Неукротимая Страсть (ЛП)
Всё вдруг стало ясно. Хотя… не совсем. То, что Скай не хотела убивать животных, ещё не означает, что она питает какую-то привязанность к Диким воинам и Териин, вечным врагам Магов.
— Почему же наши животные так реагируют на неё? Ведь она же, наоборот, должна притягивать их к себе? — вдруг спросил Тай.
Шаман повернулся и задумчиво посмотрел на него.
— Не знаю. Возможно, они просто чувствуют, что вы не доверяете ей, поэтому так себя и ведут. Или, может быть, им самим в ней что-то не нравится. В любом случае, будьте осторожны. Неизвестно, что ещё было заложено в кэнтрик. Она, сама того не желая, может представлять для вас серьёзную опасность.
— Думаешь, он может попытаться использовать её как оружие против нас? — спросил Лион.
— Всё возможно. Просто будьте предельно осторожны.
Пэнтер посмотрел на маленького человека.
— Есть ли хоть какой-нибудь способ очистить кэнтрик от магии?
— Пока жив тот, кто сотворил заклинание, нет.
— Он жив. Но ненадолго.
Порезы перестали появляться на теле маленькой ведьмы. Убедившись, что всё закончилось, Пэнтер вытащил нож и разрезал верёвки, связывающие запястья Скай. Затем подхватил её на руки и встал.
— Поместишь в другую камеру? — спросил Лион.
— Нет, она останется со мной.
Лион поджал губы.
— Ты же слышал, что сказал Шаман. Да, Скай сопротивлялась Бирику в прошлом, но это не означает, что сейчас она не опасна.
— Слышал. Но я перед ней в долгу.
— Как ты можешь быть перед ней в долгу? Она ведьма, Пэн.
Пэнтер выдержал взгляд своего Лидера.
— Я помню это. Но Скай заслужила доверие, и я намерен ей помочь.
— Помочь ты можешь и здесь.
Пэнтер покачал головой, развернулся и зашагал прочь. Конечно, если рассуждать логически, он знал, что Лион прав. Скай всё ещё представляла для них угрозу, хотела она того или нет. Но стремление защищать, которое он пытался подавить с тех самых пор, как впервые увидел Скай, набирало обороты подобно скорости света.
— Пэн…
— Увидимся утром, Ро.
Пэнтер нёс Скай в душ, не переставая думать о том, что произошло. Сейчас он признавал, что интуиция его не обманула. Скай не его враг, и никогда им не была. Она — почти всю свою жизнь — была такой же пленницей Бирика, как и он сам. Пэнтер зашёл в душевую, открыл кран, дождавшись, когда вода станет тёплой, прислонил голову Скай к своему плечу и, не раздеваясь, шагнул внутрь. Долгое время Пэнтер стоял под горячей струёй воды и держал свою маленькую ведьму, думая обо всём, что она говорила ему. О жестокости, свидетелем которой он стал, и глубокой грусти, казалось, навеки поселившейся в её глазах. Но ни разу не видел он, как Скай сжималась от страха. Она ведь знала, что если освободит Дикого из плена, гнев Бирика будет ужасен. Но Скай сделала это. Несмотря ни на что. Возможно, он и спас её от немедленного возмездия, но заставил страдать по-другому.
Именно из-за этой стойкости и силы перед лицом такого страшного насилия, Пэнтер поверил в заявление Вайпера о том, что Скай добровольный и искусный участник своего собственного избиения. И, всё же, в глубине души он не верил этому. В ней всегда было что-то невинное. Что-то неестественно наивное. Теперь Пэнтер это понимал.
Он положил Скай на скамейку и стал стаскивать с неё промокшее платье. Его ошарашенный взгляд остановился на множестве поблёкших порезов, которые в бесчисленном количестве пересекали грудь, соски, нижнюю часть живота и вместе составляли рисунок, напоминающий решётку. Как она вытерпела такую боль, не издав при этом и звука, Пэнтер не мог понять. Или это ещё один урок из тех, которые преподал ей Бирик? Ведь Скай было восемь, когда этот мудак вживил ей в сердце кэнтрик. Всего восемь.
