Вейн
Часть 20 из 48 Информация о книге
Вейн пожала плечами. Мужчина чуть склонился вперед. — Хорошо, тогда другой вопрос. Что тебе приказали Смотрящие? И может, скажешь для разнообразия правду? — Почему бы и нет, скажу, — Вейн потянулась к вазе с фруктами, выбрала сочный персик, с наслаждением откусила. И откуда только Призрак берет все эти деликатесы? Персиков Путница семь лет не ела! — Да ты и сам уже все понял, Ксандр. Смотрящие хотят видеть твою голову торчащей на колу в Кровавом Колодце Ниаранта. Ты ушел из Круга, узнав их тайны, но играть по правилам не желаешь. Создаешь свои, привлекаешь сторонников… Ты стал слишком силен и опасен. Кто-то даже верит, что ты сильнее Смотрящих. Твоих людей режут, как ритуальных барашков, а ты все равно не понимаешь… Антар уже называют новой столицей Темного мира, хотя большинство боятся подойти к нему ближе, чем на сотню лье. Но в Призраке видят надежду на лучшую жизнь. Эри готовы молиться на тебя, ты дал им надежду и даже права. Только вот те, кто занимает Белый Дворец Ниаранта, совсем не хотят делиться своей властью, правда? И тем более — отдавать ее, — она покачала головой, рассматривая мужчину. — Ты заперся за слоями Тьмы и два года не покидаешь этот замок, надеясь, что до тебя здесь не доберутся. Но они доберутся, Призрак. Сейчас Смотрящие хотят убить тебя тихо, но когда поймут, что тихо не получится, придут сюда всем Кругом. — Ты откровенна, — усмехнулся он. Вейн улыбнулась, слизнув сок персика. — Что ж, пока ничего нового. Но если бы Смотрящие могли выступить против меня открыто, не стали бы подсылать тебя. Похоже, они сделали ставку не на ту охотницу… — он наклонился в кресле, рассматривая эри. — Почему ты меня не убила? — и добавил с насмешкой: — На этот раз? — Решила, что и одного с тебя достаточно. — Правда? А может, ты снова играешь в какую-то игру, Вейни? В какую? Она снова пожала плечами, не собираясь отвечать, и вскрикнула. Серебряный обруч на шее сжался, сдавливая горло, не давая вздохнуть. Персик выпал из ее ладони, и Вейн схватилась руками за удавку. Ксандр неподвижно сидел в кресле, равнодушно наблюдая за тем, как она хватает воздух распухшими губами. — Или ты будешь отвечать, Вейн, или я действительно найду другой способ узнать то, что мне нужно. Ошейник перестал сдавливать горло, и она откинулась в кресле, посмотрела с ненавистью. — Найди, Ксандр. Можешь приступать. Потому что я буду отвечать лишь на те вопросы, на которые захочу ответить. Если вообще захочу. В его глазах отражалась такая же ненависть, и они замерли, рассматривая друг друга. Словно два хищника, готовые сорваться и разодрать противнику шею. Путница смотрела в его серые глаза с расширенным зрачком, обведенным красным, и привычно отмечала легкую дрожь его пальцев, лежащих на подлокотниках кресла, напряжение мышц, рваное дыхание… Вейн первая отвела взгляд, отодвинулась. — Ты не изменилась, — задумчиво сказал он. — Ты никогда меня не знал, — глухо ответила Вейн, не глядя на него. — Ты права. Хотя тогда мне казалось, что я знаю тебя Достаточно. Я сильно ошибался. Она подняла голову, не мигая, посмотрела в его глаза. И усмехнулась со злой насмешкой. — Надеюсь, ты избавишь меня от глупых сантиментов и ненужных воспоминаний, Ксандр? Знаешь, я не склона ностальгировать за чашечкой чая, что было — быльем поросло, да трупами сгнило. И мне это давно неинтересно. Я — Путница, и только… Да и от Александра Далькотта, насколько я вижу, давно ничего не осталось, о твоих методах легенды ходят, знаешь ли. У меня имен много, да и у тебя — не меньше: Лютый Зверь, Аесар Тьмы… говорящие прозвища, не так ли? У солдата Лиги Камня амбиции оказались запредельные. Замок себе отстроил, земли до самого ледяного моря захватил, самому Ниаранту со всеми Смотрящими спать спокойно не даешь… — Может, мне тебя еще поблагодарить за это? — он наклонился к ней, сцепил руки в замок. Возможно, чтобы не вцепиться ей в горло? — За тот нож? — Ну, насколько я вижу, ты вполне удачно переродился, — хмыкнула она, заставляя себя не отводить глаз. — Насколько я понимаю, на тебе был Камень Познания… И ты сумел выторговать у Тьмы свою жизнь. Что ж, она дама привередливая, что попало не берет. — Ты называешь это жизнью? — сипло сказал он. Серебряный обруч сжался на горле эри, и она надрывно вздохнула, глотая воздух искусанными губами. В глазах Ксандра было столько темноты, что ей стало действительно страшно… — Ты называешь это жизнью, Вейни? За Изломом у меня было все: дело, в которое я верил, семья, которой дорожил, мечты, будущее! Думаешь, мне нравится жить так? Я стал тем, кого ненавидел всей душой, тем, против кого боролся, проклятым Темным… Да это хуже