Неукротимая Страсть (ЛП)
Лион положил ладони на стол и посмотрел на Пэнтера.
— До тех пор, пока на тебе эти кандалы, будешь охранять Дом Диких. Я не хочу, чтобы ты выходил.
— Отлично. Теперь я ещё и под домашним арестом, — с раздражением ответил Пэнтер, но не мог не согласиться, что, на этот раз, Лион прав.
— Тай и Фокс, дежурите первыми. Пэнтер, меняешься с Джагом.
Пэн посмотрел на Лиона.
— С каких это пор, чтобы охранять дом, нужно столько воинов?
— С тех самых, как один из этих воинов притащил домой ведьму и всё ещё носит кандалы. Я не собираюсь подвергать опасности Радиан, да и других женщин в доме. — Он повернулся к остальным. — Если вопросов нет, заканчиваем.
В ответ не последовало ни слова. Все поднялись со своих мест. Пэнтер нахмурился. Ему не нравилась игра, в которую Маг втянула его. Теперь даже лидер ему не доверял. Но хуже всего то, что он сам не мог себе доверять.
К нему подошла Кари. Её взгляд излучал тепло и уверенность.
— Я хочу, чтобы ты принял энергию, Пэнтер. После всего, что тебе пришлось пережить, думаю, это необходимо.
Пэнтер склонил голову в знак уважения и признательности. Он был глубоко привязан к этой маленькой изящной женщине с сердцем львицы.
— Это честь для меня, Радиан.
— Какого хрена?! — вдруг взревел Джаг и схватился за спинку стула.
Похоже, и Лиону с Таем тоже было не по себе.
— Что происходит? — потребовал Пэнтер.
— Твоя ведьма, — пробормотал Тай, стиснув зубы от боли. — Мне кажется, это из-за неё, ей больно.
Пэнтер в один прыжок оказался у двери, бросился к лестнице, которая вела в подвал к камерам, и полетел вниз, перепрыгивая четыре ступеньки за раз. Оставшееся расстояние до камеры Скай он бежал в отчаянии. Ни единого звука не доносилось до Пэнтера, но как только он увидел её, у него перехватило дыхание. Скай лежала на спине в луже крови, её истерзанное тело выгнулось в мучительной судороге, а руки всё ещё были связаны за спиной. Глубокие порезы искажали прекрасное лицо, шею и руки. Множество порезов. Ярость волной прокатилась по телу Пэнтера, трясущимися руками он схватил ключи от камеры. Лион и остальные воины примчались следом и уже стояли у него за спиной. Повернувшись к Лидеру, Пэнтер глухо прорычал.
— Я убью того, кто это сделал.
Он повернул ключ в замке. Лион подошёл и встал рядом с ним.
— Посмотри на её ноги, Пэнтер.
Обезумев от гнева, Пэн не мог ничего понять. В голове словно был густой туман. На ногах Скай появлялись порезы, словно какой-то призрак орудовал невидимым клинком. На платье разрастались кровавые пятна, окрашивая в алый цвет живот, бёдра, руки. Но само платье оставалось целым, на нём не было разрезов. Скай резали изнутри.
— Кто это делает? — упавшим голосом спросил Пэнтер, открывая дверь камеры. Он бросился внутрь и опустился перед Скай на колени. Медленно, превозмогая боль, Скай подняла на него глаза со склеенными кровью ресницами. — Что происходит, маленькая ведьма?
Она попыталась заговорить, но голос сорвался, вынуждая Пэнтера наклониться к ней ближе.
— Бирик. — Тело и лицо Скай съёживались от боли, она с трудом открывала рот, силясь произнести хотя бы слово. — Луна… ритуал…
— Ритуальное убийство животных?
— Да, — задыхаясь, прохрипела Скай. — Наказание… за не… — Она всё ещё шевелила губами, пытаясь что-то сказать, как вдруг уродливый и глубокий порез проступил прямо на губах Скай. Будто кто-то нарочно располосовал её рот поперёк, чтобы в очередной раз наказать за неповиновение.
Пэнтер в ужасе смотрел на Скай, на эти страшные порезы, которые с всё возрастающей скоростью оскверняли её тело. Смысл сказанных слов медленно проникал в сознание Пэнтера, всё ещё находящегося в плену собственной ярости. Бирик наказывал Скай за то, что она не исполнила ритуал. Можно подумать, когда её похищали, у неё был выбор.
Вот ублюдок.
