему и сделал предложение. Конкретное предложение. Он меня выслушал молча, а потом позвонил через несколько дней. Так мы стали работать вместе…55
В мае 1984 года в Ленинграде был объявлен 2-й фестиваль рок-клуба. И «КИНО» уже в полном составе, который, как вспоминала Марьяна, «два года Вите снился», рвануло на предфестивальное прослушивание. Но из-за хронической нехватки времени и слабой подготовки группа не удостоилась внимания отборочной комиссии фестиваля, и в выступлении «КИНО» было отказано.
Казалось бы, все было потеряно. По словам Марьяны Цой – Виктор, и так молчаливый, на два дня вообще потерял дар речи. Однако благодаря усилиям некоторых подвижников, которые, кстати, не входили в отборочное жюри, но оказались дальновиднее, ценой участия БГ и звонка Троицкого из Москвы «КИНО» на фестиваль все-таки попало.
В итоге – песня Цоя «Безъядерная зона» была признана лучшей антивоенной песней фестиваля.
Борис Гребенщиков: «КИНО»!!!! Я был после концерта просто в трансе! Если переходить к теории, то вот обычно, когда люди сидят в зале и смотрят на сцену, они видят там некое действо, праздник, колдовство. И появляется мысль, что те, кто на сцене, вот так все время и живут. Но на самом деле так в свое время жили «Beatles», а у нас это невозможно. В свое время так жил «Аквариум». Сходя со сцены, мы оставались такими же, какими были на ней. Это потом появилось электричество, одежды, грим, кимоно, синтезаторы и т. д. Сейчас, кстати, я снова буду пытаться вернуться к этому. Так вот Цой живет пока не так, но чувствует себя именно так. Мне кажется, что на сцене он больше Цой, чем в жизни, и, в общем, каждый, кто его в той или иной степени знает, – в той или иной степени это понимает. Когда я видел «КИНО», – я видел героев, я видел живую легенду56.
Гребенщиков прав. Питерская рок-публика была потрясена. Именно с этого фестиваля начался звездный путь группы «КИНО».
Николай Мейнерт: Помню еще выступление «КИНО» на фестивале рок-клуба. Это был по-моему 1984 год, второй фестиваль. Там был очень смешной эпизод – никто из членов жюри выступления «КИНО» практически не слышал и не видел, потому что там где-то на выходе милиция замела Гаккеля пьяного. И все побежали его спасать. Я лично видел как Цой начал выступление, потом мне сказали что с Гаккелем плохо, и мы все туда ушли, и Троицкий и все остальные. И вернувшись под самую последнюю песню, я понял, что это все очень хорошо. Это было очень хорошее выступление. Очень. Они действительно выступили блестяще. Но выступление жюри не видело.
Надо сказать, что помимо всего прочего я еще тогда вел программу на эстонском радио… А тогда звучание в эфире республиканского радио приравнивалось к «литовке». Поэтому мне музыканты присылали свои записи, для того чтобы я их прокручивал в эфире, а я им потом копии передач потом высылал. И вот тогда Цой мне прислал свой альбом, кажется, «Начальник Камчатки», к нему была приложена записка, где он писал по поводу этого альбома, как и что. И там была такая фраза – «…. но до этого была совсем другая история «КИНО», о которой я не очень хочу говорить». И мне этого тогда запало в душу, поэтому я так отчетливо это сейчас помню.57
26 мая 1984 года группа «КИНО» вместе с группой «Аквариум» отыграла концерт в ДК пищевиков, а в начале лета, в рамках II-го фестиваля Рок-клуба, «КИНО» выступило в Петергофе. 12 июня 1984 года в Ленинграде, в ДК им. Крупской, прошел заключительный лауреатский концерт.
Владимир Пыхонин: Мой приятель Юрий Камышников как-то в 1984 году пригласил меня на концерт в Петергоф. Мы тогда слушали «Duran Duran», выглядели соответствующим образом. В Петергофе таких, как мы, оказалось много. Юра сказал что будет концерт – «КИНО», «Нокаут» и «Странные игры». Я не знал, что представляют из себя эти группы, и тем более кто такой Цой. Хотя, как потом выяснилось, мы с ним учились в одном училище.
Было лето. Мы присели на травку возле памятника напротив клуба. Решили закурить, но не нашли зажигалку. Видим, рядом с нами курит какой-то казах. Мы попросили у него прикурить, и заодно уточнили что за концерт в клубе. Он так и сказал – группа «КИНО» и остальные. Ну, а дальше был шок! Первым играли «Нокаут», металл-жесткач, мы уже собрались уходить, вдруг видим, кто-то другой на сцену выходит. И главное, казах наш, тот самый. Ну а дальше был настоящий шок! «КИНО»! Это было так круто!!! Такая мощная энергетика! «Мама, я узнал свое утро!» Короче, следующим утром я проснулся новым человеком! Счастливым! «КИНО» – это великая группа!
После фестиваля Цой, ободренный успехом, уволился с работы, и без сожаления расставшись с детской деревянной скульптурой, отправился вместе с Марьяной и друзьями сначала в Москву, на мини-фестиваль к Александру Липницкому, а затем на море – «зайцами», с помощью знакомого Сергея Фирсова, работавшего тогда проводником поезда Ленинград-Симферополь. По возвращению из Крыма отдохнувший Цой стал подыскивать новую работу, в идеале – кочегаром в котельную.
19 сентября 1984 ему выдали военный билет и официально «уволили в запас», а 28 сентября постановлением Министерства культуры группа «КИНО» попала в черный список групп, запрещенных к выступлению на концертных площадках.
Примерно в это же время Цой начал работать кочегаром котельной. Не работа, а мечта. Сутки через трое позволяли ему не отвлекаться от музыки, ездить на гастроли, давали, хоть и небольшой, но заработок и ограждали от обвинений в тунеядстве. Правда, поначалу кочегарил Цой не в знаменитой ныне котельной «Камчатке», а в другой, на проспекте Александровской фермы.