Седьмая могила без тела (ЛП)
- Что ты от меня скрываешь?
Щеку обдало теплым дыханием, и я повернулась к нему, чтобы всей грудью вдохнуть земной аромат. Рейес всегда пах грозой на закате, а в последнее время еще и сандалом, потому что так пахло его любимое мыло.
- Сначала покажи свое, а потом я покажу свое.
- Что бы ты ни думала, у меня от тебя секретов нет. Хотя бы потому, что мне больше нечего скрывать.
- Позволю себе не согласиться. Как меня зовут?
Рейес отстранился и смерил меня внимательным взглядом.
- Если скажу, то сразу тебя потеряю.
Я положила ладони ему на щеки:
- Это невозможно.
- Потеряю, причем навсегда, - печально улыбнулся он, а потом развернулся и ушел в кухню готовить нам обед.
Вспомнить не могу, когда видела его таким грустным. Что же такое он знает, и какие, по его мнению, секреты я таю?
***Поскольку свободных столиков не было, мы с Рейесом ели в кухне, не проронив ни слова. Он знал, что я солгала, но упомянул еще и о каком-то секрете, который я якобы храню со вчерашнего дня. Что вчера было такого, из-за чего он решил, будто я скрываю нечто очень важное?
Я изумленно покачала раскалывающейся головой.
- Куда дальше? – спросил Рейес, забирая миску из-под моего салата.
- Надо заскочить на кладбище «Сансет» и взглянуть на одну могилу.
- Буду готов через пять минут.
Я побежала в офис умыться после обеда и узнать, как дела у Куки. Она уже успела найти инфу на Бугра Наварру. К нашему удивлению, все адреса находились в самом сердце Альбукерке. Ему принадлежала сеть небольших торговых центров, а главный офис располагался в здании на проспекте Менол, хотя я очень сомневалась, что Бруно проводил там много времени. Еще Куки откопала домашний адрес и адрес, на который отправлялась львиная доля почты. Последний был как-то связан с бизнесом, но ни к какому названию из рабочих не относился. Любопытно.
- Молодчина! – похвалила я Кук. – Осталось только придумать, как избавиться от жениха, чтобы по душам потолковать с Бугром.
Куки так резко развернулась на своем кресле, что за драматичность заслужила как минимум «Оскар».
- Ты же шутишь, да? Забыла, что случилось в последний раз?
- Да помню я, помню. Гадкие адские псы. Если и дальше так пойдет, то они мне перегадят все планы на долгую и счастливую жизнь.
- «Гадкие»? «Перегадят»? С чего вдруг ты отказываешься от словечек покрепче?
- С того, что не хочу ругаться на глазах у Пип. – Я решила посоревноваться с подругой в драматичности и резко развернулась на пятках, чтобы уйти. Но дверь была приоткрыта. Само собой, я вписалась в нее лбом и, схватившись за Барбару, переживающую сильнейший удар, рявкнула: – Твою мать! Ну вот, все-таки выругалась. Черт бы меня побрал! Я стану худшей на свете матерью.
Все еще держась за голову, я встретилась с Рейесом у Развалюхи. Он приподнял брови, но я так злобно зыркнула в ответ, что не стал ни о чем спрашивать. Вот и молодец.
По пути на кладбище «Сансет» я достала сотовый и набрала Диби. Его куда-то вызвали, и поговорить в баре нам не удалось.
- Привет, милая. Что стряслось? – спросил он в трубку. Голос прозвучал как-то рассеянно. А может, даже чуть-чуть расстроенно.
- Дядя Боб, я никак не могу понять. Зачем забирать тела? Если кто-то убивает людей, то почему бы не обставить все, как самоубийство?
- Потому что это не так легко, как кажется. Может быть, убийца просто-напросто боится, что судмедэксперты все выяснят.
- Тогда зачем вообще заморачиваться с предсмертными записками? Так все выглядит еще подозрительнее и чуднее.
- Может быть, кое-кто надеется, что, не найдя тел, мы бросим искать и удовлетворимся одними записками.
- А мне так не кажется, - задумчиво возразила я. Хотя думать не самое безопасное для меня занятие. – У меня есть теория.
Кажется, я его заинтриговала.
- Выкладывай.
