Заклятие – (не)покорная для бывшего (СИ)
– Звучит скучно, – вздохнула Беатрис. – Но раз ты говоришь, что это тоже подчинение… Ладно.
Он возмущенно посмотрел на нее и увидел, как в ее глазах заплясали искры смеха.
– Для начала, твоя покорная рабыня разденет тебя, повелитель, – Беатрис освободила руки из плена его ладони и начала с поцелуя.
– Как сладко звучит твое гнусное вранье, – застонал он, чувствуя ее руки на себе.
– Я люблю тебя, Тар, – ехидно хихикнула она, оставляя ему право решать – это тоже ложь или все же признание.
Прозрачный туман стелился по полу и медленно уходил за дверь. Антари впитал свою магию и глаза приобрели обычный цвет.
– По крайней мере это я понял неверно, – прошептал он. Рука сама потянулась к бутылке темного стекла. Мужчина не затруднил себя и не стал наполнять бокал. Горлышко коснулось губ, и он сделал несколько больших и жадных глотков. – Идиот. Я просто самый идиотский идиот и король идиотизма этого мира.
Антари допил бутылку залпом. Утром ему предстояло совершить нечто невообразимое. Он договорился с Эритаром и теперь сам не верил в то, что сделал это. Глупость. Жалеть придется всю жизнь. Рассвет станет вестником огромной печали, которая и сейчас лежала на сердце камнем.
Документ и старый советник
Айдвариан вошел в кабинет. То, что он делал совсем недавно все еще довлело над ним. Лания не покидала мыслей. За эту ночь девушка тронула ему сердце так сильно, как у Меридит не вышло за годы брака. Правитель не собирался ничего чувствовать. Оставил девушку в покоях, распорядился, чтобы она ни в чем не нуждалась.
Ее лицо стояло перед глазами. Магия Темной покинула тело раньше, чем обычно. И все благодаря этой девушке. Слушая ее голос, рассуждения, меткие слова, Айдвариан будто бы трезвел. И сейчас его волновало только одно – сможет ли она его простить? Сможет ли забыть эту жуткую ночь и его слабость?
Айдвариан сделал то, что никогда не практиковал. Он поставил себя на ее место. Задал себе те же вопросы и ответил однозначно – нет. Ни простить, ни забыть он бы не смог.
Но жениться на Лании было весьма логично и правильно. Красивый политический ход. Еще один формальный брак, в котором у каждого свои интересы. Почему-то это его расстраивало. Неужели, он хотел от нее взаимных чувств?
Меридит не даром его шантажировала. Документы, подтверждающие, что после общения с Темной, он звереет, были правдой. Даже частью правды. Дело было серьезнее и страшнее. Лания в этом убедилась на незабываемом личном опыте.
Вошел Тарими. Надо было переговорить с ним.
– С этой минуты яд, контролирующий Темную, довести до максимальной отметки, – распорядился Адвариан, не давая себе времени на раздумья.
Он чувствовал то же, что алкоголик решивший завязать и выливающий запасы в отхожее место.
– Но пророчества, мой господин. Она же не сможет…
– Наплевать, – Айдвариан сделал нетерпеливое движение рукой, на мгновение выпуская магию.
Тарими отскочил в последний момент и уставился на повелителя недоуменно.
– Исполнять сегодня же. Вычеркнуть из моего графика визиты в замок. Темная больше не нужна.
Писк устройства отвлек внимание министра.
– Повелитель, прошу прощения, мне придется удалиться и оставить вас буквально на четверть часа. На связь вышел наш человек в Цверанде.
– Это важно, иди, – лорд отпустил его и углубился в бумаги.
Даримора сказала ему, что власть под угрозой и все подтверждалось – действительно среди пухлой папки заявлений был запрос на брак для Беатрис Луцерос. Объединение отпрысков двух особо отмеченных семей освободителей означало именно то, что предсказывала Темная. Бывшая Луцерос откроет путь на трон для своего мужа. Свержение.
Айдвариан с тревогой провел по волосам. Не рано ли отдал распоряжение? Как быть теперь, как принимать решения без ее поддержки? Тревога колола сердце. Слишком он втянулся в эти игры.
Имя жениха в документе было другим. Не Ириан, не Мобанар. Арьянми? Неужели Темная ошиблась, или же вероятности сложились иначе?
Рука, приготовившаяся подписать документ отказом, остановилась.
