Невеста с миллионами
— Вперед! Скорее! — крикнул Ричард.
Лошади прибавили ходу. Наши герои не ошиблись: это действительно был Альфонсо, выбивавшийся из последних сил в неравной схватке со своими противниками.
Увидев приближающийся с бешеной скоростью экипаж, Бут заподозрил неладное. Оставалось или быстрее завладеть Жанеттой, или отказаться от своего намерения. Вместе с ним нападавших насчитывалось пятеро. Двое набросились на Альфонсо сзади и попытались свалить его на землю. Молодой испанец выстрелил, и один из приятелей Бута вскрикнул от боли. Он был ранен в руку. Остальные, разъяренные неудачей, удвоили усилия. Но в этот миг на помощь Альфонсо подоспели Дантес и Ричард; они отбросили нападавших прочь и помогли молодому человеку подняться на ноги.
При виде Ричарда Бут замер от неожиданности. Он знал юношу раньше, считал его погибшим, а тут понял, что Ральф утаил от него правду. Он не мог не знать, что Ричард жив, поэтому и принял отчаянное решение похитить Элизу еще сегодня. Теперь у Бута не осталось сомнений, что его собственная игра проиграна и ему придется оставить всякую мысль о Жанетте. Расплачиваться за нее собственной кровью он не собирался.
Как только ему удалось вновь взять себя в руки — а времени у него оказалось достаточно, ибо Дантес, Ричард и Альфонсо первым делом поспешили к Жанетте, — он догнал своих приятелей, уже садившихся в экипаж, и вместе с ними укатил от возмездия.
Таким образом, на месте схватки оказались четверо мужчин, пятый, ирландец Патрик, остался рядом с кучером, помогая ему привести в порядок поврежденную упряжь. Альфонсо был бледен, едва переводил дух после недавней схватки и не мог вымолвить ни слова. На вопрос Дантеса, где Элиза, он только махнул рукой в ту сторону, куда скрылся Ральф со своей добычей. Жанетта подняла наконец глаза и взглянула на Ричарда так, словно чудо его внезапного появления не вполне дошло до ее сознания, но тут же опомнилась:
— Боже милостивый… мистер Ричард! А Элиза пропала!
Слезы потоком хлынули у нее из глаз. Альфонсо поспешил утешить ее, заключив в объятия.
Это была чрезвычайно трогательная и печальная сцена, и Дантесу с Ричардом пришлось признать, что если на помощь Жанетте и Альфонсо они поспели вовремя, то помочь Элизе явно опоздали.
— Альфонсо, мой милый сын, — сказал Дантес, — мне понятно твое волнение, но подумай, с каким страхом мы ждем, что? ты скажешь нам об Элизе. Где она?
— Похищена этим негодяем! — вскричал молодой человек. — Когда мы остановились здесь, поджидая моего дядю, Ральф сумел устроить так, что остался в экипаже наедине с Элизой, и приказал кучеру гнать во весь опор. Я побежал бы следом, если бы не это нападение на Жанетту…
— Он заранее все обдумал! — печально заметил Дантес. — И никто не узнает, куда он повез Элизу, потому что у него самого не было, по всей вероятности, на примете ничего определенного. Ну да Элиза честная девушка, и позор, который страшнее смерти, ей не грозит! Сейчас пускаться за ними в погоню бессмысленно. Воспользуемся телеграфом и разошлем депеши по всем направлениям. Наберись терпения, дорогой Ричард! Бог спас тебя, когда ты уже потерял всякую надежду. Не оставит он в беде и твою Элизу!
Он протянул Ричарду руку, и юноша молча пожал ее. Да, в тех отчаянных обстоятельствах, в которых он не раз оказывался, Ричард привык полагаться на Бога. Когда не хватает человеческих сил и человеческого разумения, на помощь приходит то, что можно назвать Случаем, Провидением, Судьбой — как угодно! — и что выше всех наших расчетов! И Ричард полагался на Элизу. Если и существовала женщина, способная дать отпор Ральфу Петтоу, то это была Элиза Бюхтинг. Ральф мог ее украсть, похитить, но совратить ее, принудить к нарушению своего долга, своей верности было не под силу ни ему, ни любому другому!