Порезы на теле Скай появлялись так быстро, словно пять человек зараз терзали её измученное тело. Тёмная лужа крови медленно растекалась по полу. Страдания Скай разрывали Пэна на части. Но ведь то, что происходит сейчас с ней, не должно волновать. Она не должна волновать его. Но волновала.
— Как это остановить, Скай?
— Никак. Скоро всё закончится.
«Она уже проходила через всё это раньше», — подумал Пэнтер. — «Но сколько раз? Один, два?..»
Она опять выгнулась от нестерпимой боли, закатив глаза, но, не издав ни звука. Скай терпеливо переносила боль, пока, наконец, не потеряла сознание. Пэнтер снова и снова представлял себе, как она лежала на полу в пещере, окровавленная и сломленная после побоев Бирика. Он убьёт его. Даже если это будет последним, что сделает в своей жизни, он убьёт этого сукина сына. Ярость захватила его целиком. Ярость, рождённая ненавистью к беспощадной жестокости. Пэнтер смотрел на красоту Скай, едва различимую под кровавыми порезами, пересекающими лицо. И, наконец, принял то, о чём с самого начала твердило его внутреннее чутьё. Эта ведьма была другой. Она была не виновата в жестокости и предательстве Анкриты. Скай невинна.
— Наконец-то, мы можем понять, в чём предназначение её кэнтрика, — раздался позади голос Шамана.
Пэнтер взглянул на него через плечо, заметив небольшую группу людей, столпившихся рядом с камерой Скай.
— О чём это ты?
— Всё думаю, зачем кому-то понадобилось вживлять кэнтрик прямо в сердце. В общем, есть у меня одна мысль. Тот, у кого кэнтрик в сердце, никогда не сможет избавиться от него.
— В смысле?
— Полагаю, кэнтрик вживлён в сердце, чтобы её контролировать. Наказание, как она это называет. Маг, который это сделал, наложил заклятье на кэнтрик, чтобы наказывать каждый раз, когда она нарушает запреты или, наоборот, отказывается делать то, что от неё требуется. — Как в случае с исполнением лунного ритуала…
— Поэтому он вживил кэнтрик туда, откуда она никогда не сможет его извлечь.
— Похоже на крайнюю меру, — высказал своё мнение Тай.
— Согласен, — Шаман поправил кружевные манжеты на рукавах, а потом задумчиво продолжил. — Начинаешь задумываться, как сильно она сопротивлялась ему, что он прибегнул к такой крайней мере.
— Получается, она была рабыней? — спросил Тай. — У своего собственного народа?
Пэнтер сжал руки в кулаки.
— У одного человека.
У Бирика. О, Богиня, он не знал, какая она. Он вообще больше ничего не знал. Но ведь было же очевидно, что с ней плохо обращались. Только вот тот ужасный ритуал. Казалось, она полностью растворилась в кровавой бойне и сексе. Она заставляла его трахаться с ней против воли. И он поверил Вайперу. Поверил тому, что все слова Скай обман. Сейчас же, возвращаясь к той ночи, Пэнтер явно помнил, как зажата она была, даже несмотря на попытки Бирика подготовить её к совокуплению. Он допускал, что её влечение к нему было поддельным. Но теперь-то точно знал, что их секс был против воли обоих.
Пэнтер в который раз посмотрел на хрупкую, искалеченную красоту. Казалось, так ясно он видел её впервые. С восьми лет она сражалась с Бириком, как маленький котёнок. Но ради чего?
Ради своих животных.
Пэнтер взглянул на Лиона.
— Скай — волшебница.
— Волшебница? — переспросила Кари.
Ей ответил Шаман.
— Истинный дух природы, из которого произошли Маги. Волшебниц почти не осталось. Я видел, как они призывают птиц или бабочек. Иногда пчёл. Но воздействовать на ваших животных — это что-то невероятное.
— Что именно она делала для Мага, Пэн? — спросил Лион.
— Точно не знаю. Скай призывала из леса животных, сразу пять или шесть, которых Бирик потом приносил в жертву. Он убивал их, а её всю, с головы до ног, обливал их кровью, пока она… исполняла… ритуал. Именно этот ритуал помог Бирику вытащить из кинжала три духа Дименов.
Шаман нахмурился.
— Значит, жертвоприношения нужны ему, чтобы вызвать тёмную силу. Только вот убийство животного противоречит самой природе истинной волшебницы.
Пэнтер кивнул.
— Вот почему в кэнтрик заложено наказание.