Вейн
Часть 13 из 48 Информация о книге
Он приподнялся, выдернул из-под девушки покрывало и прижал ее к простыням. Нежно поцеловал в губы. Провел руками по телу, всматриваясь в лицо. — А то я подумал, что это ты подложила мне ядовитых слизней, — лаская ей кожу, протянул Ксандр. — Впрочем, мне они не мешают, а тебе? Он сжал ей бедра, внимательно глядя в глаза, и эри выгнулась, но уже не от возбуждения, а от ярости. Дернулась, пытаясь вырваться. — Куда же ты, милая? Мы только начали. — Уже закончили! — прошипела она. — Отпусти! Играй в свои игры с кем-нибудь другим! — А разве это мои игры, дорогая? — в его глазах мелькнула злость. Он прижал ее руки к кровати, придавил ногой. — Какие еще у тебя сюрпризы, маленькая лгунья? Вот думаю, сразу тебя убить или прежде закончить начатое? — Ты бредишь, Ксандр, — холодно ответила она. Прохладные простыни казались раскаленной сковородой, на которой она медленно поджаривалась. Каждый миг Путница ожидала смертельного укуса, и лишь усилием воли заставляла себя не дергаться, лежать спокойно. — Мне уже надоели твои постоянные придирки. Вокруг твоей башни слой Тьмы, как бы я попала сюда? — Вот и мне интересно, — пробормотал он, чуть отклонившись и разглядывая ее тело. Вейн почувствовала, как он напрягся, словно отяжелел, зрачки расширились. Ей почему-то стало страшно. Сейчас он уже не притворялся и не играл. Путница ясно видела в его глазах злость, туго сплавленную с желанием. Она вырвалась, перевернулась, скатилась с кровати. И попятилась. — Я хочу уйти, — решительно произнесла Вейн, подхватывая одежду и уверенная, что Ксандр не отпустит. Торопливо натянула брюки и тунику, сапоги, шагнула к двери. Мужчина лежал, подперев голову рукой, и смотрел на нее. Снова Вейн не поняла, что за выражение плескалось в этом взгляде. Развернувшись, она выскочила из спальни и бросилась вниз по лестнице. Тело ныло от неудовлетворенного желания, а сознание — от злости. «Все получится… — лихорадочно подумала она, — у меня все получится! Надо успокоиться и подумать…» Она сбежала вниз, рванула входную дверь и отлетела назад, к лестнице, отброшенная Тьмой. Тряхнула головой, вскочила и прижалась к стене спиной. Ксандр, в отличие от Путницы, спускался неспешно, с насмешкой рассматривая эри. — Выпусти меня отсюда, — со злостью сказала она. — Выходи, — улыбнулся он. — Так же, как вошла утром. Покажи мне, как ты это сделала, Вейн. — Я уже говорила, что не делал этого! И не подходи ко мне! Он смотрел все с той же насмешкой. — Почему же? Разве тебе не понравилось то, что я делал наверху? По-моему, тебе было весьма неплохо… Твое тело так хочет продолжения, что я отсюда чувствую запах желания, Вейни… Зачем ты убегаешь? Если тебе нечего скрывать, то и боятся — нечего. Ведь так, моя сладкая эри? Ксандр говорил, все приближаясь, и Путница вжалась в стену, чувствуя внутри безотчетный страх. За спиной была Тьма, впереди — Темный, и Вейн знала, что он не отпустит ее, пока не вытряхнет из нее всю правду. Глубоко вздохнула, опустила ладони, расслабляя тело. Бежать некуда, а правду она сказать не может. — Не подходи, — тихо повторила она и замахнулась. Мелкие иголки-шипы слетели с пальцев, но опали, наткнувшись на невидимую стену возле Темного. Следом понеслись кинжалы, но их полет изменился, минуя тело Ксандра. Он рассмеялся. — Жженые камни и песок, милая. Попробуй их. Она швырнула и то, и другое, но средства, действующие всегда и на всех, просто осыпались прахом! — Может, слезы огня? — он уже откровенно издевался. — У тебя ведь найдется парочка, Вейни? Вон там, на левом бедре? Или яд аршы? Который спрятан в сапогах? Ну же, дорогая, не разочаровывай меня! Он улыбался, приближаясь к ней, и Вейн закусила губу. И с усмешкой признала, что сильно сглупила, когда позволила ему прикасаться к себе… Да уж, быстро же он проверил ее арсенал. Но не весь. Путница чуть отступила и опустила руки. На обнаженной коже, чуть ниже локтей, там, где еще недавно были его губы, вздулись черные вены и зазмеились, вылезая наружу, оплетая руки, стекая на пол густым дегтем. — Хаашшар… — нараспев сказала Вейн. — Хааашшаарр Александр… Он вскинул голову, в серых глазах мелькнуло удивление. — Ты забыл, что значит знать истинное имя в этом мире, Ксандр, — так