Ангел, нечисть и другие неприятности (СИ)
— Да брось. — Я поморщилась и увернулась от особенно ретивой ветки. — Это всего лишь деревья.
Рука ощутила приятную тяжесть топора.
— Сейчас обеспечим лесничество дровами, — хмыкнула я, замахиваясь на ближайшую сосну.
Та даже взвизгнула, когда топор вонзился в мягкую кору. Несколько красных капелек стекли вниз, оставив на розоватом снегу небольшие ямки.
— Фу, гадость! — Я поморщилась.
И ударила уже со всей дури. Мария взвизгнула и отскочила, чтобы не убиться падающей сосной. Тянущиеся к ней ветки демоница прижигала огненными шариками, и у меня появилась идея.
— Так, Машка, я этих гадов укладываю, а ты пенечки-то прижги. А то больно буйные ветки.
Я отрубила несколько особо ретивых и с обиженным визгом ветки убрались.
— А ну! — донесся до нас вопль лесника. — Руки вверх!
В следующее мгновение он заорал, как в жопу ужаленный, выронил ружье и принялся носиться кругами, от чего-то отбиваясь.
— Магия ласки для темного, блин, — буркнула я, роняя очередную елку. — Будешь знать, зараза, как в ангелов целиться.
А будет выпендриваться, я не только ласку, но и Ника на него напущу. А Машка — Бусинку.
Кровососущих деревьев было не так уж и много. При помощи Машки, которая ловко работала огнем, я даже не пострадала, лишь пара иголок впились в шею, но быстро усвоили, что делать этого не надо. Стволы были удивительно мягкими, совсем не напоминали деревья. Редкостная гадость, на самом деле.
Мы вырубили и спалили все бешеные елки, а таких там насчиталось аж десять штук. Как и откуда они сюда попали — загадка, подернутая мраком. Может, Крапов что-то скажет на этот счет, но, если честно, единственным моим желанием было выбраться из леса и помыться. Невозможно остаться чистым, уничтожая нечисть. Даже если ты ангел.
— Мой елки! — зарыдал лесник, падая на колени.
Его лицо было изрядно покусано, а ласка хищно щерилась в стороне. Надо будет дать ей имя, хорошая животина.
— Это, бать, уже не елки, — довольно произнесла я, осматривая поле деятельности. — Это палки.
Маша отпихнула не сожженную ветку и направилась в сторону шоссе. Вернее, в ту сторону, где она думала, находится шоссе.
— На этой оптимистичной ноте мы вас покидаем! — проорала она. — Вер, давай быстрее! Я есть хочу!
* * *— Маш, куда ты?! — застонала я, когда сестрица темного направилась совсем даже не к дороге.
— За елкой! — бодро отозвалась демоница. — За нормальной елкой. Ты новый год будешь с моим братом встречать? Или нет?!
— Мне кажется, я буду его встречать с елкой, — пробурчала я, но послушно потащилась вслед за Машкой вглубь леса.
Она что-то искала, окончательно меня запутывая. Как же хотелось перенестись в свою квартиру, выпить чего-нибудь алкогольно-согревающего и поспать. Но нет, с появлением в моей жизни толпы демонов обычные смертные радости предстали недостижимыми мечтами.
— Во, эта сойдет, — наконец, определилась подруга. — Давай, Верк, ломай красотку.
И радостно захихикала, когда небольшая пушистая елка грохнулась в сугроб. И тут же исчезла, оставив после себя лишь едва уловимый запах.
— Э-э-э… и где она?
— Дома, — флегматично отозвалась Мария. — Зачем нам с ней таскаться? Мы идем в гости!
— Что?!
Я не успела ничего сообразить. Меня просто ухватили за крыло и куда-то перенесли. Мир вокруг завертелся — и вот я стою перед воротами симпатичного, но мрачноватого замка, стоящего прямо посреди безжизненной пустыни, с черной, потрескавшейся от избытка влаги землей и редкими скрюченными кустиками. Милое местечко.
Машка со всей дури (а ее у нее было не меряно) долбила в дверь.
— Кри-и-ис! Ма-а-акс! Открыва-а-а-айте!
У меня аж уши зачесались от этого вопля.
— Что такое?
Двери распахнулись, явив нам… демона. Очень симпатичного и молодого. Разумеется, молод он был лишь на вид. Судя по татуировке ему было не меньше четырехсот лет. Обалдеть!
— Максик! — заверещала Мария, аки Бусинка, и повисла на шее у темного.
— Маша? — Он сонно и обалдело стоял, не зная, как реагировать. — Ты что тут делаешь? И кто это?
