Галактика. Принцесса и генерал
— Меня ждет серьезное испытание длиной в жизнь, — повеселел Лейс.
— Пожалуй, с этим испытанием молодой и сильный х’шет должен справиться, — фыркнула я.
— Даш, я чувствую себя сейчас полным идиотом. — Резким жестом он взлохматил идеально причесанные волосы.
— Почему? — сникла я. Неужели конец? Сейчас он попытается извиниться и…
Лейс снова взял кусочек хлебца и с хрустом смял, наждаком проехавшись по моим нервам.
— Потому что так оно и есть, — глухо произнес он, глядя не на меня, а на дверь. — Недавно Киш сказал, что это отклик из прошлого… Я привык считать тебя своей. И это наложило отпечаток на происходящее сейчас. И на мое идиотское поведение.
Я прикусила губу, чтобы не крикнуть на него от обиды. Потом не выдержала, подняла ладони вверх и выдохнула:
— Не надо, Лейс. Не мучайся, подбирая слова. Я поняла, что ты поторопился с поцелуями и не хочешь…
Меня оборвал резкий неприятный звук ножек стула, проехавшихся по полу: Лейс стремительно придвинулся и чуть развернул меня к себе, слегка сжимая мои ноги коленями. Его большая ладонь скользнула мне сначала на шею, а потом на затылок, вынуждая наклониться к нему поближе, словно мы секретничающая парочка.
— Не думай за меня, ты сама недавно так говорила. Полным идиотом я себя чувствую по одной причине: не знаю, как к тебе подступиться, как себя с тобой можно вести, чтобы не напугать и не оттолкнуть. Даш, юность давно позади. Я сильно изменился.
— Я догадываюсь…
— Даже не представляешь, насколько, милая, — мрачно усмехнулся он. — У меня взрывной темперамент, хотя я умею себя контролировать. И х’шетом стать не просто, а в моем возрасте — еще сложнее. Я привык действовать стремительно, иногда очень жестко, принимать решения за доли секунды, бывает — идти напролом, невзирая на чужие жизни или чувства. Профессия обязывает!
— Сочувствую… — грустно прошептала я. — Думаю, тебе это не доставляет большого удовольствия.
Его лицо не дрогнуло, но в глазах блеснула снисходительная насмешка.
— А может, ошибаюсь. — Я поджала губы.
— Не бойся, меня ценят и уважают за то, что я никогда не рискую понапрасну. Ничем. И никем.
— Утешил, — усмехнулась я в ответ.
— Прости, но у нас с тобой вынужденное экспресс-знакомство в связи с недавним серьезным событием.
— Думаешь, нам это нужно? — Я с вызовом посмотрела ему в глаза.
Длинными сильными пальцами Лейс массировал мне затылок, удерживая, успокаивая — приручая, наверное, — а зеленые глаза, казалось, дырку во мне прожгут.
— Необходимо! — глухо ответил он. Нахмурился, отведя взгляд, тем самым давая мне возможность дышать чуть свободнее.
Сейчас он меня пугал.
— Пока ты до сути доберешься, я поседею, — проворчала я, убирая его руку от своей головы.
Недолго думая мужчина взялся оглаживать мои колени, словно невзначай забираясь под юбку.
— Лейс, — возмутилась я, хлопнув его по руке.
— Отлично, зубки показала, а то бесит, когда ты боишься меня, — неожиданно обрадовался он. — Пусть другие боятся, но не ты!
— Тогда, может, уже подойдешь к тому моменту, когда понял, что ты полный идиот? — мрачно спросила я.
— Это самое трудное, — усмехнулся он. — Мне кажется, это произошло, когда я окончательно убедился, что ты и моя принцесса — одна и та же красивая девушка. И потом, пока мы летели сюда на шаттле, я глаз не мог оторвать от твоих коленок и этих… ленточек от босоножек на ногах. Не поверишь, но я помнил девчонку, а она неожиданно выросла в женщину. В желанную…
— Ну почему не поверю? — съязвила я. — Очень даже, учитывая, что пятнадцать лет прошло, а я все еще живая.
Лейс скользнул ладонью по моим бедрам, погладил, потом вместе со стулом придвинул еще ближе к себе, вплотную.
— Дарья, я решил, что ты будешь моей сразу по прилету сюда, пока разгружали шаттл.
— Да-а-а… самоуверенности тебе не занимать, — проворчала я, чувствуя коленями его пах. Весьма напряженный, между прочим. Может, дернуть коленом… нечаянно?
