Злой
– Я отрубил свет, – пояснил биохимик. – Не очень здорово быть мишенью в собственном доме. Но если понадобится – могу и включить…
Двигались в сторону, противоположную холлу, пока не уперлись в очередную «баррикаду». Этот завал выглядел совершенно непроходимым: высился он почти до самого потолка, и для его строительства использовались, ни много ни мало, выломанные лабораторные двери.
Едва они встали перед завалом, как со стороны коридора послышался тонкий визг – и в их сторону ринулись два низких силуэта размером с собаку. Дробно заколотили по плитке многочисленные жесткие ноги, и Ник замер, оцепенев от ужаса.
Чего не скажешь о Вилмере.
Тот вскочил, крутанул в руке ножку от стола – и принял стойку бейсболиста, готового отразить удар. И удар не заставил себя долго ждать. Точнее – пара коротких, но мощных ударов.
Раздался невыносимый, переходящий в ультразвук, визг.
Две твари отлетели к противоположным стенам, однако Вилмер не стал расслабляться. Подскочил к одной, пытавшейся уползти, скребущей по полу десятками длинных, тонких, покрытых волосками лап, – и принялся яростно колотить ее, пока под дубиной явственно и мерзко не захлюпало.
Вторая тварь лежала на спине (точнее – на мощном сегментарном панцире, вроде хитинового) и шевелила в воздухе лапами и жуткими, мощными, как гидравлические ножницы, жвалами. Биохимик повторил процедуру расправы – и визг утих окончательно.
– Ч-что эт-то?.. – заикаясь, выдавил Ник. – Что это такое?!
– Обыкновенные мокрицы. Знаете, из-под ванны, – поведал Вилмер. – Ну и обыкновенная многоножка, а заодно паук – и все в одном флаконе.
– Кто же мог вывести здесь такое?! Зачем?
– А никто. Видать, скрестились тут, внизу, в клоаке. Слышали про «активный мутаген»?
Ник молча мотнул головой.
– Ну, вам тут про него еще расскажут, – пообещал Вилмер. – Не позволяйте этим гадам приближаться. И смотрите внимательнее на потолок: они любят сваливаться на голову. А уж если такое случится…
Здесь он умолк и весело подмигнул Нику. После чего поднял свое оружие и отбил по наклонной плоскости «баррикады» замысловатый ритм – очевидно, условный сигнал. Через несколько секунд повторил то же самое.
– Наверное, валяется пьяный, – предположил Вилмер.
– Я вижу, это у вас в порядке вещей, – заметил Ник.
– Точно! – хохотнул Вилмер. – Единственный способ не спятить!
– Эй, кого это там черт принес? – донесся из-за завала приглушенный голос.
– Свои, Берни! – бодро отозвался Вилмер. – Поговорить надо.
– Какие еще свои? – проворчали на «той стороне». – Это ты, Вил? А с тобой кто?
– Пришелец, – снова подмигнув Нику, сказал биохимик.
– Я не верю в пришельцев, – отозвались из-за завала. – Учтите, если вы что-то задумали…
– Не будьте кретином, Берни, или как вас там! – не выдержал Ник. – Я Николас Кейси, биохимик, я прислан к вам на испытательный срок! Мне сказали, что вы что-то понимаете в происходящем. Или же вы собираетесь до конца дней сидеть в своей норе, пока не захлебнетесь в собственном же дерьме?! Что ж, тогда можете забрать с собой в могилу свою поганую тайну!
– Ладно-ладно, – примирительно донеслось с той стороны. – Убедили. Пролезайте – я сейчас освобожу лаз. Только без фокусов!
6
Берни был физиологом проекта. И, видимо, классным, поскольку работал на Корпорацию уже пятый год. Но сейчас он больше походил на какого-то провинциального забулдыгу. Был он толстый, обрюзгший, со взглядом, исполненным какой-то вселенской тоски. Впрочем, Ник не винил его: в такой ситуации у кого угодно может начаться депрессия.
Они расположились в лаборатории активной физиологии, усевшись в удобных анатомических стульях вокруг небольшого стеклянного стола. На столе высилась объемистая лабораторная емкость, наполненная жидкостью сомнительного химического цвета.
– Виски, – пояснил Берни, разливая жидкость по мерным стаканчикам с мелкими поперечными рисками. – Собственной перегонки. Единственный натуральный продукт во всей этой адской лавочке… Ну, за что выпьем?
– За то, чтобы скорее проснуться и понять, что этот кошмар кончился, – подхватив стаканчик, быстро проговорил Вилмер.
