"Сезам, откройся!"
На фоне дела Галкина, которое имело все признаки продуманной политической провокации, как считают американские эксперты, ФБР опять не подготовило согласованной с ЦРУ и госдепартаментом позиции.
Итак, снова ветеран ЦРУ с шестнадцатилетним стажем руководящей работы Гарольд Никольсон, согласно единогласным заявлениям директоров ФБР Л. Фри и ЦРУ Джона Дейча, оказался агентом внешней разведки РФ.
Как легендарная птица Феникс, из неостывшего еще пепла провала Эймса возник новый «крот» в этой «непобедимой» разведслужбе.
Согласно сообщениям американских газет, сорокашестилетний ветеран успел побывать в зарубежных резидентурах ЦРУ в Маниле, Бангкоке, Токио и Бухаресте, в том числе заместителем резидента и резидентом. Был назначен инструктором на секретную базу по подготовке разведчиков, называемую в ЦРУ «Фермой». Там он готовил сотрудников ЦРУ для работы в резидентурах, в частности в России.
Завербован он был внешней разведкой якобы в 1991 году, а попал под первичное подозрение в 1994 году, то есть в год ареста Эймса.
По словам директора ФБР Фри, Никольсон передавал внешней разведке «информацию, критически важную для национальной безопасности США». По оценке одного из руководителей ЦРУ, «главный вред от деятельности Никольсона состоит в том, что будет трудно, если не невозможно, для ЦРУ использовать некоторых из недавно подготовленных офицеров на важных должностях за рубежом в течение всей их дальнейшей карьеры, в связи с тем что они стали известны через Никольсона внешней разведке» (Надеин В. Новый виток в войне разведок. Известия. 1996, 20 ноября).
В связи с этим сообщением из США, если оно соответствует действительности, мне невольно вспоминается дело бывшего сотрудника внешней разведки, изменника Пигузова, завербованного ЦРУ и занимавшего аналогичный пост в институте по подготовке сотрудников внешней разведки. Тогда можно считать вербовку Феникса нашим реваншем, мы рассчитались с ЦРУ.
И еще хочется думать, что, как и после провала Эймса, разоблачение Феникса не оставит это место вакантным. Можно предположить, что уход Феникса с «поста» в ЦРУ не будет означать потерю внешней разведкой «своего всевидящего глаза» внутри этой разведслужбы.
Видимо, наши «кроты» обладают чудесными свойствами возрождаться. Могу только пожелать, чтобы так было и дальше.
Как бы в подтверждение этого звучат слова передовой статьи в американской газете «Вашингтон Пост»: «Хотя ЦРУ и ФБР представили арест Никольсона как доказательства того, что они извлекли урок из унизительной истории с Эймсом, некоторые бывшие представители разведки предупреждают, что пока еще слишком рано радоваться», и далее: «дело Никольсона свидетельствует о том, что таких людей больше, чем мы полагали» (Вашингтон Пост, ноябрь 1996).
И еще одно важное обстоятельство. В процессе обсуждения дела Никольсона с прессой директор ЦРУ Джон Дейч (теперь уже бывший) признал, что*за последние 20 лет из пятидесятилетней истории ЦРУ имели место 70 случаев предательства в рядах этой организации* (Николаев В. Новый гол в ворота ЦРУ. Новости разведки и контрразведки. 1996, № 23).
Вот так-то. Нашу разведку попрекают все кому не лень за якобы неимоверное количество измен, которых всего было за полвека 36 (см. Приложение [6] ), а в ЦРУ всего за 20 лет предателей оказалось в два раза больше.
ОПЕРАЦИЯ «МОГИКАН»Не могу сказать, становится ли со временем писать мемуары сложнее или легче, но на своем опыте убеждаюсь, что во всяком случае интереснее.
Судите сами, когда описывал пятидесятилетней давности операцию ТФП внешней разведки в ФБР, мне казалось, что эта американская контрразведывательная крепость действительно неприступна для нас. Ведь не вспоминается мне какая-либо аналогичная успешная операция против этого бюро. И вот не успело начаться дело «Феникса», как 18 декабря 1996 года грянуло новое обвинение в адрес российской внешней разведки о вербовке на этот раз американского контрразведчика из ФБР — Эрла Питтса. Вот и дождался я повторения ТФП в эту неприступную крепость.
Согласно опубликованному в СМИ обвинительному заключению, Питтс (пусть далее будет «Могикан») был завербован внешней разведкой в 1987 году, когда он служил в наиболее мощном отделении американской контрразведки — нью-йоркском.
В деле Питтса прослеживается аналогия с делами Эймса и Никольсона. Оба они были завербованы, когда пришли в контакт с советскими разведчиками, которых им поручалось разрабатывать с целью вербовки.
Так и «Могикан» был завербован, когда в его обязанность входило следить за «советскими дипломатами-шпионами» из представительства СССР при
ООН.
Получается, что сотрудники американских спецслужб не выдерживают личного соприкосновения с нашими разведчиками.
И еще одна аналогия дела «Могикана» с делом «Феникса»:
Питтс тоже после активной работы был переведен в школу по подготовке агентов ФБР в Куантико.
В течение пяти, а быть может, и больше лет «Могикан» передавал сначала советской, а затем российской разведке секретную и конфиденциальную информацию о ФБР.
По словам директора ФБР Фри, деятельность «Могикана» нанесла серьезный ущерб национальной безопасности США. По его оценке, меньший, чем Эймс, но больший, чем Никольсон.
Провал «Могикана» произошел в результате получения ФБР сигналов из двух источников от его жены, также работавшей в ФБР, и якобы от бывшего советского дипломата. Получив эти сигналы, ФБР провело провокационный подход к «Могикану» якобы от внешней разведки, на который «Могикан» откликнулся и дал в руки ФБР конкретные доказательства своей вины (Стуруа М. Предан за право жить в Америке. Известия. 1996, 20 декабря).
Если это действительно так и «Могикан» позволил подловить себя на такую дешевую наживку, то, очевидно, в работе с ним разведчики допустили какие-то просчеты, не обеспечив проявление с его стороны большой осторожности и бдительности. Он же как контрразведчик проявил непонятную непрофессиональную наивность.
В заключение одно соображение, вытекающее из урока провалов «Кинжала» и «Феникса», коль скоро, как сообщала пресса, подозрения в неискренности этих сотрудников перед руководством ЦРУ возникли в результате испытаний на детекторе лжи, очевидно, следует обратить особое внимание при подготовке агентов, участвующих в операциях ТФП в иностранные спецслужбы, к прохождению таких проверок.