Тут он кивнул на меня.
— Это Верка, новая пассия братика. Вернее, рабыня… формально. Но, знаешь, кто кому еще повинуется — неясно. Она та еще стерва, ага. Вытащила меня в лес, порубала там елки, оставила несчастного лесника без друзей… в общем, Макс, наш повелитель крупно попал. А у тебя пожрать есть что-нибудь? Я всю ночь по лесу бегала, атас!
Она, не взирая на абсолютно бессмысленный взгляд демона и мой возмущенный вопль “чего?!”, прошествовала в глубь замка.
— Привет. Я — Вера, — вроде как вежливость и в подземном мире не упразднялась.
— Максим.
— Почему у всех демонов имена той страны, в которой я живу?!
— Потому что гладиолус! — отозвалась откуда-то Машка. — Мы что, виноваты в этом? У каждого имен — штук по тридцать. Вы же все на свой лад нас переделываете. Это столетие официально объявлено столетием России. Так что имена все русские. Объявим столетие Китая, будем китайцами. Прикольно же. Только у братика имя одно. Чтоб не выпендривался.
— Проходи, Вера. — Максим посторонился, пропуская меня. — Сейчас я разбужу Крис. Вы довольно внезапно свалились на наши головы.
— Да я сама в шоке, если честно.
Бедная семья, если подумать. Среди ночи свалились на головы две идиотки, одна из которых, похоже, бешеная. И что-то требуют. Как я поняла, это была та самая Кристина, рабыня демона, о которой говорил Князь. Мне сразу же сделалось неуютно: что имел в виду Макс, когда сказал, что разбудит Крис? Выведет ее на поводке? И где вообще живут рабыни темных? В любом случае, смотреть в глаза и общаться с девушкой, которая является собственностью темного, не хотелось. Князь говорил, что насилия не любит, но про остальных демонов не уточнял. Не на пустом же месте слухи появляются!
Однако Кристиной оказалось совсем не то, что я себе представляла. Совершенно не то.
Это был ангел. Красивый, классический ангел: худенькая стройная девушка с осиной талией, небольшими кремовыми крыльями, чуть вьющимися светлыми волосами и огромными голубыми глазами. Она была одета в короткий светлый халатик и хмурилась, сонно потирая глаза.
— Привет, — улыбнулась девушка. — Машка, ты чего в такое время?
— А ты что, не рада что ли? — возмутилась та, догрызая куриную ножку. — Мы в гости. Ну, я еще брательнику обещала показать тебя Верке. Вон, знакомься, новая звезда подземного мира. Вера… тебя как по отчеству?
— Игнатьевна, — буркнула я.
— Вера Игнатьевна! Она рабыня брата, — пояснила Мария уже серьезно. — И я ее обещала сводить к вам в гости. Чтобы его хвост от этого факта страдал меньше.
— Ой, хвосты — больная тема, — буркнул Макс. — Они на них помешаны. Ай!
Он отскочил от Кристины, которая, мстительно хихикая, ущипнула его за хвост.
— Вот! Что я говорил!
— Идемте в гостиную, — предложила Крис. — Сейчас я чаю сделаю.
— Тебе помочь? — вскинулась Машка.
— Давай я. — Мне не хотелось оставаться наедине с демонами.
С ангелом привычнее, да и интересней. Крис включила самый обычный электрический чайник и достала четыре чайных пары.
— Значит, ты живешь с Повелителем? — спросила она.
Торт сам собой выплыл из холодильника и остановился на столе.
— Мы не живем вместе, он меня отпустил на Землю, — сказала я. — Но я его рабыня.
— Забавно. И как оно тебе?
— Не знаю. — Я пожала плечами. — А тебе?
Крис рассмеялась и сладко потянулась, расправив крылья.
— Мне хорошо. Макс — это Макс, он, конечно, придуривается много, но когда серьезный… м-м-м… шикарный мужик. Дети от него вообще загляденье, и только. Проснутся — познакомлю. Девочка и мальчик. Девочка с темненькими крылышками получилась, представляешь?!
— Тебе не плохо? — удивилась я. — Ты же… в рабстве.
— Ну, и? Что с того-то, если я его люблю? — резонно возразила ангел. — Рабыня, жена, любовница, домашнее животное… да хоть комнатное растение! Какая разница-то? Если он меня любит, я его люблю? А то, что он хозяин, а я рабыня… ну, у демонов, несомненно, странные ролевые игры, но мне нравятся. Если ты будешь меньше придавать значения титулам, тебе будет легче жить.