— Честно? Хотел дать тебе время привыкнуть к этой мысли. Сначала выполнить миссию, а потом ухаживать, как положено у х’шанцев.
— О причине срочного изменения намерений нетрудно догадаться, знаешь ли. — Мои губы сами по себе искривились в усмешке.
— Я тебя сейчас сам кашей кормить буду, — с хитроватой улыбкой предупредил Лейс. — Да, Башаров ваш, паразитолог похотливый…
— Илья патоморфолог вообще-то. — Фу-у-х, я снова улыбалась до ушей.
— Плевать, сути это не меняет. Из-за него я поторопился, а ты… ты так смотрела на меня во время тренировки, что сдержаться не хватило силы воли.
Чувствуя, как щеки опалило жаром, я просипела:
— Ну-у-у… остановиться у тебя силы воли хватило. — Кому же приятно быть застуканной на «горяченьком»?
— Хвала Х’ару, мозг до конца не отключился, — сухо пояснил он, а сам поглаживал мои ноги под подолом. — Даш, я не боюсь за себя, слишком привык к риску. Сейчас меня заботит только твоя безопасность и защита.
— Верю… — выдохнула я в ответ, погладив его по щеке. Гладкой…
— Дашка, когда ты так смотришь на меня, я… мне сложно думать о нужном и важном, — теперь сипло говорил Лейс. — И слишком многого хочется…
— Думаешь, я не понимаю, о чем речь? Самой не сладко! — хихикнула я и отчетливо услышала скрип его зубов.
— Принцесса, ты меня доведешь… — Он еще раз стиснул мое бедро, а потом резко отодвинул стул вместе со мной на прежнее место. — Ешь кашу, и нам пора работать.
— Знаешь, а ты меня с ума сведешь, — разочарованно выдохнула я, не услышав продолжения. — К чему ты вообще разговор сейчас завел?
— Профессор, меня с детства родители учили: близкие должны научиться общаться друг с другом, обсуждать общие проблемы, трудности. Тогда их ждет долгая и счастливая семейная жизнь…
Я не донесла ложку до рта и, замерев, уставилась на х’шанца, который, оказывается, готовит меня к долгой семейной жизни с ним.
— Хорошо, принимается, — улыбнулась я, помня уроки ари Майшель. — А разве они о любви не говорили?
Неожиданно недоэльф хохотнул, засунул в рот оставшийся целым кусочек хлебца, прожевал, проглотил и затем весомо заявил:
— Зачем о любви попусту говорить, — а продолжил мечтательно: — Среди х’шанцев ее принято проявлять иными способами.
— Заинтриговал, — предвкушающе наигранно пропела я, правда, совершенно неуверенно, искоса взглянув на него.
Ответить Лейс не успел — в салон зашла очередная группа голодных военных, старательно скрывающих любопытство, — и, мягко улыбнувшись, попросил:
— Ешь кашу, принцесса.
Я разочарованно вздохнула, мы быстро поели и отправились каждый по своим делам.
По дороге в лабораторию на служебный коммуникатор, который я получила, как и все ученые, после первого совещания, пришло сообщение — Зельдман пригласил к себе. Немного подумав (все-таки сомнения были), я поспешила в каюту за тенью, чтобы взять ее с собой.
В лаборатории у Зельдмана, выглядевшего свежим и бодрым, собралась наша научная группа: неизменно аккуратный, чисто выбритый цитранец в свободной рубашке и коричневых брюках; утомленный ашранец с голубовато-серым лицом, явно не выспавшийся из-за вчерашнего поручения, в короткой плотной куртке с грязными локтями — видимо, испачкал и не заметил; Башаров в белой футболке, неизменном твидовом пиджаке и голубых, облегающих мускулистые ноги джинсах. Илье удалось поспать: синяки под глазами исчезли вместе со щетиной на подбородке. Красавчик!
— Здравствуйте, господа, рада видеть вас, — кивнула я сразу всем и прошла к свободному стулу.
— Какие-то новости? — С надеждой на хорошие эти самые новости я посмотрела на пожилого профессора, внимание которого привлек нанатон, темным облаком повисший за моей спиной.
Он перевел взгляд с нанатов на меня, кивнул, затем, удобнее устроившись в кресле, объявил:
— Уважаемые коллеги, спешу сообщить, что руководство ОБОУЗ и совет при Объединенном правительстве, выслушав мои доводы, согласовали синтез искусственных локусов в исследовательских целях.