Заклятие – (не)покорная для бывшего (СИ)
Тарими склонил голову, лихорадочно соображая.
Злодей
Свадьба Беатрис получила одобрение лорда.
Мужчина смотрел документы и не мог поверить глазам. Темная предупреждала, что брак не должен был быть заключен. Но она говорила о браке с Мобанаром. Две особо отмеченные семьи не должны были объединиться. В этом ведь был смысл?
Он перестал понимать происходящее. К тому же, рабыня, доставленная в замок, все еще была жива. Это тоже не входило в планы. Даримора говорила, что он не сможет сдержаться, к тому же оставила в девке столько своей магии, что любое терпение лопнуло бы.
Как Айдварин устоял?
Маг еще раз пробежался глазами по строкам донесения.
«Лания Элистри заняла покои леди Меридит Милиред. Приказано доставить одежду, приставить слуг и особым образом контролировать связи».
Лания.
Темная сказала, что девушку будут звать Кематора.
Мужчина схватил устройство и несколько минут искал информацию.
«Кематора Дири освобождена из рабства в замке Темной приказом лорда Айдвариана. Доставлена в ближайший город. За службу в замке удостоена двойной выплаты. В отслеживании судьбы не нуждается».
Он перестал что-либо понимать. Другие имена, другие люди. Путаница. Даримора или ошибалась, или вела собственную игру. Что если она подставляет его? Что если обещанной власти и силы ему не получить?
Ведьма.
Как ей можно было верить?
Что теперь делать с Беатрис? Если она вышла замуж, то теперь земли принадлежат мужу? Или же он ей не только муж? Тогда Эритар Арьянми полноправный владелец всего имущества. Убить его? И что дальше? Клан Арьянми унаследует все. Уничтожить целую семью? Это не полудемонические Луцерос, которые с редкостным безумием лезли в лапы смерти, не беспокоясь о деторождении. Нет. Так внимание привлекать нельзя.
Перехватить документ? Связаться со своими людьми? Получается Беатрис все это время не там искали? Еще несколько минут и брак будет заключен. Что он мог с этим поделать? Только одно – теперь стало ясно, где скрывалась все это время девчонка. Если уж она замужем, оставалось лишь единственное решение. Он собирался следовать ему, но сначала надо было снять напряжение и освободить голову.
– Меня не беспокоить, – распорядился он, развязывая шелковый платок и скидывая рубашку на стол.
Быстрым шагом мужчина покинул кабинет и прошел несколько комнат насквозь. Перед тяжелой дверью он остановился, достал полукристалл и коснулся замка. Улыбка полная предвкушения осветила его лицо.
– Привет, дрянь, – сказал он, упираясь глазами в свою жертву.
Девушка вскочила с кровати в тот момент, когда услышала, как щелкнул замок. Она упала на колени, убрав руки за спину. Было видно, как ее трясет от страха.
Еще недавно она была смелой и сильной, еще недавно в глазах полыхала лютая ненависть. Сейчас же остался только животный ужас, покорность и заискивание. Только ему было плевать.
– Рада вашему визиту, господин, – прошептала она. – Благодарю, что вспомнили о вашей недостойной шлюхе.
Губы плохо слушались ее. Девушка пару раз оговорилась, и он рассмеялся, показывая, как она жалко выглядит.
Ему нравилось то, насколько она сломалась. Жаль, что не вышло разыскать Беатрис, ведь он мечтал о том, как будет ломать ее. Привык думать за время подготовки, что девушка попадет в его руки. О, это была мечта. Он поселил бы их двоих в этой камере, и его игрушка послужила бы идеальным устрашением и декорацией. Ничего, он отнимет ее у Эритара. Все равно осуществит задуманное. Обязательно.
Рабыня сжалась, ожидая участи. Она молчала, потому что все, что имела право сказать было озвучено.
Маг осмотрел ее внимательнее. Кожа давно стала бледной от сидения взаперти. Косметики ей не полагалось, а поддерживать ее импульсами он не спешил. Его возбуждало то, как красота покидает лицо и тело его игрушки.
Шею обхватывал металлический ошейник, к которому была пристегнута тяжелая цепь. Излишняя предосторожность, побег отсюда невозможен. Просто владельцу нравилось причинять неудобства.