- Я думаю, что для убийцы это что-то очень личное. Кто бы это ни был, по-моему, он пытается сделать заявление. Хочет, чтобы все знали, что люди, якобы написавшие те записки, не заслуживали своей жизни.
- Растешь на глазах.
- Да я всегда такой была! – обалдела я.
- Это одна из наших рабочих версий. А ты определенно на правильном пути. Мотивы должны быть очень личными. И, как только мы выясним, что объединяет всех этих людей, выйдем на убийцу. В этом я не сомневаюсь.
- Ясненько. Ну, тогда дай знать, если что-то выяснишь.
- Заметано. Ты тоже звони, если что. Вечером увидимся.
Нажав «отбой», я повернула к кладбищу. На «Сансете» все было пропитано смертью, но местные призраки здесь не тусовались. Наоборот. У большинства покойников нет причин оставаться в таком безжизненном, угнетающем месте. И это прекрасно объясняет, почему я так люблю кладбища. Мало живых, еще меньше мертвых. Даже в детстве зеленым пышным паркам я предпочитала меланхоличную атмосферу древних захоронений. На кладбищах люди умирают редко. Зато парки притягивают трагедии, как магниты. И убийцы, которые отнимают жизни в парках, как правило, самые жестокие. Как будто невинные прохожие каким-то образом подпитывают зло. Именно поэтому кладбища – одни из моих самых любимых мест на земле.
Девочка из душа, Лэйси Бэнкс, стояла у могилы и, увидев меня, помахала в знак приветствия.
- Вы приехали! – воскликнула она, как только я вылезла из Развалюхи.
- Само собой. Это ты? – спросила я, но Лэйси уже заметила Рейеса, и у нее отвисла челюсть.
Отойдя на несколько метров от джипа, он стал осматриваться по сторонам.
Я помахала рукой под носом у девочки:
- Лэйси…
Она пришла в себя.
- Извините. Просто… он такой… такой…
- Понимаю. Так это ты?
- Ага. Дом, милый дом.
Походив вокруг могилы, я озвучила очевидное:
- Ну что ж, на вид землю никто не трогал. Ни единого следа, что кто-то тут копался. Почему ты решила, что твоего тела там нет?
- Потому что в гробу пусто.
- Чего?! – Ее слова застали меня врасплох. Уж не знаю почему. – Ты можешь заглянуть в свой гроб?
- Ну, как бы, да. Если спущусь вниз.
Мне такое и в голову не приходило.
- А зачем тебе туда спускаться?
Лэйси подбоченилась.
- Я постепенно разлагаюсь. Это так круто! Хочется увидеть все подробности. Вот я и поглядываю время от времени, как выгляжу. К сожалению, жидкость для бальзамирования катастрофически замедляет процесс.
- Да уж, печально, - отозвалась я, поддев землю носком ботинка.
Трава на могиле поддалась легче, чем можно было ожидать. Землю действительно тревожили, просто на первый взгляд ничего нельзя было заподозрить.
- Кстати, я обшарила дом бывшего. Никакой Лэйси там нет. Может, это и не он.
- Если он, я узнаю. – Я снова набрала номер Диби и крикнула, как только он поднял трубку: - Извини!
- Ничего страшного. Что у тебя?
- Можно как-то заполучить ордер на раскапывание могилы?
- С каждым разом у тебя вопросы все страннее и страннее, - рассмеялся дядя Боб. – И нет. Для этого нужны очень веские причины. Эксгумация тела – это тебе не шуточки.
- Блин, в том-то и проблема. Тела там нет.
- Пропали еще три, - внезапно поделилась Лэйси.
- Как это?
- Что там такое? – спросил Диби.
- Погоди минутку, - сказала я ему и повернулась к Лэйси. – Говоришь, есть еще три пустых могилы?
- Ага, - кивнула она, - я проверяла. Могу показать. Все три – девушки. Похоронены в течение последних пяти лет.
- Фу, блин, - выдохнула я, уже жалея, что спросила. – Фу, и все тут. Короче, дядя Боб, у нас, похоже, объявился расхититель гробниц. Но на вид все тут нетронутое.
- Я поговорю с капитаном. Но повторяю: эксгумация – дело серьезное. Мне будут нужны хоть какие-то доказательства того, что над могилой надругались, а не просто на ней подебоширили.
- Лады, - громко вздохнула я, - что-нибудь придумаю.