Дуэт (ЛП)
— Прости, я не нашел ничего. Придется купить в магазине, когда выберусь в город позже.
Я улыбнулась, положив руку на лошадь.
— Не волнуйся, думаю, вот этой я понравилась и без сахара.
Он рассмеялся:
— Это Дотти. Она любит всех, кто уделит ей хоть немного внимания. Хотя не ожидай того же от Джейсона-младшего.
— О, блин, — произнесла я, внезапно почувствовав себя менее особенной. На секунду я подумала, что была заклинательницей лошадей.
Дерек повел меня по проходу, представляя мне каждую лошадь, пока мы не закончили в самом конце, где ближе к задней стенке стоял черный конь. Я сразу поняла, что это Джаспер (так же известный, как Джейсон-младший), арабский мерин, о котором рассказал мне Джейсон вечер назад. Его шерсть была насыщенной блестяще-черной, а грива — темной и глянцевой. Он держал голову высоко, и даже не пошевелился, чтобы поприветствовать нас.
— Это наш новенький. Он появился у нас пару месяцев назад, я его еще не совсем понял, — сказал Дерек, поставив локти на стойло.
— Он великолепен.
— Да, это так, — произнес голос через всю конюшню. Я повернула голову, чтобы увидеть Джейсона, который стоял рядом с дверью, держа руки в задних карманах темных джинсов. Утренний свет сзади освещал его силуэт, и пару мгновений я стояла, не зная, что делать. О боже. «Мне нельзя было смотреть на его драгоценную лошадь?»
— Доброе утро, Джейсон, — сказал Дерек, отталкиваясь от стойла Джаспера и кивая в сторону своего босса.
Джейсон наклонил голову в знак приветствия, но не предпринял больше ничего, направившись к нам. Он был одет в белую футболку «Хенли» с длинными рукавами. Он закатал рукава до локтей, а его мрачный взгляд был направлен прямо на меня. Я с трудом сглотнула, ожидая, что он начнет на меня кричать. В это утро вроде ничего не произошло. Может, я храпела во сне и разбудила его. Может, я просто неправильно дышала, и это вывело его из себя.
— Я искал тебя, — сказал он, останавливаясь в полуметре от меня.
Я нахмурилась:
— Я пришла сюда после завтрака. Дерек хотел показать мне окрестности, — объяснила я, взглянув на Дерека для подтверждения. Он глядел на Джейсона с любопытством, но не предпринимал никаких попыток помочь. Вот здорово, спасибо.
— Ты забыла о наших планах, писать сегодня утром? — спросил он, приподняв от раздражения брови.
— Нет, — ответила я. — Я как раз собиралась возвращаться.
Он кивнул, глядя на Дерека, а затем направился к стойлу Джаспера. Он дважды щелкнул языком, конь встряхнул гривой и медленно направился к передней части стойла. Джейсон протянул руку, и Джаспер осторожно потерся об нее головой, испуская через ноздри низкий гул, который вызвал улыбку Джейсона.
Мы с Дереком просто стояли, уставившись на него. Это была та сторона Джейсона, которую я еще не видела. Что такого было в коне, к которому Джейсон был привязан, и наоборот? Были ли они просто два задумчивых типа, которые признали друг друга? Может, поэтому Джейсон ненавидел меня. Я точно не была тихой и задумчивой.
Еще через минуту Джейсон отошел от стойла Джаспера и направился к выходу из конюшни.
— Идешь? — спросил он через плечо.
Мы с Дереком обменялись любопытными взглядами, а затем я побежала, чтобы догнать его, мои каблуки звонко ударялись о каменный пол. Когда я почти догнала, мой левый каблук застрял между двумя камешками, и я упала вперед, врезавшись прямо в Джейсона. (Мое лицо расплющилось о его спину). Он заворчал, когда наши тела столкнулись, а затем быстро развернулся, чтобы обернуть свою руку вокруг моего плеча и помочь мне устоять.
Его темные глаза были в сантиметре от моих, и я подумала о том, что сказала Камми прошлой ночью. Она была абсолютно права. Его глаза притягивали меня ближе. Его глаза, заставили меня задержать дыхание, когда я попыталась рассмотреть их как можно быстрее. Мне казалось, что я получаю возможность заглянуть в мир, который мне не принадлежит, но я хотела больше. Хоть немножко больше.