– Готовилась к моему приходу?
Девушка кивнула. Первое время она по глупости отвечала: «Да, господин». Он быстро выбил из нее желание лишний раз открывать рот. Она подползла на четвереньках к нему, не убирая рук из-за спины поцеловала ноги.
– Я проверю, – сказал владелец.
Его животное должно было тренироваться, был составлен график и комплекс упражнений, чтобы тело было совершенным. Он подошел к тренажеру в углу. Пальцы коснулись его. Магия считала информацию.
– Плохо старалась, – бросил он.
Девушка хотела бы сказать, что после его последнего визита, она едва могла шевелиться от боли. Все попытки выполнить его инструкции были хуже пыток, но это бы лишь усугубило наказание.
– Ты – ничтожество. Не можешь справиться даже с такой ерундой, – прорычал он, замахиваясь на нее.
Пощечина обожгла щеку, но жертва не пискнула и рук не расцепила, так и оставив их за спиной.
– Придется тебя наказать, – задумчиво сказал он. – Думаю, несколько часов в колодках помогут тебе поумнеть.
Она склонила голову, пряча эмоции. Если бы только можно было хоть на что-то надеяться… Она привыкла, что над ней издеваются.
– Похоже, что тебя это не впечатлило, – заметил мужчина. – Действительно, что такого? Думаю, что будет лучше, если ты будешь стоять в колодках голая, в комнате охраны.
Девушка бросилась к нему в ноги, покрывая их поцелуями. Она мотала головой, умоляя изменить решение. Мужчина лишь усмехнулся ее попыткам. Он поставил ногу ей на спину и с удовольствием наблюдал, как она беззвучно унижается. Вся ее задница была покрыта синяками разной степени давности. Колечко узенькой дырочки выглядело сильно использованным. На спине осталась пара рубцов – у него был плохой день и игры с плетью немного вышли из-под контроля. Он мог исцелить следы, но обожал смотреть на них.
– Нет, не пытайся меня разжалобить, – сказал он. – Ты не заслуживаешь ничего хорошего.
Он подвел ее к высокому стулу, поднял и заставил на него усесться. Ее попка чуть свисала назад. Ноги он привязал внизу, руки связал впереди и соединил узел с кольцом ошейника. Рабыня почувствовала, как жестокая рука собирает ее волосы в хвост и тянет вверх, закрепляя к кольцу. Голову было не опустить. В то же время он надел жесткие зажимы на ее соски и цепочку от них наоборот натянул вниз. Любая попытка уменьшить натяжение в одном месте приводила к боли в другом.
Положение оказалось неустойчивым. Когда тонкая и хлесткая палочка приложилась к ягодицам, стало ясно, что всерьез дергаться нельзя – стул упадет. Рыдания быстро пришли на смену крикам. Девушка отчаянно пыталась удержаться, но страдающее тело разума не слушало. Стул раскачивался, волосы трещали, грудь невыносимо болела, руки кололо ледяными иглами.
Маг вошел в нее без предварительной подготовки, резким движением. На старые травмы это легло безумной болью. Она захлебнулась умоляющем воплем, который не нашел в темной душе никакого сочувствия. Пока он имел ее жесткими и ненасытными толчками, палочка гуляла по бедрам, причиняя жуткую боль, заставляя извиваться против воли.
Наконец, все кончилось. Мужчина оделся и вышел вон.
Девушка так и осталась в своем сложном положении. Через несколько минут слезы отчаяния уже было не сдержать, но вдруг дверь открылась, вошел стражник. Он осмотрел созданную его господином картину и хмыкнул.
Рабыня почти привыкла к этому унижению. Ее видели такой, иногда имели – это не возбранялось. А она иной раз не видела лиц и не слышала голоса.
Теплые руки легли на ее бедра. Слезы брызнули из глаз от одной мысли, какие ощущение принесет проникновение. Мужчина не отреагировал никак. Но был осторожен и мучал ее недолго.
– Он узнал бы, если б я не стал, – прошептал стражник ей в ухо. – Я не могу помочь, прости. Вечером тебя покормят вкуснее обычного и принесут вина. Можешь напиться. Это все, что мне по силам.