Вейн
Часть 47 из 48 Информация о книге
Это просто невозможно… Но это было, и она видела правду в его серебряных глазах. Ксандр взял ее ладонь, прижал к губам. — И больше я тебя никому не отдам. Даже самой Тьме. Просто поверь мне. И девушка кивнула. Да, теперь она ему верила. Только свое «люблю» она скажет ему чуть позже… Лукаво улыбнувшись, Путница вздернула насмешливо бровь. — Ну что ж, Темный… Пожалуй, я дам тебе несколько лет, чтобы заслужить мое прощение. Надеюсь, ты достаточно изобретателен? Он усмехнулся, и в его глазах вспыхнуло такое желание, что Вейн ойкнула и со смехом ударила пятками свою лошадь, решив, что проявлять изобретательность Ксандр начнет прямо сейчас. А еще с улыбкой вспомнила, что именно на этом самом месте семь лет назад ее спас от снежной бури незнакомец с серебряными глазами. * * * Казалось, что за прошедшие годы в замке ничего не изменилось. Даже у ворот сидел все тот же привратник, правда, сейчас совсем седой. И когда он рассмотрел гостей, заорал так, что Вейн всерьез испугалась, как бы бедняга не скончался с перепуга. — Дер… господин… Покойный наш… О, помилуйте меня святые виры!!! Конечно, вопли разбудили Алекса, и он сонно заморгал, осматриваясь. — Не бойся, малыш, — Ксандр закрыл его рукой, — мы здесь ненадолго. На крики привратника уже бежала и другая прислуга, даже стражи с копьями наперевес, но Ксандр лишь усмехнулся. Да и стражники останавливались в недоумении, не зная, что делать, все-таки хозяин явился. Хоть и мертвый вроде бы. Темный спешился, не отпуская сына, подал руку Вейн, но та лишь фыркнула. В нижнем зале замка горел огонь в каминах, пахло кашей и мясом. И вся семья сидела за столом в ожидании ужина. А когда в дверь вошли гости, хозяева вскочили разом, роняя стулья и вскрикивая от ужаса и изумления. Вейн быстро осмотрела такие знакомые лица: Люсинда все такая же красавица, и по-прежнему предпочитает желтый и розовый цвет. Леран возмужал и сейчас обнимал Люси, чуть закрывая собой. В его карих глазах плескалось неверие, смешенное с суеверным страхом. Мистрис Алесс стояла бледная, сжимая ладони. Маленькая белокурая девочка слезла со стульчика и спросила звонко: — Мам, пап, а это кто? И тетушка Рута, до этого шатающаяся у стола и готовая упасть в обморок, первой кинулась к ним, прижала Ксандра к своей пышной груди так, что он даже растерялся. — Александр, — утирая слезы, шептала она, — а я ведь говорила! Говорила, что нет тебя там, в усыпальнице-то! Чувствовала! Только не верил мне никто… Ксандр погладил ее по совершенно седой голове, как маленькую. Тетушка Рута наконец отстранилась от него и решительно взяла девочку за руку. А другую протянула Алексу. Малыш вопросительно посмотрел на Вейн, и та кивнула. — Думаю, детки хотят услышать интересную сказку про волшебных фир. И угоститься вкусным печеньем, — пропела тетя Рут и повела детей из зала. — Что все это значит? — со страхом спросила Люси, обернулась беспомощно к Лерану. И снова посмотрела на стоящих у порога: — Вейн? Неужели это ты? Вейн… — Ксандр? — прохрипел Леран. Прислужник, внесший супницу, споткнулся, уронил тяжелую посудину, и она со звоном раскололась, выплескивая бульон. Юная служанка взвизгнула, а потом завизжала. — У них знаки Тьмы, — заголосила она, — на руках! Я видела! Перерожденные! Нашествие! С воплем она выскочила из зала, и все проводили ее взглядами. В наступившей тишине тихо звякала крышка супницы, покачиваясь на досках. — Теплый прием, — усмехнулся Ксандр. Они с Вейн переглянулись и обменялись улыбками. — Мы ненадолго, — продолжил мужчина и по-хозяйски прошел к креслу, сел, закинув ногу на ногу. Вейн фыркнула. — Ксандр! — очнулся Леран и бросился к брату. — Ты жив! Вы оба живы… — Они оба Перерожденные, — глухо сказала Люси. Вейн в упор посмотрела на сестру, и та снова охнула, попятилась. — Вы правы, лейна Люсинда! — почти весело подтвердил Ксандр. — Мы оба Перерожденные. И обещаем не есть вас, если вы ответите на несколько вопросов. Собственно, вопрос только один: кто всадил нож в мою грудь семь лет назад. — Он обвел притихших родственников тяжелым взглядом и добавил проникновенно: — Знаете, быть Темным не так уж и плохо. Например, я могу вскрыть воспоминания каждого из вас, даже не вставая с этого кресла. Но так совсем неинтересно… Лейна Люсинда, скажите, почему вы соврали вашей сестре о том, что я влюблен в вас? Что ухаживаю и оказываю знаки внимания? — Люси? — изумленно воскликнул Леран. — Что значит: соврала? Ты мне сказала то же самое! И что Ксандр тебя… То есть вы с ним… Что наша маленькая Ками от него! И я обязан жениться на тебе после его смерти! Люсинда, отвечай сейчас же! Путница изумленно посмотрела на Лерана. Кажется, отсутствие брата пошло ему на пользу, он действительно повзрослел и возмужал. Ее сестра залилась слезами, распахивая бездонные голубые глаза. Даже рыдая, она была прекрасна, как небесная вира. Но, похоже, Леран давно выучил все уловки своей супруги. — Прости, — всхлипывала Люси. — Я не знаю, как это