Галактика. Принцесса и генерал
«Главный призрак» одарил меня таким загадочным взглядом… Едва не спросила, о чем именно он сейчас думает, глядя на меня.
— Не было, ты права, — глухо согласился он.
Сложно сказать, в какой момент у меня создалось ощущение, что передо мной голодный хищник с зеленым горящим взглядом.
— Ой, я хотела… — резко взмахнула рукой и поранила палец о нашивку на его груди. — Порезалась…
Указательный палец защипало, а у ногтя выступила кровь. Шмыгнув носом, я протянула Лейсу пострадавшую конечность. Не думая, как в то незапамятное время. Привычки нельзя изжить, можно лишь ненадолго позабыть.
Он в два шага оказался у стенной панели, толкнул створку и достал из ниши аптечку. «Пшикнул» на порез антисептиком, затем сканером обработал ранку. И пока лечил, тихонечко дул мне на палец. Как будто мне было дело до такой мелочи… Я наблюдала за лицом Хеш’ара, склонившегося надо мной. Моя рука в его руке, и лицо так близко…
Я не удержалась и, протянув свободную руку, убрала белоснежную, мягкую, шелковистую прядь за ухо, коснувшись острого кончика.
Лейс закончил, убрал сканер в аптечку и посмотрел на меня долгим изучающим взглядом, так и не выпустив моей руки. Серебристые брови сошлись у переносицы, пока он, видимо, что-то решал.
— Мне жаль, что моя семья причинила тебе столько хлопот и боли, — шепнула я. — Папа действительно хотел как лучше, а получилось… как всегда.
Лейс прищурился, еще пристальнее вглядываясь в мое лицо, зеленые глаза снова вспыхнули, а потом совершенно неожиданно, медленно, но неотвратимо потянулся ко мне. С явным намерением поцеловать.
В первый момент хотела вырваться, его красивые полные губы приближались к моим, я запаниковала, но не дернулась и не сдвинулась, не зажмурилась. Приподняла лицо и ждала поцелуй.
Его губы на мгновение остановились в каком-то миллиметре от моих, а затем скользнули по щеке в легком, едва ощутимом касании. Я даже почувствовала его улыбку и теплое дыхание. Вдохнула едва ощутимый, приятный терпкий запах, присущий Лейсу, смешанный с одеколоном. Затем у моего уха он выдохнул:
— Неужели маленькая принцесса до сих пор влюблена в меня?
Я почувствовала, как загорелись мои щеки и уши от смущения. Слегка отстранилась, хмуро посмотрела на улыбающегося мужчину:
— Принцесса до сих пор помнит Шарали, сделавшую тебе больно, а я держу свои обещания. И никогда не причиню тебе боль.
Серые брови взметнулись в насмешливом удивлении.
— Я тоже помню, как маленькая принцесса предложила поцеловать ее, а вдобавок и свою кандидатуру в качестве невесты… через четыре года.
Не выдержав его насмешливо-изучающего взгляда, я опустила глаза на палец, который, конечно, уже не беспокоил, да и следа благодаря сканеру не осталось, и буркнула:
— Кто старое помянет, тому глаз вон.
— Золотая девочка, — похвалил Лейс, запустив пятерню в мои волосы и пропуская их сквозь пальцы, с удовольствием и восторгом глядя, как они струятся у него в руках, а потом спросил: — Как же тебя угораздило именно здесь оказаться?!
— Меня пригласили, — уловив нотки сочувствия в его севшем глухом голосе, сипло ответила я, положив ладонь ему на предплечье. — Ты сам слышал, мне нечего добавить.
— Будь осторожней, принцесса, — предупредил Хеш’ар почти командным тоном.
— Есть, мой генерал, — невольно улыбнулась я.
Он кивнул, отпуская прядь моих волос, и едва заметно усмехнулся:
— Пойдем на ужин?
— О, ты приглашаешь? И за чей счет ужин, генерал? — продолжила я игривым тоном.
— Увы, принцесса, пока за счет ОБОУЗ.
— Твое «пока» предполагает интригующие перспективы в будущем. — Я искоса посмотрела на мужчину.
— Очень надеюсь, что оно у нас будет, это будущее, — огорошил меня Лейс.
— Ты не веришь в науку? — Я немного обиделась и удивилась.
— Нет, — на мгновение крепко прижав меня к своему боку, Лейс опять завладел моей ладонью, — но в тебя я верю! — И повел на ужин.