же тихо добавила Вейн, выпуская черных афритов знойного Шра. Они впитали имя, словно пустыня — влагу, обернули вокруг своей сути и бросились на добычу. Знание имени дало им силу, не позволяя Ксандру уйти в слои. Черные духи вихрем окружили его, выпивая силу так, как Темные пьют эри. За мгновения превращая в Одичалого. Без возможности уйти во Тьму или воспользоваться ее силой, Ксандр был полностью беззащитен перед ними. Никто не может противостоять афритам… Ксандр отшатнулся, завернулся во Тьму, словно в плащ, вскинул руку, на которой блеснул осколок, и Вейн жадно уставилась на его ладонь. Камень Познания… Осколок вспыхнул и втянул в себя афритов, словно в бездну, и от смертоносных духов остался лишь серый дым, быстро развеявшийся в воздухе. Ксандр опустил голову, сжал осколок, и тот исчез в глубине его сущности. — Вот теперь ты меня действительно завела, Вейни, — хрипло сказал он и исчез. А возник уже перед Путницей, сжал ее так, что стало больно, дернул за волосы, впился в губы болезненным и злым поцелуем. Он целовал и пил ее свет эри, лишая сил и воли к сопротивлению. Подхватил под ягодицы, заставляя обвить его ногами, чтобы она могла удержаться, прижал к стене. От пары глотков внутри нее взорвалось желание, уже тлевшее в теле, и сам Ксандр, кажется, сорвался, потому что целовал так, словно это в последний раз… Он оторвался на миг, посмотрел ей в глаза, и Вейн ощутила то же, что почувствовала тогда, когда стояла у Излома и смотрела вниз. Почему так притягательна Бездна? — Маленькая лживая паршивка, — с ненавистью сказал он. — Как же я хочу тебя… Невыносимо… Хочу… Это слово отозвалось внутри нее эхом, и Вейн откинула голову, уже не сопротивляясь его страсти. Горячие губы опустились ниже, на ее шею, язык прошелся вдоль выреза туники, которую она так и не успела толком застегнуть. Сильные руки сжимали девушку, и она знала, что уже не отпустят… И так хотела, чтобы не отпускал. Внутри стало больно. За его спиной была открытая дверь в кабинет, а там окно. Вейн прикоснулась к его лицу ладонями, разрывая поцелуй, заглянула в серебряные глаза. — Прости… — прошептала она и поцеловала Ксандра так нежно, как только могла, выигрывая целый миг до того, как он понял… Кхха, ждущая под потолком, камнем упала сверху и резко ударила Ксандра клювом в основание черепа. Он разжал руки и рухнул, придавив собой эри. Она рывком перевернулась, встала. Кьяра, уставшая кружить в воздухе, опустилась на плечо хозяйки, потерлась узкой чешуйчатой головой о ее щеку, ожидая привычной благодарности. И не понимая, почему Путница медлит, смотрит с горечью на распростертое внизу тело. Кхха моргнула обиженно, осторожно клюнула хозяйку в плечо, но даже на это Вейн не откликнулась, и птица, возмущенно застрекотав, тяжело взлетела. Вейн отошла, подобрала свои кинжалы и вернулась к Ксандру. Он лежал неудобно, заломив руку, и она с трудом удержалась от глупого желания поправить его ладонь. Путница присела рядом, потянула за волосы, открывая шею. Серые глаза на этот раз закрыты, а стоит провести лезвием, уже не откроются никогда. Дир учил резать сразу двумя руками, с двух сторон, потому что не так-то просто перебить шейные позвонки. Он в этом вопросе всегда предпочитал свой серебристый клинок-плеть, ну а Вейн действовала парными кинжалами. Она сжала зубы и резко опустила руки. И сдержала удар у самой его шеи, чуть задев кожу, отчего на ней выступила темная густая кровь. Вейн зашипела, уронила кинжалы и села на пол, обхватив колени руками и невидящим взглядом уставившись на полоску крови. Она не может его убить. Просто не может. Только не его. Кого угодно в этом проклятом мире, но только не Ксандра. Или даже того, кем он стал. И что с этим делать, Вейн не знала. Кхха тревожно вскрикнула, сделала круг под потолком и опустилась рядом, походила по ковру, склонив голову и подволакивая крыло. Путница рассеянно посмотрела на кьяру. — Придется тебе постараться, милая, — прошептала она. — Сильно постараться. Чтобы пройти семь слоев Тьмы… Она закусила губу. С помощью Кхха она проходила лишь три… и то они обе тогда едва не погибли. Но семь… Это слишком. Если убить того, кто слои наложил, они ослабнут и через некоторое время исчезнут. Но убить Вейн не могла. Ксандр