Спустя какой-нибудь час экипаж с нашими героями снова остановился перед домом Остина, который уже не охранялся бунтовщиками. Дантес первым поднялся наверх справиться о здоровье Бюхтинга. Раны отца Элизы оказались довольно серьезными, но он был в полном сознании. Дантес сообщил ему и миссис Бюхтинг все, что узнал сам, и выразил твердую уверенность в том, что планы Ральфа, какого бы рода они ни были, не осуществятся. Родители встретили печальную весть с немой скорбью. Не успели они вновь обрести Ричарда, как потеряли Элизу! Никто не высказал прямо, но каждый из них сознавал, что Ральф, в случае крушения всех его планов, не остановится ни перед чем, даже перед убийством Элизы.
Было решено вечером или, точнее, ночью доставить мистера Бюхтинга в дом к мистеру Эверетту. Дантесу предстояло отправиться на телеграф, а Берду — в полицию.
Мятеж в городе между тем продолжал бушевать и даже нарастал. На улицах избивали негров. Полиция и регулярные войска стойко сопротивлялись бунтовщикам, не проходило ни минуты, чтобы не раздавалось стрельбы с той или с другой стороны. Жилища видных деятелей, выступающих за продолжение войны, были разгромлены, разграблены и сожжены. Чернь торжествовала, а власти оказались беспомощными.
Вечером Дантес, Ричард и Эверетт снова встретились в доме банкира. Эверетт сообщил, что особняк мистера Бюхтинга разрушен, однако преданный управляющий сумел утаить большую часть наличных денег и ценных бумаг своего хозяина и доставить спасенное к нему, поскольку родство с Ральфом Петтоу надежно защищало дом мистера Эверетта от нападения погромщиков.
Не столь отрадными оказались новости, принесенные миссионером: телеграфная связь отчасти была прервана, отчасти попала в руки мятежников.
Ночью мистера Бюхтинга благополучно перевезли к мистеру Эверетту. У него началась лихорадка, явившаяся следствием полученных ран. Миссис Бюхтинг ни на минуту не отходила от постели раненого.
Дантес и Ричард тоже остались в доме мистера Эверетта.
II. ПОХИЩЕНИЕ
Когда по приказу Ральфа экипаж, в котором оставалась Элиза, помчался прочь, девушка сразу поняла, что произошло. Едва увидев в этот день Ральфа, она заметила в его взгляде нечто беспокойное, указывающее на какой-то злой умысел. Однако присутствие отца и дона Альфонсо успокоило ее. Теперь она поняла, что план негодяя удался и он разлучил ее с родителями и друзьями.
Ральфа удивило ее хладнокровие. Он ожидал сопротивления, слез, криков о помощи. Тем лучше для него! Ведь с каждой минутой он все больше удалялся от тех, кого должен был опасаться, — от защитников Элизы.
— Я не мог не воспользоваться случаем, мисс Элиза, — начал он, — чтобы избавить вас от неприятностей. Если бы дон Альфонсо остался с нами, нам не дали бы уехать.
— При чем тут дон Альфонсо? — удивилась Элиза.
— Дону Альфонсо предстоял поединок, от которого он, не знаю, по каким причинам, пытался уклониться. Мне сказали, что уехать ему не дадут, и я, чтобы не подвергать опасности вашу собственную жизнь, вынужден был бросить дона Альфонсо на произвол судьбы. Впрочем, не пугайтесь, с ним не случится ничего дурного, если он даст требуемые объяснения. Вдобавок вашему отцу известно место, где мы встретимся, и он, несомненно, вскоре нас разыщет.
— Конечно, особенно если учесть, что его задержали в Нью-Йорке, а может быть, и ранили! — вскричала Элиза.
— Ничто не мешает нам в любой момент — я имею в виду, как только будет подавлен мятеж, — вернуться назад, в Нью-Йорк, — возразил Ральф.
— А тем временем? — уже успокоившись, спросила Элиза.
— А тем временем мы немного насладимся свежим воздухом в каком-нибудь загородном домике, — ухмыльнулся Ральф в ответ.
— Ваша шутка получилась, кажется, не слишком удачной, господин капитан! — сказала Элиза. — Мое место — у моих родителей. Я разделю их судьбу, какой бы она ни была! Да и рассказ о доне Альфонсо выглядит не очень убедительным.
— Возможно, ваши родители едут за нами по пятам! — воскликнул Ральф.
— Прекрасно, в таком случае дождемся их! — поймала его на слове Элиза и резко постучала по стеклу, отделявшему кучера от седоков.
Кучер оглянулся, но Ральф жестом приказал ему продолжать путь, и он перестал реагировать на стук Элизы, пока она не ударила по стеклу с такой силой, что оно разлетелось на куски.