вышло… Всего один раз… По глупости! А люблю только тебя! — От кого Камилла? — разъярился Леран. — От конюха… — прошептала сестрица. — Значит, лейна Люсинда нечаянно… провела ночь с конюхом, а когда поняла, что могут быть последствия, решила окрутить меня, — невозмутимо резюмировал Ксандр. — Только вот у нее ничего не выходило, хоть она и очень старалась. И даже подготавливала почву, рассказывая сестре о моей любви… Но с этим вы разберетесь потом. Я все еще не слышу ответа на свой вопрос. — Ксандр, но я видел, как тебя ударила ножом Вейн! — произнес Леран, оторвав гневный взгляд от супруги. — Видел в окно. Ты же помнишь, как расположены комнаты? Та, в которую поселили лейну Вейн, находилась как раз напротив моей… — Что именно ты видел, брат? — Вейн, которая… — Нет. Что именно? — Гардина была немного отодвинута, — вспоминал дер, нахмурившись, — и я видел тонкую фигуру, занесенную руку с ножом… Спину. И черные волосы. — Ты видел кого-то с черными волосами, как у Вейн, в комнате Вейн, и сделал только один логичный вывод. Только это была не она, — вздохнул Ксандр. — А кто? — они, кажется, произнесли это хором. А сама Вейн уже поняла… Догадалась. Повернулась, рассматривая свою наставницу. — Не трудитесь, дер Александр, — холодно произнесла мистрис Алесс. — Да, это была я. Как вы, несомненно, уже поняли. — Но почему? — выдохнула Путница. Сейчас перед этой строгой женщиной, сухой, подтянутой, с аккуратным пучком темных волос без единой сединки, она снова почувствовала себя, как напроказившая девчонка. — Вы лишили меня жениха, лейна Вейнитга, — любезно пояснила мистрис Алесс. — Лишили будущего. Вы обрекли меня на незавидную судьбу прислуги при чужих детях. А ведь мой род древнее и благороднее, чем ваш… Но, к сожалению, обедневший. — О чем вы говорите? — Как грустно. Вы сломали мне жизнь и даже не поняли этого, — мистрис Алесс стояла совершенно ровно, лицо — спокойное, лишь в глазах плещется огонек безумия. — Дер Вильнюс, вы помните его? Он ведь не просто так посещал дом вашего отца. Он посещал его, чтобы увидеть меня. Мы планировали обручение. Благородный дер был готов жениться на мне, обедневшей лейне без приданного, облагодетельствовать… — Облагодетельствовать? — задохнулась Вейн. — Мистрис Алесс! Это был жирный отвратительный урод, который насиловал служанок! — Дер Вильнюс — благородный мужчина, — словно и не слыша, продолжила наставница. — Но после того отвратительного инцидента… после вашей выходки он уехал и больше не появлялся. Вейн беспомощно смотрела на мистрис, уверенную в своей правоте. Она могла бы сказать очевидное: что если бы Вильнюсу нужна была Алесс, он все равно сделал бы ее своей женой. Но вряд ли этот факт имел значение для женщины, которая обвиняла в своей несложившейся судьбе четырнадцатилетнюю девочку… Ксандр рывком поднялся и подошел к Вейн, обнял, словно закрывая от ненавидящего взгляда мистрис. — Но я нашла свой способ наказать вас, лейна Вейнитта. Для начала сделала все, чтобы убедить ваших родителей в том, насколько вы испорченное создание. Это было несложно, ведь ваш отец и так думал тайком, что супруга с кем-то согрешила, зачав вас. Вы слишком отличались от своих родителей. Не знаю, есть ли в тех подозрениях правда, но это весьма помогло мне… Впрочем, вы своей строптивостью и своеволием тоже поспособствовали! А потом я подумала, что отобрать у вас любимого будет справедливо, — холодно закончила мистрис Алесс. — О да, лейна Вейнитта. В отличие от всех остальных, я прекрасно видела ваши чувства к деру Александру. И то, что вас не было в ту ночь, после праздника, я тоже заметила. И, кстати, за ваше одурманенное состояние после убийства тоже благодарите меня, я напоила вас настоем. Вейн устало покачала головой. — Да, мистрис Алесс… Вы составили бы достойную пару деру Вильнюсу. Вы с ним очень похожи… — О виры, — простонал Леран, с ужасом глядя на них. — Вейн! Но я ведь думал… я был уверен, что видел тебя… Я думал, ты из ревности… Прости… Он вдруг упал на колени перед Вейн, потянулся к ее ладони. — Прости, Вейн… Я так виноват перед тобой… Люси стояла белая, как озерная лилия, даже ее голубые глаза поблекли. — Мы все виноваты, — глухо и неожиданно серьезно сказала она. — И что теперь будет? Со всеми нами? Вейн подняла голову, заглядывая в серебряные глаза Ксандра. Странно, но ей вдруг стало совершенно все равно. Столько лет она винила себя за то, чего не совершала, но сейчас тяжесть ушла из ее сердца, и прошлое больше не сжимало его ледяной рукой горечи и страха. Вейн пожала плечами, а ее любимый Темный улыбнулся. — А знаете, — ответил он, — разбирайтесь вы тут сами. Как хотите. Леран поднялся с колен и повернул голову к мистрис Алесс. — Я разберусь, — грозно сказал он. — Это я тебе обещаю, брат. — Вы останетесь? — пискнула Люси. — Это же какое-то чудо — видеть вас… Разговаривать! Мне так много нужно тебе сказать, Вейн! — Ненадолго, — улыбнулась Вейн. — У нас много дел. Ксандр посмотрел на нее насмешливо и кивнул, соглашаясь.