Укус Милосердия (СИ)
Мысль о эльфе, подобострастно кланяющемся горбатому крысочеловеку, была настолько дикой, что я решил заняться кое-чем конструктивным, то есть — защитой дома. Мастер я тауматургии или не мастер?
— Что такое вообще эта твоя тургия⁈ — потребовала ответа прибежавшая смотреть на настоящую магию Тарасова, — Всё, что я вижу — это рисование, а всю что нюхаю — вонь лака!
— Не надо тут, — обиженный голос Шегги прогудел из кухни, — Хороший лак!
— Лет сто назад, — не стал жаться я, продолжая выписывать буквы давно уже исчезнувших с лица истории языков, — наши маги и колдуны объединились в несколько университетов и начали чистить волшебство. Ну, понимаешь, сотни школ, тысячи направлений, многое в этой жуткой фиготени повторялось, многое было лишним. Была поставлена задача объединить весь этот ужас в одну систему. Ну, то есть, выбрать самые эффективные способы творения чар, оптимизировать то, что должно быть оптимизировано…
— Всё-всё, я поняла! Знакомая тема! — девушка, уже стоявшая подальше от благоухающего лаком меня, нагло дула пиво из высокого бокала, — Так что, тауматургия — это что-то из новенького?
— Нет, ну, почти… — задумчиво промычал я, — Далеко не всё лезло в эту систему, понимаешь? Далеко не всё можно было вписать, особенно всякие там многодневные ритуалы, массовые жертвоприношения, проклятия с программируемыми условиями и так далее. Еще оставались совсем уж непонятные и необъяснимые штуки, которые в своем большинстве маги просто выкинули в отдельную школу…
— Ты ужасный рассказчик, Арвистер! — возмущенно пробурчал Шеггард, вставший около не моргнувшей глазом Алисы, еще два месяца назад шарахавшейся от полутролля как черт от ладана, — У вампиров нет маны! Тауматургия — это ведьмовские трюки, ритуалы и проклятия, работающие на жизненной силе! Это даже не магия, а темные чудеса!
— Во-первых, — я укоризненно посмотрел на громилу, — мне рисовать еще часов пять! Во-вторых, ты тоже жопошник еще тот! Какие ведьмовские ритуалы? Старая добрая школа посмертных проклятий!
— То есть, волшебницей мне не стать? — разочарованно изрекла Тарасова, приступая к дохлебыванию пива.
— Тауматургиней тоже, — вздохнул я, — Первые сто лет.
Пока не выработает достаточное чувство крови. Крайне мало простых смертных способно на тауматургию, тут требуется очень выверенно дозировать жизненную силу. С этим просто только у вампиров.
— Эххх, — хрупкая милая девушка, так похожая на очень изящную эльфийку, совсем не изящно рыгнула, — Пойду я тогда, что ли. Работать. Скучно тут у вас. И воняет.
— Вот видишь, что ты наделал? — я кисло посмотрел на почесывающего затылок тролля, — Теперь мы тут вдвоем. Нам скучно и воняет.
— Нет, я тоже пойду, пожалуй, — полутролль, развернувшись, почесал к себе наверх. Гад.
Все вокруг предатели.
Один я молодец.
Интерлюдия
— Вы отдали проект такой важности в руки одного из наиболее некомпетентных вампиров Управления, а теперь просите меня прибирать за ним⁈ — вопль вырвался из её горла помимо всякой воли или даже обдумывания того, что она услышала.
Не просто так.
«Арвистер» — именно так звали персональное проклятие заместителя главы службы безопасности Управления, Эммы Старри. Несмотря на стаж и опыт, исчисляющийся почти сотней лет, Эмма не могла не реагировать максимально бурно каждый раз, когда слышала фамилию этого проклятого вампира!
— Да ни за что! Отдайте его Роквуду или Солоньери!
— Нет, Эм, он твой. Как ты сама заметила — это крайне важный проект, — невозмутимо прогудел массивный минотавр, восседающий за столом, на котором сейчас разместились огромная кружка с парящим содержимым, несколько стопок бумаг, раскрытый ноутбук, а также роскошная, но изящная задница полудемонессы, раздраженно поддёргивающей крыльями. Задница, как и всё остальное, было облачено в прекрасно пошитый офисный наряд, поэтому Оргар Волл-третий не имел ничего против фривольного поведения своей непосредственной подчиненной. Некоторая излишняя эмоциональность и поведение вроде задницы на столе — вполне присущи крайне немногочисленным полудемонам, но вот их профессионализм, жизненный опыт, неутомимость и способность жить вечно… заставляют мириться с… задницами.