смерти! — Так подыхал бы, — прохрипела Путница. Она не сдержалась, вцепилась в удавку. Ксандр хрипло и страшно рассмеялся. — А не получилось. Тьма решила, что может неплохо позабавиться за мой счет. Вы с ней чем-то похожи, Вейни… Он легко встал, выдернул ее из кресла, сжал, почти с улыбкой наблюдая, как она пытается вдохнуть. — Знаешь, меня ведь даже похоронили. Уложили в гроб и устроили в семейном склепе. И все это время я слышал стенания тети Руты и Лерана, разговоры и проклятия, что они призывали на твою голову. Наверное, они и сейчас приходят туда, не подозревая, что меня давно нет в месте успокоения. Тьма решила меня вернуть… — И что Тьма взяла взамен? — тихо спросила Вейн, уже зная ответ. — О, я сам отдал. С большим удовольствием. И это единственное, за что я ей искренне благодарен. Ксандр усмехнулся, и Вейн поняла, что действительно сильно сглупила. Ничего не осталось от того человека, которого она знала, потому что не осталось того, что делало его человеком. Конечно, он хотел освободиться от того, что мешало, от того, что болело… От чувств. Именно они горят в наших душах, наполняют счастьем или жалят каленым железом… — Да… — выдохнул он ей в губы почти нежно. — Ты такая догадливая, моя Вейни. — Отпусти, — беспомощно сказала она, чувствуя себя тряпичной куклой. Все ее навыки охотницы оказались бесполезны, сил не было, да и желания — тоже. — А теперь открывай воспоминания, — хрипло приказал Ксандр. — Нет. — Открывай! — Темнота вокруг него растекалась, заворачивалась в вихри. — Открывай, иначе я за себя не ручаюсь. Путница вздохнула. — Нет, — тихо повторила она. Тьма ужалила тело тысячей рассерженных ос, Вейн вскрикнула от боли и усмехнулась грустно, потому что комната в башне пропала, и теперь она стояла босыми ногами на ледяных камнях подземелья. Здесь не было окон и дверей, только сырой каменный мешок с гнилым тюфяком в углу и тусклой зеленой плесенью, слабо освещающей темницу. — Чем быстрее ты научишься слушаться меня, тем дольше проживешь, — глухо сказал Ксандр, отходя от нее. — Слушаться тебя? — с усмешкой повторила Вейн и рассмеялась. — Тебе придется долго ждать. Он постоял, рассматривая улыбающуюся пленницу, а потом просто исчез, растаял туманом. Вейн резко прекратила смеяться и закрыла лицо ладонями. Сжала кулаки. Легла на тюфяк, подтянув коленки и безуспешно пытаясь укрыть платьем замерзшие ноги. «Ну хоть посплю…» — устало пробормотала Путница и закрыла глаза. Серый туман вполз клочьями, растекся по темнице. У тумана нет глаз, он видит лишь суть, а не оболочку, а Ксандр хотел смотреть на тело, на ее закрытые глаза, на губы, на тонкую фигурку, чуть дрожащую во сне. Темнота подземелья не мешала ему, в ней он видел лучше, чем днем, ведь темнота давно стала его сутью. Он не знал, зачем стоит здесь и смотрит на нее, но и уйти не мог. ДАЛЬКОТТ Она бежала по коридору, подобрав юбки и пытаясь сдержать душившие ее слезы. Но спрятаться в темном углу, как хотела, не успела. Сильные руки подхватили ее и прижали к мужской груди. — Вейни… Ну куда ты так несешься? — Отпусти меня! Она забилась, пытаясь вырваться. Александр крепко держал ее за руки. Чуть отстранился, заглянул в лицо. — Вейн! Да послушай же меня! Ты ведешь себя, как ребенок! Вот Тьма… — Нам совершенно не о чем с вами разговаривать, дер Александр! — задыхалась Вейн. — И отпустите меня! Нас могут… неправильно понять… Он поморщился. — Да плевать мне, как нас поймут. Ты можешь меня просто выслушать? — То, что вам на все наплевать, я уже поняла! На приличия, нормы, чувства других людей и всех вокруг! Отпустите же! — Не отпущу! — он встряхнул ее, но тут же прижал к себе. — Вейн, это все ошибка, какая-то глупая нелепость, понимаешь? — Ошибка, что вы стоите сейчас здесь, а не рядом… со своей невестой! — прошептала девушка. — Я понимаю, что сейчас в тебе говорит обида, но ты Можешь перестать говорить глупости и подумать? — вздохнул он. — Хотя бы о том, почему я здесь и пытаюсь что-то объяснить тебе, а не принимаю поздравления в гостиной? Можешь? Он мягко обхватил ее лицо и сжал в ладонях, глядя в глаза. — И почему же? — тихо спросила она. — Разве ты еще не поняла, моя маленькая Вейни? — так же тихо ответил он. Сзади хлопнула дверь, и громкий голос мистрис Алесс разорвал тишину. — … нет, это просто немыслимо… — О, две свадьбы одновременно, как прекрасно! Матушка мальчиков была бы так счастлива… Жаль, не дожила до такой радости… — Куда ушла Вейн? Что с ней? — встревоженно вопрошал Леран. Голоса приближались. Александр сжал руку девушки и на миг прижал к губам, а затем отпустил со словами: — Вейни, все будет хорошо, верь мне. Я все… улажу. Она молча смотрела на него, но руку не отобрала.