Преисподняя «Заря-2»
Он подошёл к парню, ухватил его за волосы, приподнял голову и дал звонкую пощёчину.
– Очнись, гнида!
Юрген застонал, кое-как открыл глаза и увидел перекошенное от злости лицо отца.
– Хотел украсть мои документы? – поинтересовался Вильгельм у сына. – Не стоило мне мешать. Это бесполезно. И знаешь, я тут подумал… Пусть я не любил тебя, но зла никогда не желал.
– Ну и что дальше? – сквозь зубы процедил Юрген, с ненавистью глядя на отца.
– Ничего, – вздохнул Штрасс. – От тебя пользы никакой, одни проблемы. Мне ты больше не нужен. Признаться, я в тебе разочарован и очень сильно. Пожалуй, я просто оставлю тебя здесь.
Юрген устало закрыл глаза, но ничего не сказал.
Боль в плече беспокоила все сильнее, но он не подавал виду.
Штрасс медленно встал, неспешно подобрал рассыпавшиеся бумаги, а затем с презрением посмотрев на лежащего в неестественной позе сына, едва сдержался, чтобы не плюнуть в него. Махнув рукой наёмнику, он двинулся обратно в лабораторию. Затем остановился, поднял с пола выбитый наёмником пистолет, отстегнул магазин и отбросил в разные стороны.
– В нем семь патронов, – не оборачиваясь, произнёс Вильгельм, обращаясь к сыну. – Сам реши, как ими воспользоваться.
Бульдог, наблюдавший за семейными разборками, криво усмехнулся и двинулся за Штрассом.
Тяжелая дверь захлопнулась, послышался звук закрываемого замка.
Юрген ещё с минуту лежал на полу, затем, морщась от острой боли в плече, поднялся на ноги. Подобрал пистолет с магазином, а затем, шатаясь, медленно зашагал прочь.
Все случившееся за последние несколько суток его вымотало, как морально, так и физически. А накатившему на него разочарованию не было предела. Родной отец поставил свои интересы выше, чем жизнь сына. Как же горько это было осознавать. Как надеялся Юрген, что отношения между ними изменятся… Теперь же всё рухнуло. Окончательно.
Если вдуматься, сколько уже жизней загубили «Гамма», «Лямбда», да и «Астра» вместе взятые? Все, все кто спустился сюда – погибли. Наёмники Гидроса – полегли почти в полном составе. Прометея и его людей постигла та же судьба. Друзья Максима – с ними пока еще не все очевидно… Заключенные-строители, пленные немцы… Гражданский и военный персонал комплекса – все погибли. Зимин, Лаптев, Доронин, Шульгин, Елена Андреевна, Черепанов, Дезертир… Все остались здесь навсегда. Гнить… Это место – самая настоящая преисподняя. Помнится, именно так окрестил это место подполковник Шевченко, когда закрывал вход в технические туннели «Астры». Надпись, оставленная им, поражает: «Добро пожаловать в преисподнюю».
Это место буквально пропитано человеческой кровью и страданиями.
А сколько ещё людей погибнет?
Тех, кто спустился сюда, осталось совсем немного…
* * *Я был весьма рад тому, что вместо очередной чудовищной твари из темного коридора показался уже знакомый мне человекоподобный мутант.
Выглядел он слегка потрепанно. Похоже, сбежав после схватки со сколопендрой, Вася бесцельно лазил где-то в технических туннелях комплекса, попутно выясняя отношения с попадающимися там крысами.
Найдя открытые гермоворота, он по запаху быстро определил, что именно здесь проходили те, кого он уже знал. Неудивительно, что разумный мутант последовал за ними.
Было довольно темно, но я хорошо различал почти все, что видел.
– Фух, Вася? – обратился я к существу, при этом сморщившись от ударившего в нос неприятного запаха.
Воняло от него просто жутко.
Тот невозмутимо посмотрел на меня своими абсолютно чёрными глазами и тихонько заворчал.
– Как тебя сюда занесло?
Вася заворчал ещё сильнее. Интонация была странная, да и демонстрация острых когтей на одной из лап навели на меня на определенные мысли. Что он пытается сказать?
И тут меня осенило. А какого черта вообще мутант заявился сюда? Ведь гермоворота комплекса были открыты все это время. Так что же заставило мутанта покинуть его и отправиться на поиски людей?