Но не с воровством кофе. Последнее Оргар пресек, наложив огромную волосатую лапу на свою кружку. Эмма лишь раздраженно фыркнула.
— Но я только от него избавилась! Оргар, ну пожалуйста! — скорчила госпожа Старри умоляющую физиономию, — Сколько я выстрадала из-за этого придурка!
— Нисколько, — меланхолично хмыкнул минотавр, отхлебывая свой напиток, — Тебя он бесит именно потому, что заставляет работать. Все остальные вампиры легко проходят твои проверки, они еще сотню лет назад выработали шаблоны, по которым делают совершенно все. Мелкие импровизации, легкие колебания настроения, пара залетов… и никаких проблем. А вот Арвистер…
Он был слишком живой. Каждое его дело, каждое новое поручение, всё это полудемонессе приходилось расследовать лично. И тщетно. Слабейший из всех вампиров обладал всеми плюсами и минусами смертных — ошибался, задерживался, или, наоборот, приходил слишком рано, отвлекался и импровизировал, пытаясь компенсировать свою позорную слабость. Его проверки (о которых бедолага даже не знал) требовали от Старри уйму времени и сил, что бесило последнюю донельзя. У нее и так было полно работы, а ведь есть еще и жизнь! Рауты, приёмы, балы!
Эмма Старри была, есть и остается одной из красивейших женщин Омниполиса. Её великолепное, совершенно безупречное тело, пикантно украшенное хвостом (и двумя огромными перепончатыми крыльями), уж точно не было создано для работы, но вот беда — обеспеченные эльфийские колдуны скорее призовут себе суккубу, чем будут тратить империалы на полудемонессу, а под промышленника-гнома она сама не ляжет ни за что. И что делать⁈ Остается только работать, другим способом несчастная девушка никак не получит двадцати империалов в месяц, чтобы иметь корку хлеба и подстилку в конуре.
А тут ей Арвистеров всучивают.
— Слушай, Эм… — посерьезнел минотавр, допивая свой кофе, — Не валяй мне тут дурочку. Ты мечтала избавиться от этого вампира? Мечтала. Я помог. Но ты прекрасно понимаешь важность этого проекта. Ты прекрасно знаешь, что сам он еще не успел накосячить… ну, если не считать его аферы с Гильдией, но как по мне — он такая же ленивая бессмертная тварь, как и некоторые другие. Кто-то нанял жмуродела, чтобы убить девчонку. Сама она вполне заменима, есть еще неаполитанец и тот богатый индус, который живет в Японии, а вот с Конрадом ситуация иная. Он свой «заряд» на «птенца» потратил. Других вампиров, способных создать «птенца» без нарушений в психике и мотивации у нас нет. Нигде нет.
— Так заприте их в Серверной! — застонала девушка, — Всего делов! Клянусь, я найду того, кто будет приносить им еду, кровь, да хоть шлюх! Почему…
— Ты Джоггера на докладе чем слушала? — тихим и проникновенным тоном, хорошо действующим на подчиненную, осведомился минотавр, — Этой девочке хватит пары часов с нашими программистами, чтобы понять, что единственным, кто кое-как дотягивает до нее, является сам Джоггер. А гоблин себя уже дискредитировал, устроив шоу жадности у нее дома. А теперь, Эм, вопрос — ты в самом деле хочешь, чтобы гениальный программист, подчиненный самому ненавистному тебе вампиру, устроил массу подводных сюрпризов всему Омниполису?
— Но…
— Ступайте, офицер Старри, — терпение и кофе минотавра подошли к концу, — Задание вам выдано. С головы Арвистера и его «птенца» не должен упасть ни единый волос, пока проект не будет удачно завершен.
— Будет исполнено, — убито вздохнула красотка, поплетясь на выход из кабинета.
— Эм? — окликнул её Волл, — А ты не в курсе, кто к нему приписал Гарру?
— Стамински. По просьбе Зого Эльмдингера. Ну, того, кто на пенсии сейчас.
— Зого, значит… ну-ну. Знаешь, что? Зайди-ка в бухгалтерию и передай, что мы прекращаем оплачивать старине Зого больницу. Пусть долечивается за свой счет.