* * *Исследовательский межзвездник, на борту которого я находилась, оказался впечатляющих размеров. Пока мы шли в зону отдыха и приема пищи (как выразился Лейс), встречали снующих туда-сюда х’шанцев. И все как один — блондины разной степени белизны. Но не было ощущения, что они на одно лицо, — невероятная раса! Каждый индивидуален не только внешне, но и благодаря своей легендарной ауре.
Я отметила, что х’шанцы, не проявляя любопытства открыто (как, например, труны, которые бы уже все разом таращились, а может, и пальцами показывали, делясь сплетнями с друзьями), искоса бросали заинтригованные взгляды на наши с Лейсом сомкнутые ладони.
Почувствовав себя неловко, я словно невзначай, чтобы поправить волосы или костюм, вытащила руку из сухой, горячей, твердой ладони. И услышала абсолютно не генеральский, легкомысленный «хмык», затем тихий смешок:
— А сама целоваться полезла…
— Я? — даже запнулась (пришлось Хеш’ару быстро перехватить меня под локоть), когда возмущенно смотрела, как уголки его рта подрагивают от едва сдерживаемой ухмылки. — Ну, знаешь ли…
— Ну вот, а то испугался за тебя, — рассмеялся этот невозможный эльф, — идешь, сутулишься, себя накручиваешь, фантазии распаляешь…
Он снова остановился, я тоже. Насупилась и посмотрела ему в глаза, запрокинув голову:
— Ты тогда постоянно надо мной подшучивал и сейчас будешь издеваться?
— А кто сказал, что я издеваюсь? Или шучу?
— А при чем тут мои распаленные фантазии и…
— Ни при чем. — Лейс широко и свободно улыбнулся. Пожал внушительными плечами и неожиданно поделился: — Не знаю почему, но мне и маленькую Дашу нравилось дразнить.
Глядя на мужчину, я пыталась понять, что чувствую, продираясь через сумбур мыслей, ощущений, желаний. Сейчас он походил на себя прежнего, которого я знала до катастрофы: улыбающиеся изумрудные глаза, словно подсвеченная изнутри бледная кожа, тающая на губах улыбка, четкий овал лица с резковатой линией скул и белесая щетина — наверное, уже больше суток не брился. Опять до зуда на кончиках пальцев захотелось потрогать его наверняка колючую щеку. Погладить.
— Мы больше не дети, — глухо произнесла я. И скорее для себя.
Он больше не улыбался, хмурил серые брови, пока мы словно пили друг друга изучающими взглядами.
— Прости, забыл, как ведут себя с женщинами.
— Да, я помню, вы полгода в рейсе и…
— Забудь о том разговоре, — мрачно, твердо отрубил х’шет. — К тебе он не относится.
Я со скепсисом посмотрела на Хеш’ара, отчего он поморщился. Затем неожиданно вытянул руку мне за спину. Я начала поворачиваться вместе с отъезжающей дверью — мы пришли в салон.
— «Орион» — одна из известнейших и богатейших компаний Галактики. И их флагман — это нечто! Не поверишь, но здесь пищевой автомат на всякий случай, потому что положено. Пришлось брать повара на судно. Так что меню порадует тебя, я уверен.
— На «Орионе» работают известные ученые, а они привыкают к комфорту… — улыбнулась я спутнику.
— Профессор Кобург, и вы решили сначала перекусить? — Нам навстречу спешил Башаров.
За дверью оказалось довольно приличных размеров помещение с гладкими, белыми, блестящими столами и такими же стульями. С двух экранов едва слышно шло вещание новостей из инфосети. Помимо патоморфолога встали, приветствуя нас, Кристиан Зельдман, наш куратор Гаю Меш’ар и офицер в форме с множеством нашивок. Что-то очень знакомое было в этом «призраке Х’ара», так что я невольно возвращалась взглядом к нему, пока рассеянно отвечала:
— Да, профессор, я, если можно так сказать, только завтракала сегодня. В космических перелетах сложно определиться, как называть очередной прием пищи…
В этот момент привлекший мое внимание офицер встал во весь свой немалый даже для х’шанцев рост, к тому же он был довольно массивен, что уж совсем несвойственно их худощавой расе. Белоснежные волосы коротко подстрижены, голубые глаза сияют на круглом лице, а узкие губы дрожат, словно он сомневается: пора улыбнуться или еще рано.