Ник ничего не сказал. С сомнением глянув на оранжевую жидкость, он опрокинул в себя содержимое стаканчика. Оно оказалось на удивление приятным.
Что ж, за сегодняшний день – это единственный приятный сюрприз.
– Итак, – кашлянув в кулак, сказал Ник. – Что вы обо всем этом думаете, Берни?
Берни молчал, разглядывая на свет и смакуя свое пойло. Наконец нехотя произнес:
– Слушайте, как вас там…
– Ник.
– Ну да… Скажите, только честно, Ник: что происходит там, наверху?
– Да ничего особенного не происходит, – опешил Ник. – А что вы имеете в виду?
– Понимаете, если бы там, скажем, война началась или какая эпидемия… Может, сам комплекс на куски разваливался… Тогда было бы понятно, откуда лезут все эти мутанты…
– Да нет, там все в порядке, – хмуро сказал Ник. – Комплекс работает вовсю, как я успел заметить. Видите – новых сотрудников набирают.
Ника невольно перекосило, и он добавил:
– Я только не могу понять – зачем им это нужно… в таком случае?
– Да, ерунда какая-то получается, – нахмурился Вилмер. – Мы-то предполагали, что там, наверху, все пошло прахом. Тогда-то и начался весь сыр-бор с этими тварями, с войной этой нашей дурацкой. У всех будто планку сорвало…
Слушая это, физиолог удовлетворенно кивал. Вилмер указал на него стаканчиком:
– А вот он с самого начала считал, что наверху жизнь продолжается. А про нас просто забыли. Я-то всегда считал, что это просто бред…
– Но, как видишь, моя догадка подтверждается, – заметил Берни. – Верно, Ник?
– Ну да, жизнь наверху продолжается, – кивнул Ник. – Комплекс работает на полную мощность.
– …Или всего лишь создает видимость работы, – тихо добавил Берни.
– Что? – брови у Ника невольно поползли вверх.
– Вот и я говорю: Берни спятил! – хихикнул Вилмер, подливая себе оранжевого пойла.
Берни никак не среагировал на выпад коллеги. Он смотрел только на Ника. Прищурившись, поинтересовался:
– Скажите, на какой именно проект вас сюда прислали?
– Откуда мне знать? – Ник развел руками. – В Корпорации такая секретность – сам черт ногу сломит. Честно говоря, был рад на любую работу в этой корпорации, не та ситуация, чтобы носом крутить. Ну, к тому же мне сказали, что все подробности сообщат на месте…
Это была ложь. Точнее – не совсем правда. В промышленной разведке «Старлайт Биотек» с высокой степенью вероятности прикинули шансы агента Злого на попадание в тот или иной проект конкурента. И он был готов к самым разным вариантам развития событий.
Только не к такому, конечно.
– Ну да, ну да… – рассеянно проговорил Берни. – Ну, так я расскажу. Поскольку вы уже, считай, в проекте, я не нарушу секретность.
Вильмер тихо хихикал, склонившись над опустевшим стаканом.
– Так вот… – заговорил Берни, вертя в руках стаканчик с переливающейся на свету жидкостью. – Наш сектор занимался продвинутой версией «стимулятора семьсот семнадцать». Надеюсь, вы знаете, что такое «стимулятор спроса»?
– Ну конечно! – чуть обиженно сказал Ник.
Совсем чуть-чуть – чтобы не переиграть.
– Первые версии в целом были хороши и неплохо работали. Но имели небольшой процент неприятных побочных эффектов. Кроме того, на рынке появились дешевые азиатские подделки. Это могло обернуться неприятностями для Корпорации…
Ник прекрасно понимал, о чем говорит физиолог.
Стимуляторы, в обиходе почему-то именуемые «феромонами», стали добавлять куда только можно. Помнил он также и те самые «азиатские подделки». В действительности это был ловкий ход «Старлайт Биотек», так сказать, асимметричный удар по конкуренту: через подставные фирмы удалось наладить производство контрафактного аналога – с тем чтобы сбить спрос и дискредитировать продукцию Корпорации. Тогда во многих магазинах под прилавками стали появляться маленькие баллончики с фальшивым «стимулятором». Продавцы наивно полагали, что, «пшикнув» аэрозолем с «феромонами» на тот или иной товар, им удастся быстрее его сбыть. Надо быть биохимиком или хотя бы более-менее эрудированным человеком, чтобы понимать: «стимулятор спроса» – тончайший инструмент, который требует настройки под каждую категорию товаров, определенный способ внедрения в него, специальных технологий обработки – и еще много разных тонкостей. Бесконтрольное же использование низкосортных стимуляторов приводило иногда к ужасающим последствиям.