Пэнтер снял с себя грязную одежду и снова подхватил Скай на руки. Затем взял мыло и сел прямо на плитку под тёплую струю воды, скрестив ноги в манере, присущей его предкам. Устроив Скай у себя на коленях, он тщательно, но осторожно стал смывать следы крови с её тела. Порезы медленно исчезали. Смыв остатки пены, он завернул Скай в толстое пушистое полотенце, а другое обернул вокруг своей талии. Затем понёс её наверх, в свою спальню. Натянув на себя спортивные штаны, Пэнтер одел Скай в одну из своих шёлковых рубашек и уложил в постель. Едва он забрался на другую половину кровати, как Скай шевельнулась, а её ресницы дрогнули. Но как только Пэнтер опять посмотрел в её глаза и увидел отражающиеся в них медные кольца, его как будто обожгло острой волной воспоминаний. В голове всплыл злобный взгляд других глаз с такими же кольцами. Старая ненависть вспыхнула с новой силой.
Скай смежила веки.
— Скай… — Пэн потянулся к её руке и стал нежно перебирать пальчики. — Не бойся, маленькая моя. На сегодня ты в безопасности.
Ничего не отвечая, Скай повернулась на бок, пододвинулась и положила ладонь ему на грудь. Она нуждалась в утешении и защите, даже если это исходило от человека, который относился к ней, как к врагу. Этот простой жест, исполненный доверия, глубоко тронул Пэнтера. Скай снова провалилась в сон, рука соскользнула с его груди. На этот раз Пэнтер прижал ведьму к себе, и она обвилась вокруг него, как тогда в пещере. Теперь голова Скай покоилась на груди Пэна, а он обнимал её и чувствовал, как зарождающаяся внутри нежность освобождает душу от разъедающей злости.
Что Пэн будет делать со Скай? Даже если она совсем не похожа на Анкриту, всё же остаётся могущественным Магом. Ведьмой, которую контролирует человек без души.
Что если Шаман прав насчёт её кэнтрика, и она навредит им, сама того не желая? Неужели он и правда рискует Дикими и их миссией ради неё?
Нет. И всё же… В глубине души Пэнтер знал, что он никогда и никому не позволит причинить ей вред.
Глава 11
На пару восхитительных моментов, Скай показалось, что она спит. Ей было тепло и уютно, и кто-то нежно гладил её по спине. Этот сон из другого времени и места. Но сейчас не мама её гладила. Под щекой Скай слышала биение сердца, а её саму окутывал насыщенный, мужской аромат.
Аромат Пэнтера.
Она напряглась и попыталась разобраться, что к чему. Под щекой Скай чувствовала тёплую кожу, влажную от долгого контакта с её. Очевидно, она лежала у него на груди, как тогда в пещерах, но в отличие от того раза, пленница теперь она. Может это сон? Как мог это опасный дикий, который её чуть не изнасиловал, так нежно гладить её по спине? И хоть это казалось смехотворным, чувство, что о тебе заботятся, пусть и возникшее всего на мгновение — было таким сладостным, что у неё на глаза навернулись слёзы. Она не хотела, чтобы момент кончался. Старясь не шевелиться, она сдерживала слёзы, потому как не желала расплакаться на груди Пэнтера и раскрыть чувства. Память о случившемся медленно возвращалась. Скай вспомнила, как сидела в камере, ожидая полночи, а затем ощутила первое прикосновение невидимого клинка. А от произошедшего дальше, она задрожала.
Пэнтер убрал руку со спины и начал нежно гладить её голову.
— Я знаю, что ты проснулась.
Тяжело вздохнув, она приподнялась на локте, стряхнула слёзы, и вдруг ей стало неловко. Она насторожилась. Почему сейчас он так хорошо к ней относился? Может, он хочет сблизиться с ней, чтобы сделать ей вновь больно. Скай заставила себя сесть рядом, но не смотрела на Пэнтера. Она разглядывала его серые брюки, затем золотой браслет на руке, и только после взглянула в глаза Пэнтеру, который тут же напрягся.
Она ему противна.
Скай инстинктивно увернулась от удара под звук бешено колотящегося сердца.
— Скай, — сказал он обиженным голосом. — Я не сделаю тебе больно.
Но когда он шевельнулся, у неё бешено заколотилось сердце. Она зажмурилась, сопротивляясь инстинкту, который вдолбил в неё Бирик, и повернулась к Пэнтеру. Он сидел к ней слишком близко, но агрессии в его чертах не было. Ну, у Бирика, перед побоями, тоже не было агрессии. Низко рыкнув, Пэнтер отвернулся, поднялся с кровати и неслышно, с грацией дикой кошки, подошёл к окну. Упёршись руками в раму, он уставился на улицу.