В этот момент вошел советник Самбиан. Старик был в том возрасте, когда магия уже не позволяла ему сохранять внешность. Глубокие морщины покрыли лицо, седые волосы были коротко подстрижены.
– Повелитель, возникли вопросы по бюджету. Доходы вышли не такими высокими, как мы планировали и дефицит надо закрывать из собственных ресурсов.
Айдвариан кивнул. Он уже знал это.
– Что-то вас беспокоит? – Самбиан всегда чутко чувствовал своего господина.
– Темная предсказала не допустить брака последней из рода Луцерос, – произнес он. – Но она говорила о браке с членом одной из трех семей. А заявление подал Эритар Арьянми. Я не понимаю, как трактовать этот факт.
Самбиан нахмурился. Связь с Дариморой он не одобрял. К тому же у него были чисто практические возражения.
– Господин, – осторожно начал он. – вы много раз прибегали к ее советам. Многократно исполняли наказы, но в последнее время…
Советник замялся и замолчал. Тарими будет в ярости от его слов, переходить дорогу первому министру не хотелось.
– Самбиан, я не могу потратить на обсуждение брака этой девчонки более минуты. Говори, или я напишу отказ.
– Не все пророчества Темной сбываются так, как раньше. Она начала ошибаться. Уже пару месяцев я наблюдаю это с нарастающей тревогой. Я бы не стал советовать вам запрещать этот брак. Тем более, что жених из другой семьи и это тоже сигнализирует о неверной трактовке линий судьбы. Даримора не говорила об Арьянми, чему может быть два объяснения – или брак с ним для вас безопасен, или же она просто не видела этой ветви будущего. И в том, и в другом случае, я не понимаю, чем ее могла заинтересовать дочь Луцеросов.
Айдвариан пожал плечами. Он и сам замечал нечто подобное. Ему после визитов было все хуже, а толку от пророчеств было все меньше. Беатрис не могла претендовать на трон, как и Арьянми. Семья почти без всяких амбиций. Эритар отработал несколько лет на государство и отказался от продвижения к вершине, предпочитая заниматься торговлей.
Ирианы и Мобанары были опасны, взять того же Тарими. За власть он был готов идти по телам, перегрызать глотки. Мержери Мобанар тоже был везде, к тому же имел собственную армию и шпионов. А Арьянми держались в стороне.
– Последнее дитя Луцеросов не заслуживает участи провести жизнь в одиночестве. Ее брак и так подводит черту под родом тех, кто помог одолеть Темную, – добавил Самбиан, в тон мыслям повелителя.
Тогда к черту Даримору. Раз уж отдал распоряжение увеличить дозировку яда, раз принял решение отказаться от ее пророчеств, то стоит немедля начать им следовать! И начать с этого малозначительного союза. Время принимать собственные решения пришло.
Айдвариан поставил подпись под документом. Пусть выходит замуж. Это не было политическим вопросом.
Самбиан подождал, пока лорд подпишет остальные листы и вышел прочь.
– Господин, все решилось, – заявил Тарими, возвращаясь. – Вы уже смотрели прошения? – спросил он, не находя взглядом папки на столе.
– Да, я был в курсе этих вопросов, – Айдвариан перешел к другим бумагам. Бюджет его занимал намного больше. Хотелось сосредоточиться полностью.
– Беатрис Луцерос отказано в браке? – спросил министр.
– Нет, – холодно ответил лорд, начиная чувствовать себя так, будто бы ему указывали, что делать.
– Как? – взвился Тарими. – Темная же ясно сказала, что благополучие вашего правления будет под угрозой после этого союза!
Айдвариан посмотрел на него предостерегающе.
– Жених в прошении был другой.
– Другой? – переспросил министр, почему-то его голос прозвучал напуганно.
– Арьянми, – сказал лорд.
– Эритар Арьянми? – уточнил Тарими. – Бывший муж моей племянницы? Ерунда какая-то.
Лорд вдруг почувствовал ярость.
– Почему при дефиците бюджета, проблемах в Цверанде, и на фоне моего развода, мы обсуждаем незначительный брак непозволительно долго? Почему ты, Тарими, требуешь от меня отчета? Господин здесь я! И если тебя беспокоит обида за племянницу, то держи чувства при себе. Мне нет дела до этого. Ее бывший муж не обязан нести траур по их любви вечность, как бы высоко не стояла семья Ирианов.