застонал, и Путница торопливо придвинулась, сорвала со своей шеи стеклянный медальон, раздавила в ладони. Сила впиталась в руку, и Вейн дернула рубашку на груди мужчины, забормотала слова заклятия. — Ашара сантарра, яви скрытое, обозначь и позволь забрать, Александр… Легкая улыбка удовлетворения скользнула по ее губам. Все же знание имени очень полезно в Темном Мире. Тусклый осколок проявился на коже мужчины, матово блеснул. Вейн осторожно взяла его рукой в перчатке, убрала в кожаный мешочек на поясе и осмотрелась. Когда-то этот осколок на шее Ксандра погружал ее в пучину страха. В этом мире говорят, что так происходит с теми, кто помечен Тьмой, с теми, кого она избрала, и кто однажды придет к ней… Вместо веревки Путница решила использовать шнур от гардин, содрав его с карниза. Связывала Ксандра так крепко, что шнур впился ему в кожу. Эри надеялась, что это хоть на какое-то время удержит Темного. Она обсыпала его остатками белого песка, сдерживающего магию, сдернула ковер и на темных досках торопливо начертила символы — все, какие знала, усиливая защиту в десять, в сто раз, и все равно с отчаянием понимая, что это не удержит его… Но, может, даст ей время уйти. Только бы добраться до Мертвых Земель, а там… Там она что-нибудь придумает. Камень Познания — хороший козырь, с ним можно и поторговаться со Смотрящими. Вейн махнула кьяре, и та уселась на шею, облепила голову хозяйки кожаными крыльями. Вздохнув, Путница пошла к двери, уже не оглядываясь на оставшегося на полу мужчину. ДАЛЬКОТТ Первый день весны во всем королевстве празднуют с размахом, и Далькотт — не исключение. Накануне на брусчатке двора установили шатры и длинные скамейки, в углах — чаны с горящими углями, от которых расходилось тепло, и жаровни для жарки мяса. Из кладовых достали копченые грудинки и вяленую рыбу, сушеные грибы и фрукты, кольца телячьих колбас и соленья. И затянутые паутиной бутыли из темного стекла, на которые с заговорщицкой улыбкой облизывались мужчины. Люси достала из сундука свое лучшее платье и уже два часа кружилась перед Вейн, в сотый раз спрашивая, стоит ли его надевать. Наряд с тремя пышными юбками разных оттенков зеленого и розового превращал сестру в нераскрывшийся бутон диковинного цветка, и старшая с улыбкой любовалась младшей. — В таком наряде можно и к королю, — уверила Люсинду Вейн. — Поверь, даже там ты затмила бы всех своей красотой! — Правда? Ты так думаешь? — Люси просияла и добавила томно: — Интересно, а дер Александр часто бывает на балах, как ты думаешь? — Не знаю, — пробормотала Вейн и отвернулась к окну, — почему ты спрашиваешь? — Просто интересно, — пожала плечами Люси, скидывая с плеч пелерину из черной лисы и накидывая серебристую. — Он такой скрытный, ты не находишь? Ничего не рассказывает, а ведь наверняка при дворе происходит так много интересного! — Наверное, дер Александр не любит говорить о своей службе, — не оборачиваясь, пробормотала Вейн. — А он меня на прогулку позвал! — продолжая крутиться перед зеркалом, бросила Люси. Она вытягивала губы трубочкой и щипала щеки, чтобы придать им еще больше румянца. Вейн резко повернулась. — Ксандр пригласил тебя на прогулку? Когда? — глухо спросила она. — Вчера. Не знаю, стоит ли идти? Только не проболтайся мистрис Алесс, а то она точно запретит. Или потащится с нами. А что это за прогулка с интересным мужчиной, если в спину дышит вредная наставница? Никакого удовольствия… Люси нахмурилась и расправила зеленые складки, чтобы юбка лежала идеально. Выставила ножку в кожаном ботиночке и улыбнулась. — Как ты думаешь, сюда больше подойдет сиреневая шляпка или та, с красными цветами и желтыми лентами? — И что ты ему ответила? — Вейн сцепила руки, ощутив, что они дрожат. — Еще ничего. Ты же знаешь, что поклонников нужно помучить, прежде чем соглашаться! — Люси резко повернулась, взметнув ворох юбок. — Хотя ты никогда не следуешь моим советам! А вот если бы слушалась умную младшую сестру, Леран уже давно ел бы из твоих рук! — И куда он тебя пригласил? — резко спросила Вейн. Люсинда посмотрела чуть удивленно. — Сестричка, только не говори, что мне еще рано общаться с мужчинами наедине! — воскликнула она. — У тебя сейчас лицо, как у мистрис, такое же кислое! Вейн глубоко вздохнула.