Храм
— А что, если они не дадут вам денег? — спросила Рене.
— Дадут. Потому, что я — единственный человек на Земле, у которого есть работающая «Сверхновая».
— И все-таки?
— Тогда я взорву устройство, — просто ответил Эрхардт.
Нацистский генерал повернулся на своем месте и уставился вперед сквозь переднее стекло вертолета. Рейс и Рене проследили за его взглядом.
Перед ними было истинно удивительное зрелище.
Безбрежное зеленое одеяло бескрайних амазонских джунглей тянулось до горизонта.
Правда неподалеку в покрывале зияла прореха — похожи на конус огромный коричневый кратер находился прямо у реки.
Он был диаметром по меньшей мере в полмили. Длинные отлогие следы грузовиков вели, извиваясь, до самого дна. На краю стояли огромные прожектора, освещавшие его словно футбольный стадион в неярком свете раннего вечера.
Высоко над центром кратера, подвешенная с помощью паутины туго натянутых канатов, висела похожая на коробку большая белая кабина, своего рода контрольная будка с широкими прямоугольными окнами во всех четырех стенах.
Добраться до контрольной будки можно было только по двум длинным подвесным мостам, которые соединяли противоположные стороны кратера — северную и южную. Каждый мост из толстых стальных тросов был длиной четыреста ярдов минимум.
Это был золотой рудник Мадре де Диос.
* * *Вертолет «Белл Джет Рейнджер» приземлился на установленную на понтонах посадочную площадку неподалеку от края грандиозного открытого рудника.
Рудник располагался южнее реки Альто Пурус, между ними были три массивных обветшавших склада, сильно изношенных временем.
Самое большое из них нависало над рекой, опираясь на сваи. По всей его длине тянулись ворота как в ангарах, позволявшие держать внутри катера и гидросамолеты. Рейс предположил, что в прошлом именно там вставали на якорь по погрузку катера и самолеты горнодобывающей компании.
Сегодня они служили для других целей.
Нацисты прятали там свою армаду катеров, вертолетов и гидросамолетов от любопытных глаз американских спутников-шпионов.
Как только вертолет приземлился на плавучую посадочную площадку, пилот повернул выключатель.
Слева от вертолета открылась ржавая дверь ангара, и механизм потащил к нему квадратный понтон с вертолетом.
Профессор смотрел, как вертолет медленно втягивают внутрь склада.
Через секунду небо над ними сменил потолок склада, сложная решетка из ржавых стальных балок и темных деревянных поперечин.
Рейс оглядывался по сторонам.
Огромный ангар освещался коническими галогеновыми лампами свисавшими с потолочных балок.
Необычным «полом» ангара была река. Над водой тянулся длинный, похожий на палец настил, от него под прямым углом ответвлялась дюжина маленькие настилы, пространство между ними отводилось под стоянки для кораблей и самолетов, прибывших на рудник для загрузки золотом.
Вдоль всего центрального настила на уровне земли шла широкая лента транспортера. Она выходила из большого квадратного отверстия в стене ангара и заканчивалась у дальнего конца настила.
Рейс предположил, что другой конец транспортера должен находиться глубоко в самом руднике, где-то на погрузочной площадке или на самом дне кратера.
Как он себе представлял, золото загружали на ленту транспортера внизу в руднике, затем транспортер поднимал его по длинному туннелю на склад, и уже здесь его грузили на корабль или самолет.
Медленно двигавшийся понтон с вертолетом остановился у одной из стоянок для погрузки, его лопасти все медленнее вращались над лентой транспортера, вспыхивая в свете галогеновых ламп.
Со своего сиденья в хвостовом отсеке вертолета Рейс видел, как из застекленного помещения на дальнем конце склада вышло четверо.
Трое были одеты в белые лабораторные халаты. Это были ученые. Четвертый, солдат, носил армейское обмундирование и держал в руках штурмовую винтовку G-11.
Рейс заметил, что из трех ученых один был меньше и заметно старше двух других. У маленького согнутого годами человека были длинные седые волосы и огромные круглые глаза, увеличенными парой толстых очков. Рейс догадался, перед ним был доктор выдающийся нацистский ученый Фриц Вебер, о котором говорили Эрхардт и Нэш.
За исключением четырех человек перед помещением со стеклянными стенами, остальная часть склада была абсолютно пустынной.
Здесь больше никого нет, подумал Рейс.
Нацисты должны были взять в Вилкафор всех, кто у них был. Четыре человека здесь плюс Анистазе, Эрхардт, Изрытое Лицо и пилот — вот все оставшиеся.
— Унтершарфюрер, — сказал Эрхардт Изрытому Лицу, когда вертолет тряхнуло, и он остановился, — будьте так любезны, пожалуйста отведите агента Беккер и профессора Рейса к мусорной яме. Пристрелите их и похороните их останки.
* * *Рейса и Рене вели по земляной тропе, уходившей сквозь джунгли на запад от огромных прибрежных складов.
Изрытое Лицо вместе с последним оставшимся на руднике нацистским солдатом, подгоняли их тычками в спину.
— Есть идея о том, как мы отсюда выберемся? — спросил у Рене профессор.
— Нет, — спокойно ответила она.
— Я думал, что у тебя должен быть какой-нибудь план. Знаешь, что-нибудь в рукаве.
— Плана нет.
— Значит мы собираемся умереть?
— Похоже.
Тропа повернула, и Рейс вздрогнул, когда отвратительный гнилой запах неприятно подействовал на его обоняние. Чуть позже они дошли до конца тропы, и профессор увидел кучу мусора между деревьями. Она раскинулась ярдов на пятьдесят. Здесь были старые покрышки, протухшие кучи испорченной пищи, искривленные куски металла, даже несколько скелетов животных.
Мусорная яма.
— На колени, оба, — прорычал Изрытое Лицо.
Они упали на колени.
— Руки за голову.
Они сцепили пальцы на затылках.
Рейс услышал, как другой нацист снял G-11 с предохранителя. Подправленный генератор электромагнитных импульсов утонул вместе со Шредером, так что теперь G-11 были полностью работоспособны. Профессор услышал, как нацист сделал шаг вперед по глине, и почувствовал, что ему в затылок упирается дуло штурмовой винтовки.