— У тебя нет другой обуви? — спросил он, отталкивая меня обратно, чтобы я стояла самостоятельно.
Я была взрослой двадцатисемилетней женщиной, а Джейсон обладал сверхъестественной способностью заставлять меня чувствовать себя снова пятилетней. С жестким и сердитым взглядом, махнув хвостом из светлых волос, я обошла его и убедилась, что иду так сексуально, как только могла на высоких шпильках. Я могла носить их хоть каждый день, если б захотела, а он мог идти к черту.
Я услышала, как Дерек с другой стороны конюшни издал смешок, но Джейсон не сказал ни слова, когда последовал за мной обратно в дом.
Я предположила, что мы поднимемся на третий этаж, чтобы писать. Я знала, где он хранил свои инструменты, потому что их не было видно нигде в доме. Но вместо этого, когда мы вышли на лестничный пролет второго этажа, он указал на балкон.
— Встретимся там. Возьми бумагу и ручку, — приказал он, прежде чем через две ступеньки добрался до третьего этажа и исчез.
Я намеренно проигнорировала его указания и вышла на балкон с пустыми руками и поднятым подбородком. Джейсон может управлять всем остальным миром, но он не мой босс, и должен быть уверен, что я не собиралась слушаться его и слепо повиноваться.
Балкон, конечно, был выполнен в том же стиле, что и весь дом, с темно-коричневой плетеной мебелью с белыми подушками. Я выбрала маленький двухместный диванчик и расслабилась в подушках, как раз тогда, когда Джейсон открыл балконную дверь. Я посмотрела вверх, чтобы увидеть его с гитарой в правой руке, блокнотом в левой и ручкой, зажатой между губами. Даже если он и раздражал меня, зрелище было слишком милым, чтобы не улыбнуться. Совсем немножко.
Он сел напротив меня так, чтобы нас разделял журнальный столик. Это был умный ход, учитывая, какое напряжение назревало между нами. Он бросил ручку и блокнот на столик, поправил гитару на коленях, а затем, наконец, посмотрел вверх, чтобы увидеть, что мои руки пусты.
— Ты забыла упаковать несчастную ручку в двенадцать чемоданов? — спросил он с приподнятой бровью.
— Нет, — ответила я. — Но она мне не нужна.
Он ухмыльнулся:
— Неужели?
— У меня хорошая память.
Он хмыкнул, а затем потянулся за ручкой и блокнотом. Тишина повисла над нами, и он снова посмотрел на меня.
— Ну, полагаю, они хотят, чтобы мы написали песню о любви.
Я рассмеялась заливистым смехом, потому что идея совместного написания песни о любви с Джейсоном была самой забавной идеей в мире.
— Я тоже так думаю, — ответил он, постукивая ручкой по бумаге.
— Мы могли бы написать песню о расставании, — предложила я.
Он кивнул, глядя через балкон.
— Это может получиться.
— Неужели мы на самом деле согласились на это? — пошутила я, пытаясь поднять настроение.
Джейсон не ответил. Он взял гитару, рассеянно бренча по струнам. Я почувствовала мгновенный укол зависти. Я брала уроки игры на гитаре последние десять лет, и я была хороша, достаточно хороша, чтобы выступать на сцене, но Джейсон был естественнее. Его пальцы порхали над струнами, будто были рождены для этого.
— Окей, давай просто начнем выкладывать свои мысли, которые хотим для песни, — предложила я.
Он выгнул бровь, его пальцы все еще бренчали на гитаре.
— Обычно я работаю не так.
Я натянуто улыбнулась:
— Ну, нам стоит прийти к компромиссу.
— Звучит неплохо. Ты идешь в другую комнату и разговариваешь сама с собой, а я просто напишу песню сам, — сказал он с уверенной улыбкой. О, это не самая смешная шутка.
— Давай напишем песню о парне, который ведет себя, как высокомерный ублюдок, — сказала я.
Он покачал головой с самодовольным взглядом, не впечатленный моей идеей.
В дверь балкона постучали, а затем, секунду спустя, как всегда опрятная, вошла ЛуЭнн с кофейным подносом. Ее волосы были пушистыми и кудрявыми, будто она устраивала званый обед южанам и справилась хорошо. В ее руках был серебряный полированный поднос с чаем и сладостями, искусно сервированными на фарфоровой тарелке.