– Ты нашёл мертвого профессора, да? – спросил я, глядя ему прямо в глаза.
Мутант не двигался, внимательно осматривая мое лицо.
Затем он издал какой-то гортанный звук, отдаленно похожий на утверждение.
– Мы не убивали его. Понимаешь?
Вася снова тихонько заворчал, словно ожидая продолжения.
– Это сделал наёмник… А, черт! Ты ж не поймешь! – спохватился я, вспомнив, что разумный мутант понимает лишь простые слова. – Плохой человек пришёл в комнату и убил его. Я запер того человека там же.
Мутант ухнул.
– Если я его увижу, я покажу тебе, – сказал я, поднимаясь с пола.
Мутант отвернулся, отпрыгнул в сторону и принялся выковыривать из зубов остатки мяса.
Не нужно быть гением, чтобы догадаться – мутант меня понял.
Я бросил в почти потухший костер несколько деревянных дощечек, несколько раз дунул. Уже через полминуты помещение озарилось светом, а по стенам запрыгали тени.
Подойдя к выходу, я отодвинул решётку и заглянул в темный коридор.
– Вася, ты видел ещё людей? – спросил я, обратившись к мутанту.
Тот не ответил, но выковыривать остатки пищи из зубов прекратил. Он внимательно уставился на меня черными, чуть прищуренными глазами.
И тут я словно увидел у себя в голове неясный образ – уродливые люди, в каких-то лохмотьях. Образ был рваный, мутный. Словно обрывок мысли, вот только чьей?
– Это что, ты сделал? – изумлённо спросил я у Васи.
Тот утвердительно ухнул.
Ну, замечательно. Мутант, оказывается, умеет посылать слабые ментальные сигналы прямо в мозг, тем самым довольно сносно выражая то, о чем он думает. Зачем ему слова, если он может и так?
– Мои друзья где-то там, – я махнул рукой в сторону пустого коридора. – Можешь помочь их найти?
Мутант подумал, что-то ухнул, а затем вскочил и рысью бросился в коридор. Мне не оставалось ничего другого, как последовать за ним.
Глава 3. Мрачная тайна
Я невольно поразился тому, что коридор, по которому меня вёл Вася, такой длинный и темный. Освещения в нем практически не было, да оно и понятно – «Лямбда-6» ведь так и не была достроена. А если взять в расчет тот факт, что мы находились где-то между инженерных проходов и коммуникаций, то и подавно. За какой надобностью проводить здесь освещение, когда ещё ничего толком не достроено?
Пробежав несколько десятков метров, я сообразил, что без света мы далеко не уйдем. И если сам мутант ещё обладал полезной способностью видеть в темноте, у меня такого бонуса не оказалось вовсе. Пришлось окликнуть шустрого спутника, а самому вернуться к костру. Выудить оттуда горящий обломок и обмотать его всё той же вонючей тряпкой, что лежала у меня под головой – не составило труда. Соорудив импровизированный факел, я, слегка прихрамывая, бросился догонять Васю.
Так резко переходить на усиленные физические нагрузки в моем-то довольно печальном состоянии было категорически нежелательно. И неудивительно, что уже после первых тридцати метров ощутимо заныла раненая нога, а из едва схватившейся раны начала сочиться кровь. Пришлось существенно сбавить темп, на что мутант отреагировал явным недовольством. У меня в голове словно появилась чужая мысль, символизирующая нечто похожее на пренебрежение.
– Ну, извини, Вася, но это тебе раны не страшны, – выдохнул я, остановившись прямо посреди коридора. – А я всего лишь человек.
Вася недовольно ухнул, но темп всё-таки сбавил.
А еще через несколько метров пришлось и вовсе остановиться – с раны сползла пропитанная кровью повязка. Идти стало сложнее, появились уже знакомые мне признаки слабости, одышка. Снова начала подкатывать к горлу тошнота. Да и боль постепенно нарастала, что совсем меня не обрадовало. И хотя особого повода торопиться тоже не было – как ни крути, но я не знал, остался ли кто-то в живых, или явившийся мне в бреду Костолом говорил ерунду?! А если бы и стоило поторопиться, что бы я смог сделать в моем теперешнем состоянии? Верно, толку от меня сейчас немного. Возможно, в опасной ситуации мутант и вступится за меня, но вряд ли от этого будет много пользы.