Обещание (ЛП)
— Хорошо, милая, сделай глубокий вдох, сохраняй хладнокровие, когда я расскажу тебе кое-что, что сведет тебя с ума, взбесит и вселит страх Божий.
Ее глаза расширились, но я продолжала.
— Причина, по которой я сую свой нос не в свое дело, заключается в том, что кто-то из моих близких обеспечивает безопасность Питера Ферлока. Потому, что его заказали. Теперь я беру это на себя, потому что у меня есть для этого ресурсы, у меня больше веса в этой компании, чем у любого из вас, и потому что я хочу, чтобы ты, Сэнди, Миранда, Кэтлин, Питер и кто бы то ни было остались в живых.
— О Боже, так вот почему ты попросила меня позвонить ему, — выдохнула она.
— Именно, вот почему, — подтвердила я.
— Мне нужно ему сказать? — спросила она.
— Если хочешь, я могу это сделать. Но думаю, он должен знать. К нему приставили человека, чтобы его защитить, но бдительность не помешает.
— Я обязана ему рассказать, — прошептала она. — Он доверяет мне.
Я кивнула.
— Понимаю, — заверила я ее, затем наклонилась к ней. — Но, пожалуйста, предупреди его, чтобы он не сворачивал с проторенной дороги. Мы не можем позволить тем, кто проталкивает это лекарство, узнать, насколько ты мне дорога или что делают те, кто работает со мной.
Она выглядела такой испуганной, что мне захотелось протянуть руку и пожать ее, но я не могла этого сделать, кто-нибудь мог увидеть.
Так что я продолжала сидеть, говоря:
— Теперь ты должна довериться мне. Вы проделали просто грандиозную работу, которая заставила кое-кого занервничать. Давайте вычеркнем это лекарство из каталога фирмы и сделаем это так, чтобы больше ни один хороший, храбрый человек не пострадал. Хорошо?
— Хорошо, — прошептала она.
— Тебе нужна минутка, чтобы прийти в себя? — спросила я, и она кивнула. — Тогда возьми блокнот, детка, делай записи.
— Точно, с блокнотом — хорошая идея. Просто обычная встреча Фрэнки и Тэнди за кофе, — произнесла она почти нараспев.
Я улыбнулась ей.
— Именно, милая.
Она снова кивнула, схватила свой блокнот и начала что-то записывать.
Я сделала глоток латте, обдумывая, что делать дальше.
Понятно, первое, Бенни.
Потом Сэл.
Я посмотрела на Тэнди, которая яростно строчила, будто я была надсмотрщиком, собирающимся вытащить свой хлыст.
— Детка, — позвала я, и она посмотрела на меня.
Я понизила голос, мои слова звучали четко, а тон делал их еще яснее.
— Ты хорошо поработала. Поступила правильно. Ты проявила инициативу, даже когда я сказала тебе отступить. Ты очень храбрая. И ты избавишь многих людей от душевной боли. Буквально. Я восхищаюсь тобой, Тэнди. — Ее губы начали дрожать, поэтому я мягко закончила: — Просто обычная встреча, милая.
Она выдавила слабую улыбку и ответила:
— Просто еще одна встреча, Фрэнки.
Я улыбнулась ей, сделав еще глоток своего латте.
* * *
Вечером в 5:05 я неторопливо направилась к своей машине точно так же, как в любой другой день направлялась к своей машине, только гораздо раньше.
Потому, что Бенни находился у меня дома, и я хотела быть с Бенни.
Еще и потому, что я хотела убраться из офиса к чертовой матери.
Последнее отчасти объяснялось тем, что я забрала все улики, которые команда Тэнди собрала, у явно напуганного Питера Ферлока. Хотя это и неприятно говорить, но он был приземистым, коренастым мужчиной с редеющими светлыми волосами, носил очки с толстыми линзами либо из-за плохого зрения, либо из-за того, что постоянно щурился на экран компьютера или телевизора.
Несмотря на его внешний вид, он также хотел стать героем, потому что был умен, храбр и поступил правильно, все это я сказала ему, чтобы он успокоился, придерживаясь нашего плана, заверив, что мои «люди» его прикроют.
Когда он вернулся в логово, где прятались айтишники, выглядел менее испуганным, но все еще нервничал.
То, что он мне передал, лежало в моей сумке с компьютером.
Так что я хотела убраться из офиса, потому что от этого места у меня мурашки бежали по коже. Казалось, что у стен есть глаза, и то, что Хит исчез во время ланча и не вернулся, не помогало.
Сэнди повергло это в штопор по причинам, которые, вероятно, были не очень хорошими. Она заметно нервничала. Уронила пару вещей, в том числе полную кружку кофе. Она избегала Тэнди (и, следовательно, меня) как чумы. И дважды я видела, как она поспешно исчезала в туалете.
Возможно, неважно себя чувствовала.
Но скорее всего, исчезала там, чтобы выместить свою злость и/или разрыдаться.
С поведением Сэнди что-то было не так, либо из-за того, что я сказала Хиту, либо из-за того, что сказал ему Бирман.
Я позвонила Бенни и сообщила новости, подробно рассказав о расследовании Найтингейла, фирма, с которой подруга сестры Тэнди из Браунсбурга (из всех долбанных мест) имела связи. Бен ответил, что сам передаст все Сэлу, так что мне не пришлось ему звонить.
Не потому, что он не хотел, чтобы я разговаривала с Сэлом. А потому, что он не хотел, чтобы меня кто-нибудь услышал.
Поскольку все улики уместились на три флешки, мы обошлись без бумаг, я собиралась передать их через кого-нибудь Сэлу, чтобы они находились в безопасности.
Таков был мой план на этот вечер.
Я также собиралась обниматься со своим мужчиной, играть со своим щенком, и с нетерпением ждать того времени, когда таковой станет моя жизнь, но в Чикаго, и попытаться забыть обо всем этом дерьме.
До завтра.
Я находилась уже у своей машины, когда на мой телефон в сумочке пришло сообщение. Сев в машину, устроилась поудобнее, достала телефон и посмотрела на дисплей.
Когда я увидела сообщение, заставила себя вести нормально, учитывая, что в гараже находились камеры. И когда текст исчез на темном экране, я перешла к смс-кам, чтобы прочитать его еще раз.
««Маккэффри». Сейчас. Приходи одна.»
Это от Хита.
Одно я знала точно — я поеду в «Маккэффри».
Еще я знала, что приеду туда не одна.
Я подключила блютуз, набрала автоматом номер и двинулась со своего места, когда зазвонил телефон.
— Ты направляешься домой? — таково было приветствие Бенни.
— Нет, я встречусь с тобой в заведении под названием «Маккэффри», где будет выступление Хита, моего коллеги, который исчез во время ланча после утренней встречи со мной, за которой немедленно последовала встреча с Бирманом.
— Черт, — пробормотал он. — Где это? — спросил он.
Я дала ему координаты, он ответил, будто уже бывал в том районе:
— Понял. Буду там через несколько минут. Но не входи туда без меня. Даже не паркуйся на стоянке без меня. Сегодня у меня был дерьмовый разговор с парнями Сэла, так что один из них сел тебе на задницу по дороге на работу и собирался проследить за тобой до дома. Он сможет уйти, когда приеду я, но ты не входишь в это заведение без кого-то за спиной. Катайся по округе. Я напишу тебе, когда приеду.
Похоже, Бен был хорош в шпионской теме.
Мне это показалось интересным.
И горячим.
— Хорошо, capo.
— Ладно, — сказал он с улыбкой в голосе, а затем добавил: — Увидимся.
Он отключился, и я тоже, хотя ненадолго, так как Браунсбург в хороший день находился в получасе езды от «Маккффрей», а был час пик. Поскольку 86-я и ее окрестности, где располагался «Маккффрей», были безумно оживленными, пока добиралась туда, меня не покидало желание кого-нибудь убить от этих пробок. И желание не проходило, пока не зазвонил мой телефон, и я не увидела сообщение, в котором говорилось, что Бен прибыл на место.
Именно тогда я направилась в «Маккффей», паб-ресторан на 86-й улице, куда заходили многие из «Уайлер» после работы, чтобы пропустить пару стаканчиков и съесть тарелку закусок. Я была там дважды, всегда с ребятами из «Уайлер».
Припарковавшись и собравшись выходить, Бенни уже стоял у моей двери.
— Это дерьмо с тобой, детка? — спросил он, и все повторилось снова. Он был хорош в шпионской теме. Я оставила сумку с компьютером на пассажирском сиденье. Вероятно, это была не такая уж хорошая идея — оставлять улики, которые собирала команда Тэнди, в старом Z возле паба, посещаемым сотрудниками «Уайлер».